Горный цветок - Джуд Деверо

— Мне приснился сон, — пробормотала она. — Я была с отцом.

— Его сейчас здесь нет, так что спите.

Он повернулся, чтобы уйти, но Мэдди схватила его за руку.

— Уорт, — прошептала она.

— Что Уорт?

— Моя фамилия Уорт. Мэдлин Уорт.

— Ах да, инициалы «М. У.» на ваших сундуках.

Она зевнула и повернулась на бок, спиной к нему.

— Благодарю вас, капитан, что пришли ко мне на помощь, хотя я вас об этом и не просила.

— Надеюсь только, что мне не придется делать этого снова.

— Я тоже, — пробормотала она и тут же уснула. ‘Ринг возвратился к дереву, у которого все это время сидел. Он ужасно замерз и, так как отдал ей последние галеты, был голоден. Почти всю ночь он просидел с открытыми глазами, глядя на нее и пытаясь сложить все части головоломки, а если на несколько минут и засыпал, то сон был весьма неглубоким.

Утром голова и спина у него все еще болели и настроение было просто отвратительным.

— Вставайте, — резко произнес он. — Здесь вам не парижская опера, где вы могли спать допоздна.

Мэдди потянулась и зевнула.

— Похоже, капитан, вы встали сегодня с левой ноги.

— Мне неоткуда было вставать, так как я не спал.

Он этого, конечно, не знал, но Мэдди провела большую часть своей жизни среди мужчин и понимала, когда они были не в духе.

— В чем дело, капитан? Сердитесь, потому что женщина не желает делать то, что вы хотите? — Он приподнял одну бровь и посмотрел на нее поверх кружки с кофе. — Думаю, у вас никогда не возникало никаких проблем с женщинами. Уверена, ваша потрясающая внешность неизменно позволяла добиваться от женщин всего, чего вы желали. — При ее словах о потрясающей внешности Монтгомери несколько оживился. — Я словно слышу этих молодых леди, — продолжала Мэдди. Она закатила глаза и, хлопая ресницами, сладким голосом просюсюкала: — Ах, ‘Ринг, вы танцуете просто бесподобно; так приятно, когда рядом с тобой такой сильный, мужчина, на которого можно опереться. Вам нравится мое платье? — Мэдди бросила на него лукавый взгляд и продолжила: — О, капитан, здесь ужасно жарко. Не могли бы мы немного прогуляться? Только вы и я? Вдвоем? При свете луны? — Она снова посмотрела на него и ухмыльнулась. — История вашей жизни?

Он был вынужден прикусить губу, чтобы не рассмеяться, так как то, что она только что продемонстрировала, было весьма недалеко от истины. В форте Тоби постоянно приходилось быть начеку, чтобы вовремя предупреждать его о приближении дочери и даже жены полковника. В противном случае он бы половину времени проводил, нося за ними разные вещи, высказывая свое мнение о цвете лент или просто говоря о погоде, пыли, холоде и состоянии, до которого докатился мир.

— Ничего похожего, — ответил ‘Ринг, протягивая ей кружку с кофе.

— Кто же из нас лжет? Из вас, похоже, никогда не выйдет хорошего лжеца. Даже сквозь загар видно, как вы покраснели. — Она рассмеялась, увидев, как при ее словах он покраснел еще больше.

‘Ринг перестал хмуриться и улыбнулся:

— По существу, мои проблемы с женщинами были прямо противоположного свойства. Поэтому-то мой отец и нанял Тоби… Вы готовы ехать? Нам пора отправляться, если мы…

— Мне казалось, Тоби в армии, вместе с вами.

— Так оно и есть. Он пошел служить, потому что так поступил я. — ‘Ринг бросил на нее укоризненный взгляд. — Он же вам сам говорил об этом, помните? Я рад, что оказался лучшим детективом, чем вы. Почему вы не застегнете, наконец, юбку? Вы что, прибавили в весе?

— Ничего я не прибавила, просто оставила корсет… — Мэдди внезапно замолчала, досадуя, что он заставил ее говорить о таких интимных вещах. — Расскажите мне о Тоби.

— А как насчет того, чтобы помыть котелок? Или вы только и можете, что петь?

— Я могу делать многое, о чем вы даже не догадываетесь. Как насчет завтрака?

— Завтрак придется отложить. Вы съели все галеты, и у нас нет времени охотиться.

— Я могла бы поймать зайца с помощью силка или, на худой конец, подстрелить одного.

Он пристально на нее посмотрел.

— О? И где же вы этому научились?

— У моего отца, — ответила она коротко и отправилась к ручью мыть котелок.

Когда она возвратилась, костер был уже потушен, одеяла свернуты и уложены на спину Баттеркапа. Мэдди потерла пальцем нежный нос коня.

— Так почему же ваш отец нанял Тоби?

Ей не хотелось расспрашивать ‘Ринга, но ее снедало любопытство. Увидев капитана в первый раз, она сразу же решила, что все о нем знает. К сожалению, все большие красивые мужчины, которых она до этого встречала в своей жизни, были похожи друг на друга, как братья-близнецы. Все они привыкли получать в жизни то, что хотели, и всегда рассчитывали на большее. Но капитан Монтгомери сразу же ее удивил. Например, откуда он знал, как носить набедренную повязку и так тихо подкрадываться?

Он помог ей взобраться на коня и сел позади нее.

— Как вы думаете, зачем отец станет нанимать для своего сына такого человека, как Тоби?

Мэдди улыбнулась:

— Догадаться нетрудно. Чтобы тот не дал этому сыну попасть в какую-нибудь историю. Несмотря на все свое ворчание, Тоби, в сущности, заботится о вас, как родная мать. Думаю, ему не раз пришлось вызволять вас из различных историй с девушками, отцам которых не терпелось вас пристрелить. Вероятно, и в армию вы пошли, чтобы избежать женитьбы на какой-нибудь бедняжке.

Уверенная в правильности своей догадки, Мэдди повернула голову, но, взглянув ему в лицо, увидела, что он улыбается.

— Я и не знал, что вы обо мне такого низкого мнения. Разве я когда-либо говорил или делал что-нибудь непристойное?

— Помимо угроз затащить меня к себе в постель в обмен на мою свободу, которая и так моя по праву?

— Да, помимо этого. — Глаза его смеялись.

— Нет, но ведь я вам не слишком и нравлюсь.

— Не думаю, что слово «нравиться» подходит к тому… о чем мы с вами здесь говорим, вы согласны? Вы можете мне и не нравиться, хотя не сказал бы, что на вас так уж неприятно смотреть.

— Благодарю вас, — тихо проговорила она. — А я думаю, это слово как раз подходит. — Странный был у них разговор, особенно при том, что она сидела к нему так близко и они были здесь, в горах, совершенно одни. — Так зачем все-таки ваш отец нанял Тоби?

— Помочь мне попасть в какую-нибудь историю.

Мэдди вновь обернулась и посмотрела на него с недоумением.

— Мой отец был встревожен тем, что я думал лишь о работе в ущерб всему остальному. — ‘Ринг криво усмехнулся. — Его беспокоили моя необычная для такого возраста серьезность и полное отсутствие чувства юмора. Поэтому, когда мне исполнилось шестнадцать, он и нанял Тоби, чтобы тот познакомил меня с… жизнью.