Заложница - Юлия Гетта

Дойдя до кухни, Соня тут же засуетилась — переместила свое блюдо из холодильника в духовой шкаф разогреваться, и сразу после принялась доставать из шкафчиков подходящие приборы. Когда обернулась и бросила короткий взгляд на Демида, тут же смущенно заулыбалась, заметив, как он разглядывает ее, сидя за столом.

— Слушай, а может ну его все? — внезапно предложил он, немного прищурившись. — Я имею в виду возвращение в Россию. Останемся жить здесь втроём, станем самой настоящей семьей… Вы и так уже по документам моя семья. Даже делать ничего не надо.

— Остаться жить здесь? — растерянно переспросила Соня, развернувшись всем корпусом к мужчине. — Ты имеешь в виду навсегда?

— Ну да, — пожал плечами он с безмятежной улыбкой на губах.

— Нет, Демид, — закрутила она головой. — Что ты? Я даже не представляю себе, как это… Я уже скучаю по дому… И Макс скучает. По друзьям… Мама, опять же…

— Здесь будет наш новый дом, Сонь, — проникновенно произнес Демид. — Макс ещё маленький, он быстро забудет своих старых друзей. Мы отправим его в местный детский сад, и он найдёт себе новых. Маму твою тоже сюда перевезем.

— Я… Не знаю… — Соня растерянно усмехнулась, обескураженная его предложением. — Мама уж точно никуда не поедет. Прости, Демид, но и я тоже не смогу здесь жить… постоянно. То есть, здесь, конечно, очень здорово… И очень классно отдыхать! Но навсегда… Знаешь, как в поговорке — в гостях хорошо, а дома лучше? Я Россию люблю, там наш дом.

Улыбка стерлась с лица мужчины.

— Ты серьезно, Соня? Черт, ты просто фантастическая какая-то женщина! — эмоционально воскликнул он, вскинув брови, и добавил уже тише. — Да в России каждый второй мечтает свалить за бугор. А каждый первый не мечтает только потому, что слишком ленив, чтобы мечтать.

— Что ты такое говоришь? Далеко не все мечтают уехать из России! — возмущенно отозвалась Соня. — То есть, конечно, многие мечтают… Наверное… Но и тех, кто любит свою родину, тоже достаточно! Да и ты только представь, если всегда здесь жить? Здесь же отовсюду только и слышится чужая речь, которую я не знаю! И люди здесь… чужие все!

— Сонь, язык ты выучишь, да и русских здесь хватает. Найдём себе друзей, ты привыкнешь, и со временем полюбишь эту страну. А если не полюбишь, можем уехать в другое место. Например, в Германию. Или в Италию. Где тебе было бы комфортнее?

Соня обескуражено посмотрела на Демида и отрицательно покачала головой.

— Страна не имеет значения, Демид. Ты только представь, если мы останемся навсегда в какой угодно чужой стране… Я не хочу, чтобы мой ребёнок забыл со временем родной язык. Я не хочу, чтобы мои внуки его совсем не знали! А как же наша культура? История? Мы ведь часть нашей родины, нашей земли, как ты не понимаешь?

— Охренеть… — потрясенно произнес мужчина. — Первый раз в жизни встречаю живого патриота. Нет, Сонь, это очень круто, что такие существуют, правда. Ещё круче, что ты работаешь учителем в школе. Может, и правда, ещё не все потеряно…

Он помолчал недолго, а потом внезапно поднялся из-за стола и зашагал к выходу из кухни.

— Демид! — взволнованно окликнула его Соня.

— Прости, сладкая, я что-то не хочу пока есть, — бросил он из-за плеча, не оборачиваясь. — Немного позже обязательно попробую твою лазанью.

— Демид, не уходи, пожалуйста! — Соня испуганно кинулась вслед за ним, вцепилась в его ладонь и заставила развернуться. — Прошу, не уходи! Давай поговорим… Я сама не знаю, что несу, прости. Я ведь понятия не имею, какие у тебя проблемы! У тебя не получится больше вернуться в Россию? Никогда, да?

— Сонь, не переживай об этом, — снисходительно улыбнулся он, погладив большим пальцем девушку по щеке. — Я просто так предложил это, как вариант. Без всякого подтекста.

Но отчего-то Соне показалось, что он сказал это неискренне. Её не покидало чувство, что она только что совершила какую-то ужасную ошибку.

— Послушай, все, что я наговорила тебе сейчас, это бред. Неважно, где жить, самое главное — чтобы близкие люди были рядом. В благополучии и безопасности. Остальное неважно.

— А как же внуки, которые забудут родной язык? — усмехнулся он.

— Демид, да я же говорю, сама не знаю, что несу! Какие внуки? До них еще дожить надо! — расстроено вздохнула Соня и проникновенно посмотрела мужчине в глаза. — Я хочу быть с тобой! Неважно где — дома или здесь. Мне все равно, что у тебя произошло, если не хочешь говорить об этом — не говори. Я верю тебе, я знаю, что ты хороший человек, и никому не причинял зла!

Демид вздохнул, взял Соню за руку и притянул к себе. Обнял, прижал щекой к своей груди, зарылся ладонью в её волосы, ласково погладил по голове.

— Вообще-то, не такой уж и хороший, Сонь.

— Вряд ли на нашей земле найдется хоть один безгрешный ангел, — выдохнула она ему в грудь, прикрыв глаза, и изо всех сил обхватила его могучий торс руками. — Но ты говорил мне, что никого не убивал. И я тебе верю.

Мужчина отстранился от девушки, мягко высвободившись из её объятий. Опустил ладони ей на плечи и пронзительно посмотрел в глаза:

— Да, я не убийца, Соня. Я — вор.