Мой тайный друг - Эллен Стар

– Дай угадаю: это такой способ показать мне в очередной раз свой пресс?

– Волгина, я не виноват, что ты смотришь не туда.

Дима подмигнул ей и опустил футболку, скрывая и напрягшийся живот, и ожоги. Ася хотела рассмеяться и закатить глаза, но боль в ноге дала о себе знать с новой силой, отчего она поморщилась и часто задышала, пытаясь не расплакаться.

И как выступать теперь?

– Сильно болит?

– Очень. Подуешь?

– На бинт, Волгина?

– В глаза, дурак. Не хочу тут перед тобой расплакаться.

Ася поджала дрогнувшие губы. Слезы подступили к уголкам глаз, все вокруг стало мутным. Сердце болезненно сжалось. Только с ней могло такое случиться накануне прослушивания.

– Погоди.

Дима встал, дошел до выхода из зала и нажал на выключатель, погружая пространство в полнейший мрак. А затем, сев поодаль, повернулся к окну и хрипло произнес:

– Смотри, какие звезды. Если упадет, какое желание загадаешь?

Ася молча вгляделась в черноту ночного неба. Чувство упущенной возможности сдавило горло ржавым прутом. Даже слезы не принесли ей облегчения. Только сделали еще более жалкой.

– Чтобы нога прошла.

– А я, чтобы в этой хорошенькой головке появились мозги. Ты чем думала, когда решила устроить себе ночной марафон тренировок, Ась?

Дима вдруг развернулся к ней, перекинув одну ногу через лавку, и придвинулся так близко, что даже во тьме можно было заметить вспыхнувший в его глазах буйный зеленый огонек. О него хотелось согреться.

– Я буду пробоваться на место солистки, Дим. Придумала, как сделать так, чтобы мама меня снова заметила.

– То есть не ради себя, а ради одобрения маман?

– Осуждаешь?

– Ась, не знаю. Я был паршивым сыном, который вечно доставлял проблемы родителям. А еще любил розыгрыши. Но вот мама их не любила. Наверное, я хотел, чтобы она чаще улыбалась или обращала на меня внимание, но… – Дима судорожно втянул носом воздух, и Ася затаила дыхание, – она все равно ушла. Возможно, чтобы нас любили, недостаточно просто стараться. Нужно, чтобы другой человек тоже этого хотел. Моя мама не хотела. Но я ее не виню.

Асе хотелось сказать, что он ошибается. Ее сердце разрывалось от боли, когда думала о том, что ему пришлось пережить. И за что сама боролась каждый день с шести лет. Можно ли вернуть любовь родителя, отказавшегося от собственного дитя? Виноват ли в этом ребенок или же просто в жизни родного человека не нашлось для него места?

– Ты прав. Зря я это.

– Стой! Это же мой случай. Ася, ты всегда можешь попробовать. Просто знай, что если вдруг… не получится, то у тебя есть я.

– Большое дело!

Ася смущенно рассмеялась. Дима так неловко хотел ее поддержать, несмотря на собственные переживания.

– Я буду любить тебя и без всяких достижений, колючка. Ты же знаешь, да?

Он вдруг придвинулся еще ближе. Озорные искорки в его больших глазах заплясали, а рука легла ей на макушку и растрепала волосы. В груди затрепетало. Дыхание оборвалось. Он так мягко произнес это «люблю», что Ася всерьез задумалась, нет ли в его аптечке нашатыря на случай, если она упадет в обморок. Конечно, он имел в виду как подругу, но ее разум уже растворился в розовой сахарной вате, вопя от счастья.

– Котов, ты чего вдруг такой милый?

– Скидка для пострадавших.

– О, я поняла: чтобы ты признавался мне в любви, надо чаще падать и ломать ноги, да?

– Волгина, не борзей. Еще немного, и будешь ходить как мумия. Заранее вся в бинтах.

– Ладно-ладно, никаких больше падений. Только у меня просьба.

– Слова на «л» говорить не стану – ты исчерпала свой лимит, вредина.

– Отнесешь меня наверх, как принцессу?

– Чтобы у твоей матери случился нервный срыв и мне пришлось оказывать первую помощь еще и ей?

– Очень смешно. А ты не попадись.

Ася, развеселившись, вытянула вперед руки.

– Ты в курсе, что тяжелая? Доплати мне.

Конечно, Дима своего бы не упустил. Мальчик с предпринимательской хваткой.

– И чем же, дорогой?

– Пообещай мне кое-что.

Дима осторожно подхватил ее на руки и прижал к себе. Асю мгновенно накрыло чувство безопасности, и она закрыла глаза. Вот бы остаться в этом моменте навсегда. Уткнувшись ему в грудь, она слышала, как ровно бьется его сердце – тогда как ее неслось вскачь. К нему.

– Только, чур, Котов, ничего незаконного и компрометирующего.

– Ты за кого меня принимаешь, обезьянка? Да как я могу?

– Мне напомнить, что было, когда я в последний раз играла с тобой в «правду или действие»?

– А что плохого было в том, чтобы залезть на дерево и прокричать мое имя на полную луну, Волгина?

– А то, что меня потом весь персонал замучил расспросами о наших отношениях! Никто не верил, что я говорила о другом Диме!

– И правильно, я такой один. Неповторимый и совершенный.

– Котов.

– Да ничего криминального. Просто пообещай, что будешь себя беречь и не напрягать ногу. Идет?

– Это и есть твое условие?

– Очень серьезное, между прочим. За нарушение будет штраф.

– Дай угадаю: отшлепаешь?

– Почти.

Ася согласно кивнула. И сейчас, вспоминая их разговор пару дней назад, пробурчала, что ногу не напрягала. И в целом с ней все в порядке. А потом, не сдержавшись, спросила, куда там Дима отправился в компании друзей. И неожиданно получила невнятное: «Да дела есть. Вернусь сегодня». И все. Никаких объяснений.

– Да не очень-то и хотелось знать… – Ася надула щеки и случайно наткнулась взглядом на вырезанную Димой смешную обезьянку.

– Ась, это просто подработка…

Дима уловил ее настроение и хотел было продолжить рассказ, как их разговор прервал чей-то бодрый девичий голос, тут же разрушивший это «просто», разбивший его, точно кувалда бетонную стену:

– Димчик, ну ты та еще болтушка, оказывается. Давай подгребай к нам! Я тебе зеленый чай взяла и пирожок. Мы уже перекусить успели, а ты все…

– Майя, я же не пью эту муть.

– Вот именно! Это в качестве наказания, чтобы не зевал в следующий раз! А ты с кем, кстати, болтаешь? С девочкой, да? Твоя новая подружка?

– Да нет, с подругой детства.

– Ух ты! А она красивая?

Ася отчего-то так разволновалась после этого вопроса, что сбросила вызов. Сердце зашлось частыми ударами, в груди стало тесно. Вероятно, ей не хотелось в очередной раз расстраиваться, слыша от Димы, какая она у него вредная или забавная. Устраивает вот внеплановые поджоги.

Даже мобильный бросила на матрас, точно тот вот-вот загорелся бы в ее руках. И подумать