Любовь без дресс-кода - Ашира Хаан

Разбудил меня снова начавшийся дождь. Он был таким сильным, что казалось — кто-то занавесил окна снаружи плотными серыми шторами.

В комнате было сумрачно, но достаточно светло, чтобы разглядеть золотистые узоры на теплых бежевых стенах, пушистый ковер цвета топленого молока на полу, огромную, действительно огромную кровать и две тумбочки с модерновыми лампами на них. И все, ничего лишнего. В спальню чудо-дизайнера тоже не допустили.

Рядом спал Вадим, закинув на меня тяжелую руку. Темные волосы завитками ложились на лоб, и я коснулась их кончиками пальцев, только чтобы не разбудить этой лаской.

Вчера был невероятно яркий день. Невероятно яркая ночь. Если бы я могла заказывать свою жизнь по меню как в ресторане, я бы сделала ее всю такой. Но обычно именно я была тем человеком, кто устраивал для других карнавал и фейерверк. Заказывала голубой вертолет, закупала на заводе пять коробок эскимо и переодевалась волшебником. Быть для кого-то самым ярким в жизнь — тоже приятно. Но иногда хочется, чтобы кто-то побыл волшебником и для тебя… ну или хотя бы подхватил шутку и поучаствовал в хороводе.

И Вадим это сумел. Наверное, первый человек в моей жизни, кто не просто смотрел из зрительного зала и ставил оценки моим усилиям, а тоже вливался, надевал короны с разноцветными перьями и разбрасывал блестящее конфетти.

Ну как теперь от него уходить?

А надо.

Я вздохнула, еле удержавшись от поцелуя, локализовала местонахождение предметов своего гардероба и тихонечко стала выползать из-под руки и одеяла.

Мне даже почти удалось.

Почти.

— Куда ты? — сонная лохматая голова приподнялась с подушки. Глаза он так и не удосужился открыть, но подгреб меня к себе решительно. — У нас еще утренний секс.

— На утренний секс заявка заполняется с вечера, — пробормотала я, все-таки целуя его в губы и уже гораздо решительнее выскребаясь из постели. — А сейчас все, поезд ушел.

— У меня неотложный случай, выдайте талончик для острых состояний, — Вадим откинул одеяло и моментально затащил меня под него, демонстрируя свое очень острое состояние.

И горячее. И довольно приятное, что уж там… И в теплых его руках мне становилось так пронзительно уютно и хорошо, что аж слезы на глаза наворачивались, что надо уходить.

Так вот о чем они говорили, эти змеи. Кстати, вчера он так напрямую не ответил ни про кого, кроме Лизы. А вот это описанное состояние — когда он тебя бросит, будешь реветь и не сможешь работать — оно прямо сейчас казалось чертовски реальным.

Я выдохнула долгий всхлип, притворяясь, что это остатки растекающегося по телу нежно-жаркого наслаждения. Ну вот теперь совсем все.

Расслабленный Вадим выпустил меня, и я принялась собирать вещи по комнате.

— Зачем тебе одежда? Сегодня у нас выходной, и я не собираюсь выпускать тебя из постели, — удивился он, приподнимаясь на локте.

— Домой поеду, — отозвалась я. — Это было великолепно, спасибо, дорогой босс. Но, пожалуй, сэкономлю нам обоим время и нервы и не буду дожидаться твоей речи о том, что это ничего не значит и в наших отношениях ничего не изменится, как ты и говорил. На общих основаниях.

Второй носок куда-то пропал. Вечно эти предатели теряются в самый неподходящий момент. Ну, блин, не уходить же без носка? Мало ли кто у него тут убирается. Все женщины как женщины, небось, кружевные трусики оставляют, а я — желтый носок.

— Все изменится.

Вадим сел на кровати, прикрыв стратегические места одеялом и посмотрел на меня, нервно мечущуюся по спальне. Я пыталась понять, куда среди трех сосен мог затеряться один несчастный носок и была уже готова перетряхивать подушки.

Он поймал меня, когда я проходила мимо и привлек к себе. Поставил между своих коленей и посмотрел снизу вверх. Я задрала голову к потолку, снова надеясь, что гравитация мне поможет и слезы не выкатятся.

— Для начала я тебя уволю.

Что?!

Я дернулась, вырываясь и тут слезы хлынули, уже не спрашивая разрешения.

Это несправедливо! Я могу справиться и нормально все пережить!

Я умею нормально работать! Я не доставлю проблем!

Ну зачем?!

— Заодно не будешь видеться с Герардом, иначе я ему шею откручу.

Какое ему дело?

Я пыталась что-нибудь сказать, но горло перехватило рыданиями, а я не хотела показывать, насколько мне больно.

— Эй, ты что? — Вадим, кажется, впервые заметил, что у меня из глаз льются слезы, которые я уже не могла удержать. — Ты чего ревешь? Слушай, я впервые прошу девушку переехать ко мне жить, вы всегда так реагируете?

Что?!

Я смотрела на него, вообще ничего не понимая. Какое переехать жить? Что за бред? Зачем увольнять? Куда делся мой мозг и нельзя ли вернуть его обратно вместе с желтым носочком?

Кстати о носочке. Вадим повозился и вытащил его из-под себя:

— Это искала?

— Да!

Я буду решать проблемы по мере их понимания. Сейчас надеть носок. Потом выяснить, что за фигня с увольнением.

— Если я никому не расскажу, что мы спали, ты меня оставишь на работе?

— Ты уже рассказала, — он усадил меня к себе на колени и нежно поцеловал в висок. — Не помнишь?

Черт.

— Я скажу, что пошутила.

— Зачем?

— Мне нравится моя работа, Вадим, пожалуйста, не увольняй меня.

Главное, снова не всхлипнуть.

— Тебе нравится среди тех, кто рассказывал обо мне, что я сплю со всем офисом по порядку?

— Может, тогда лучше их уволить? — ощетинилась я. Терять-то нечего.

— Это я тоже обдумаю. Но я не хочу, чтобы мою девушку травили у меня же в компании.

— Твою девушку? — переходим к следующему пункту.

— Да, котеночек, у нас теперь отношения и ты называешься моя девушка. Так это обычно происходит, — он немного подумал и добавил: — В нормальном мире.