Каждый раз, целуя... - Кристи Келли

— У тебя совершенно несчастный вид.

Дженнет оторвала взгляд от карточного стола, за которым Мэтью и Мэри играли в вист, и увидела, что на нее с улыбкой смотрит Николас, лучший друг Бэннинга.

— Когда ты приехал?

— Всего несколько минут назад. Я даже пропустил обед.

— Уверена, леди Астон не станет обижаться, пока может похвастаться тем, что на ее загородном приеме присутствует маркиз Энкрофт. Вернее, мне следует сказать — будущий герцог Белфорд, — со смехом поправила себя Дженнет.

— Да, моя кузина действительно любит хвастаться тем, что у нее в семье есть будущий герцог. Уже пять матерей останавливали меня, чтобы поговорить, о своих дочерях.

Дженнет усмехнулась, радуясь, что нашелся старый друг, с которым можно поболтать.

— Хочешь, возьмем бренди и поговорим?

— Ничто не может быть приятнее.

— Жди меня на террасе через десять минут, — шепнула Дженнет.

— Если кто-нибудь застанет нас вместе, тебе придется выйти за меня замуж, — поддразнил ее Николас с откровенно порочной улыбкой.

— Я почему-то очень сомневаюсь, что Бэннинг будет на этом настаивать, — смеясь, отозвалась Дженнет.

— Он не настолько глуп.

— Я принесу бренди. — Не дожидаясь от него ответа, Дженнет пошла к матери и объяснила, что делает.

— Будь осторожна, Дженнет. — Мать в тревоге нахмурила брови. — Я знаю, что мне нечего опасаться Николаса, но не все поймут вашу дружбу.

— Я понимаю.

— Тогда иди.

Дженнет шла по коридору, пока не нашла кабинет графа. Заглянув в комнату и никого не увидев, она стащила бутылку бренди и бокалы и пошла дальше на террасу.

Прохладный день превратился в холодный вечер. Дженнет закуталась в шаль, но чувствовала, что она не спасает ее от пронизывающего ветра.

— Хочешь мой сюртук?

Дженнет кивнула.

— А ты не против?

— Ничуть, — покачал головой Николас. — Бэннинг голову с меня снимет, если я допущу, чтобы ты здесь простудилась.

— Сядь со мной. — Дженнет похлопала по скамейке рядом с собой.

— Одно дело, если кто-то застанет нас здесь, и я буду стоять, и совсем другое, если мы будем сидеть вместе.

— Наплевать. Я хочу сидеть рядом с моим другом, и если люди не могут этого понять, пусть катятся ко всем чертям, — возразила она.

— Я всегда восхищался твоим мужеством, Дженнет, — тихо засмеялся Николас.

Если бы только она чувствовала себя так, словно в ней еще осталось мужество!

— Ник, я так рада, что ты здесь.

— Что случилось? — Он сел справа от Дженнет.

— Я совсем запуталась.

— И ты не говорила об этом с подругами? — Он нахмурился. — Это на тебя не похоже.

— Я не могла, — покачала головой Дженнет.

— Это касается мужчины?

— Да.

— Кто он? — мягко спросил Николас, словно хотел помочь ей.

Дженнет откинула голову назад и вздохнула:

— Блэкберн.

— Я это предчувствовал.

— Но почему ты подумал именно о нем? — Дженнет резко повернула голову к Николасу.

Он широко улыбнулся, сделал большой глоток бренди и, только опустив бокал, ответил:

— Я не мог не заметить, куда все время был обращен твой взгляд.

— Я… я…

— Перестань заикаться, Дженнет. Бэннинг пришел ко мне и сообщил о Блэкберне. Твой брат рассказал мне, что ты затеяла.

— Теперь все это уже закончилось. Думаю, я нашла ему прекрасную невесту. — Женщину, которая отвечает всем пожеланиям Мэтью, женщину, которая абсолютно не похожа на нее саму.

— Что ж, — медленно заговорил Николас, — тогда ты должна быть очень счастлива.

Кивнув, Дженнет поднесла к губам бокал с бренди, но сделала слишком большой глоток и закашлялась, а потом, сделав еще глоток, поменьше, ответила:

— Я очень счастлива за него. И надеюсь, что ее родители согласятся на брак.

— Лгунья, — тихо и резко объявил он. — Тебя что-то гложет изнутри, когда ты видишь его с другой женщиной.

Дженнет отказалась попасться на удочку, хотя Николас мог так же быстро вывести ее из себя, как и Бэннинг. В детстве и будучи подростком, Ник много лет проводил каникулы с ее семьей, они выросли как брат с сестрой — ужасно докучливый брат.

— Признайся, Джен.

— Нет. Он мне не нужен. — Замолчав, она смотрела в темный сад. — Мне нельзя его любить, — прошептала Дженнет.

— Почему? — тихо, но настойчиво спросил он.

— Просто нельзя.

Допив бренди, Дженнет налила себе еще. Ей хотелось выпить много бренди, чтобы она смогла свалить вину за этот разговор на то, что была пьяна.

— Ты же знаешь, что он убил Джона не намеренно, так почему тебе нельзя любить его? — снова спросил Ник.

— Что подумают люди?

— Почему тебя это беспокоит? Прав человек или нет, люди всегда будут болтать.

— Я не могу испортить репутацию семьи. Бэннинг принес ей достаточно вреда своим ухаживанием за Эйвис и связанной с ним дуэлью.

— С тех пор как это случилось, прошло уже больше двух месяцев, — рассмеялся Николас, — и это явно никого уже не беспокоит.

— Меня беспокоит. Мою мать беспокоит.

— Почему?

Дженнет осушила второй бокал бренди.

— Потому что я обещала отцу, что никогда не совершу ничего, что могло бы запятнать честь семьи. И я не выйду замуж ни за игрока, ни за охотника за состоянием.

Николас протяжно вздохнул и притянул Дженнет к себе.

— Значит, у его смертного одра ты дала такое обещание?

Дженнет кивнула, и ее глаза наполнились слезами.

— Ник, это было всего через месяц после несчастного случая с Джоном. Отец заклинал меня быть более осмотрительной. Он не хотел, чтобы имя матери пострадало из-за какого-то моего поступка. Он не хотел, чтобы я совершила ошибку.

— Отец хотел для тебя только счастья, — шепнул он ей.

Дженнет моргнула, стараясь проглотить слезы.

— Как ты можешь знать, чего хотел мой отец?

— Дженнет, — Николас обнял ее за плечи, — твой отец был замечательным человеком. Он заботился обо мне больше, чем мой собственный отец. И не забывай, что у меня есть дочь. Я хочу для нее только счастья. Плевать мне на скандал, если я знаю, что Эмма найдет свое счастье с хорошим человеком.

— Спасибо тебе.

Но Дженнет знала, что не должна мешать Мэтью и Мэри. Они оба хорошие люди, хотя Мэри, возможно, слишком молода, но она повзрослеет. Они станут любящей парой, и у них будут чудесные дети. А она сама сделает то, что обещала себе, — оставит Мэтью в покое.