Однажды в замке... - Элоиза Джеймс

– Да, да, вот так… еще, еще!!! – Дверь открылась, и за спиной Лилы появился Вилликинс. – Ах, вот так… дорогой, сильнее… ты такой… такой… – Она снова мотнула головой и голос поднялся еще выше: – Ты сводишь меня с ума. Я горю, как в лихорадке. Я вне себя. Я… о блаженство!

Вилликинс застыл, словно ледяная статуя.

Лила выпрямилась, пригладила волосы и сказала:

– Вилликинс, наполните наши бокалы.

– Могу представить, как тебя мучит жажда, – залилась смехом Эди.

– Это секрет счастливого брака.

Эди не торопилась высказать мнение. Вряд ли брак Лилы можно назвать счастливым.

Вилликинс тем временем, оправившись от шока, стал разливать шампанское, словно ни в чем не бывало. Он стоил каждого пенни, который платил ему отец.

Лила одним глотком осушила бокал наполовину.

Конечно, бокалы узкие, но все же… Это ее третий?

– Пора ехать, – заметила Эди, ставя бокал. – «Олмак» ждет.

– «Олмак», – повторила Лила, ее язык слегка заплетался. – Не то место, где женщины, изменяющие мужьям, могут следить за их любовницами. Я уже говорила, что решила переделать себя? Я устала быть Лилой. Такое скучное имя!

– Будь благодарна, что тебя не назвали Эдит. И ты не изменяешь мужу.

– Я старею, а это еще хуже.

– Не думаю, что архиепископ с тобой согласится.

– Преждевременное старение, – вздохнула Лила. – Вот что случается с женщинами, вроде меня. Сидим дома старея, пока всякие Уинифред этого мира крадут наших мужей. Если бы меня назвали Джозефиной, все было бы по-другому. Ни один мужчина не станет изменять Джозефине.

– Давно пора подавать экипаж.

– Полагаю, нужно начать говорить по-французски, – продолжала Лила, игнорируя тему «Олмак». Эди опомниться не успела, как та взяла ее бокал с шампанским и осушила. – Это будет хорошая практика. Я могла бы перебраться во Францию, вместо того чтобы удалиться на покой в деревню.

– C’est la vie, – философски заметила Эди. – Это все, что я знаю по-французски, так что наш разговор будет коротким.

– Дорогая, все способны говорить по-французски, если постараются. Вот хорошая фраза: «Evacuez de lieux»!

– И что она означает?

– «Очистить помещение»! – воскликнула Лила, взмахнув рукой. – Кто знает, когда придется крикнуть это в случае пожара. Моя гувернантка научила меня куче полезных фраз. Etes-vous enceinte? Эта фраза оказалась не столь полезной. Нет, я не беременна. – Она позвонила: – Мне нужно выпить еще шампанского перед отъездом.

– Нам нужно ехать сейчас, – повторила Эди. – Разве они не запирают двери, даже если опоздать хоть на секунду?

– Знаешь, я давно могла бы забеременеть, не будь твой отец так упрям, – заявила Лила, продолжая игнорировать падчерицу. – Недаром у кроликов рождается так много крольчат.

Эди силой подняла мачеху на ноги. Навеселе или нет, но Лила была восхитительна, как пирожное с кремом, которое надеялся съесть каждый мужчина. Лиф небесно-голубого платья явно показывал, что в мире крайне не хватает шелковичных червей, но грудь Лилы прекрасно заполняла огромный вырез.

– Это платье абсурдно тебе льстит.

– Нужно не забывать втягивать живот, – заметила Лила, направляясь к двери и все еще сжимая пустой бокал Эди. – А, вот и вы, Вилликинс. Почему бы вам не налить мне еще бокал, а я выпью, пока думаю, как бы надеть плащ.

Эди взяла у нее бокал и отдала лакею.

– Наш экипаж, пожалуйста, Вилликинс. «Олмак» ждет.

– Как и экипаж, леди Эдит, – ответил дворецкий с поклоном и взял у лакея плащ Лилы.

– Миледи. Позвольте мне…

– Эти кролики, те, что с крольчатами, знают, что почем, – объявила Лила, пока Вилликинс оборачивал ее плечи плащом. – Мы не едем в «Олмак». Там не подают шампанского. Лучше отправимся к леди Шаттл.

– Кто такая леди Шаттл?

– Одна моя знакомая. В любой другой день я бы отказалась от бала у нее, как от немного вульгарного, но это было до того, как я получила это. – Она вынула из ридикюля смятую бумажку: – Я послала записку твоему отцу, с просьбой сопровождать нас в «Олмак». Это его ответ.

Эди разгладила записку. Всего две строчки. Отец сожалел, что не может выполнить просьбу жены, поскольку уже принял другое приглашение.

– Откуда ты знаешь, что он собирается посетить бал у леди Шаттл?

– Мне не нужно никого спрашивать. Я вполне понимаю: мужчина в подобной ситуации посетит именно этот бал, поэтому просто сообщила, что встречусь с ним там.

– А если он поедет в другое место?

– Куда еще ему ехать, – отмахнулась Лила с великолепным пренебрежением к присутствию двух лакеев и дворецкого. – Он, вне всякого сомнения, будет сопровождать Уинифред. Не могу же я просто сказать твоему отцу о кроликах, когда его увижу! Вставлю слово-другое в разговор и посмотрю, подаст ли это ему какую-то идею.

Эди взглянула в бесстрастное лицо дворецкого.

– Верно. Вилликинс, сообщите кучеру, что мы едем на бал к леди Шаттл.

Минуту спустя леди уже были в пути. К несчастью, до пункта назначения было всего пятнадцать минут езды. А это означало, что Лила почти не протрезвела к тому времени, когда они прибыли.

– Я немедленно узнаю ее, – беспечно сообщила она, когда они выходили из экипажа перед большим городским домом.

– Намекаешь на то, что здесь будут куртизанки? – спросила Эди, поняв, что куда больше заинтересована в посещении бала леди Шаттл, чем в поездке в «Олмак».

– Вне всякого сомнения! – кивнула Лила. – Именно поэтому твой отец приедет сюда. Как я уже сказала, узнаю Уинифред сразу. Знаю, какого типа женщины нравятся Джонасу. Уверена, что она – одна из тех женщин, которые вечно твердят, что просто не могут набрать вес, что бы ни ели. Однажды он сказал, что у меня плоский живот. Тогда у меня действительно живот был плоским.

– Лила, – не выдержала Эди, – мне до смерти надоела Уинифред, а я ведь даже ни разу ее не видела! Пойдем за этим милым грумом, потому что здесь очень холодно.

– Я дочь маркиза! – провозгласила Лила.

– Совершенно верно, – ободряюще кивнула Эди. – Уинифред, возможно, нашли в капусте. И бьюсь об заклад, ей приходится подкладывать тряпки в корсет, чтобы создать видимость груди.

– Мне нет нужды прибегать к столь жалкой тактике, – фыркнула Лила, откидывая плащ, и открывая великолепную грудь.

– Уинифред придется сунуть в корсет кочан капусты, чтобы достичь такого же эффекта. Два кочана, по одному с каждой стороны.

Лила резко кивнула и поплыла к дому.

Насколько могла видеть Эди, в передней не было ничего говорившего о возможном присутствии куртизанок. Дворецкий поклонился, в точности как все дворецкие, отдал плащи леди лакею, стоявшему у стены, и повел посетительниц по коридору в бальный зал, где объявил о их приезде.