Триумф сердца - Барбара Картленд

Словом, к концу обеда она призналась самой себе, что сэр Ральф был единственным, кто хоть как-то соответствовал ее представлениям о будущем муже. С чувством облегчения она также отметила, что, несмотря на несравненную красоту хозяйки дома, он смотрел на Кериссу с таким обожанием, как и раньше на прогулке.

После обеда все общество переместилось в гостиную к игорным столам, и сэр Ральф настоял на праве быть ее банкиром.

– Вероятно, я неправильно поступаю, соглашаясь на это, – сказала Керисса, испытующе взглянув на него и распахнув с наивной доверчивостью огромные свои глазищи.

– Почту за честь, если вы согласитесь… Я уверен, что изгнанница из объятой террором Франции не может себе позволить тратить деньги на такое пустое и рискованное занятие, как игры с фортуной.

– Я не так бедна, как многие другие несчастные эмигранты, – пролепетала Керисса тоном маленькой, но гордой девочки. – Правда, я не знаю, сколько денег папа успел перевести на мое имя в английские банки. Мне известно, что у меня есть какие-то средства, но, конечно, почти все наше состояние осталось во Франции.

– Я убежден лишь в одном, – заявил сэр Ральф. – Где бы вы ни оказались, хоть на краю света, ваше прелестное личико, графиня, откроет вам путь к богатству. Оно и есть ваше главное достояние.

– Спасибо. – Керисса мило улыбнулась.

В картах ей не повезло, и сэр Ральф расплатился за ее проигрыш.

Когда они собрались уходить, леди Имоджин с необычайной теплотой пожала Кериссе руку.

– У меня не было возможности поговорить с вами наедине, о чем я очень сожалею. Я обожаю Францию. Я люблю французов, их искусство, их цивилизованный образ жизни. Мы с вами должны подружиться, графиня!

– Благодарю вас, – произнесла Керисса в ответ.

– Когда мы вновь встретимся? – поинтересовалась леди Имоджин.

Она задумалась на мгновение и воскликнула, как будто ее только что осенила идея:

– А почему бы не завтра? И мне бы хотелось познакомиться с вашим опекуном. Не сможете ли вы прийти оба ко мне на ленч?

Керисса колебалась.

– Доктор Прайс сказал, что монсеньор может завтра встать с постели, но разрешит ли он ему выходить…

– Я думаю, что небольшая прогулка пойдет ему на пользу, – нетерпеливо прервала ее леди Имоджин. – Я скажу вам, что сделаю. Я пошлю за вами экипаж моей матери, который специально предназначен для больного человека… – С улыбкой она продолжила: – У нас не будет многолюдного приема. Вашему опекуну это, вероятно, еще не по силам. Мы позавтракаем в узком кругу – вы, я, он и сэр Ральф. А как только мистер Харкорт почувствует себя усталым, вас тут же отвезут обратно.

Леди Имоджин взглянула на сэра Ральфа.

– Разве это плохая идея?

– С моей точки зрения, идея превосходная! – согласился тот.

– Тогда решено, – произнесла леди Имоджин, прежде чем Керисса открыла рот.

– Если вы не дадите знать, что отказываетесь от приглашения, графиня, карета будет ждать вас у подъезда «Белого оленя» завтра ровно в полдень.

– Вы очень добры, – пробормотала Керисса. Иных слов она не нашла.

Только когда она очутилась в фаэтоне, сопровождаемая почтительной Франсиной, ей пришло в голову, что каким-то образом она оказалась пешкой в игре, затеянной с непонятной целью.

Разумеется, Шелдону будет интересно побывать в столь замечательном доме, полюбоваться обстановкой, картинами и скульптурами и… увидеть леди Имоджин.

Теперь, сидя рядом с сэром Ральфом который уверенной рукой правил своими великолепными лошадками, и довольная приятно проведенным вечером, она ощутила вдруг внезапное беспокойство. Не будет ли Шелдону слишком интересно общество леди Имоджин? Ведь она так красива и многоопытна.