Возможно мы… - Надежда Скай

– Это случилось чуть больше четырёх лет назад. Я тогда ещё служил контрактником, и жили мы в другом городе. По долгу службы нас часто отправляли на всякие задания, а так как я был командиром отделения, то частенько не бывал дома. С женой у нас поначалу всё было отлично, родилась моя Сонечка, я в ней души не чаял и из кожи вон лез, чтобы мои женщины ни в чём не нуждались. Короче, впахивал по полной. И сам не заметил, как с женой пошёл разлад. Соня росла умницей и красавицей, но я стал замечать, вернее, тёща стала всё больше жаловаться мне, что Соню жена ей оставляет, пока меня нет. Я доверял. Но потом до меня стали доходить слухи, что она с подругами частенько стала погуливать. Начались скандалы и разлад в семье. И вот как-то дочка упросила нас отдать её в ледовый учиться кататься на коньках. Мы были не против.

Медведь сделал глоток и стал смотреть в окно, а я увидела в его глазах столько боли, что уже пожалела о своём вопросе.

– Я сам стал её возить, так как тогда был в отпуске. В один день всё было, как обычно, Соня встала на коньки и уже умело начала выполнять упражнения, а мне позвонили с работы, и я вышел ненадолго. Чёрт… А когда вернулся…

Валера на секунду замолчал, нервно дёрнул подбородком и продолжил.

– Она лежала на льду и не шевелилась. С одной стороны, к ней бежала тренер, с другой я. Быстро осмотрев, мы не нашли внешних переломов, но когда тренер попыталась её приподнять, она застонала, и я тут же запретил её трогать. Вызвали скорую и, пока ждали, соорудили носилки и перенесли в медчасть. А дальше больница и страшный диагноз. Перелом шейки бедра. Нужна операция.

– Боже…

Я закрыла рот рукой, чтобы не застонать в голос.

– Поверишь или нет, но Соня ни разу не заплакала и не пожаловалась.

– Я верю, она очень сильная.

– На работе попросил дать мне ещё отгулы, а жена… сука. Прости. Первую неделю появлялась в больнице, чтобы пожалеть себя и устроить очередной скандал, обвинив во всём меня.

– Ты прав, сука, она.

Валера криво усмехнулся и кивнул.

– В итоге, она заявила, что это теперь моя проблема и опять ушла в загул. Ей наша дочь такая была нахрен не нужна. В нашей больнице такие операции не делали лишь потому, что не было нужного специалиста. Я стал искать, подключил товарищей по службе, и уже через пару недель я вышел на Серёгу, – Медведь перевел дыхание, сделал глоток и продолжил.

– Встретившись с ним в первый раз, я, конечно, немного офигел. Тогда он не был так ещё забит татухами, но… Всё ему объяснил, показал историю болезни. Он, не раздумывая, согласился. И, знаешь, операция-то не дешёвая! Но он сказал, чтобы я оплатил только всё, что связано непосредственно с больницей. Как потом узнал, Серый смог договориться по своим каналам, и счёт мне выставили не такой уж и огромный. А сам он не взял ни копейки. Но самое главное, он поставил мою девочку на ноги, для меня совершил чудо, и я был готов за это всё ему отдать.

Я сидела с открытым ртом, и, как назло все слова разом вылетели из головы, смогла только кивнуть. А Медведь продолжил.

– Он лично наблюдал за выздоровлением Сони, нашёл нам хорошего ортопеда, и уже через полгода она не просто ходила, а бегала. Поэтому для меня он не просто друг, а почти как брат, для которого я всё сделаю.

– А жена что?

Медведь махнул рукой и, ухмыльнувшись, сказал:

– Шалавой она оказалась. Не рассмотрел в ней этого поначалу, вроде нормальная была. После операции вернулся один в тот город, развёлся с ней, подал на лишение её родительских прав и уволился из органов. Она, кстати, приезжала потом один раз, повидаться с ребёнком, но Соня, даже видеть её не захотела. И я ей запретил появляться. Вот так и живём мы с Соней, можно сказать, душа в душу. Серёга, кстати, сразу запретил все физические нагрузки, поэтому мелкая нашла себя в рисовании. Она не говорила?

– Нет. А что она рисует?

– В основном природу. Но и портреты у неё неплохо получаются. Я ей скажу, чтобы она тебе показала.

– Да, мне очень интересно. Спасибо, Валер, что рассказал, для меня это многое значит.

Я встала и, подойдя к нему, крепко обняла и поцеловала в щёку.

– Ну-ну, всё нормально.

– А сколько тебе лет? И как вы с Сергеем решили создать общее дело?

– А вот это я расскажу завтра, а то ещё неизвестно, сколько нам тут куковать, будем развлекать друг друга рассказами.

Я улыбнулась и согласно кивнула.

Поужинав, мы все вместе вывалились на улицу, удобно устроились на небольшой веранде и решили поиграть в карты. Но, не успев начать, на мобильный Медведя пришло сообщение, и он со скоростью спринтера забежал в дом, а потом также быстро вернулся и поставил на стол ноутбук.

– Готовься, Маша, сейчас будет видеосвязь с Серым.

От этой новости я как будто ожила, а руки предательски задрожали.

– Всем привет!

Не передать, какое это было для меня счастье, видеть своего Великана.

– Здравствуй, любимый.

– Привет, Сергей, – поздоровалась Соня, а за ней и Медведь.

– Здаров, брат, как ты там?

Качество связи, конечно, было не очень, немного рябило, и иногда пропадал звук, но для меня это было неважно, я видела его снова, такого любимого и единственного.

– Нормально, нас переправили в новое место, а здесь жуть что творится. Работы страсть как много.

– Наша часть?

– Наполовину, делим с Сирийской армией.

– Тогда понятно.

Каждый понимал, что открыто говорить о том, что там происходит, нельзя, и поэтому всё было поверхностно.

– Кнопка, ты не представляешь, как я соскучился.

Краем глаза я заметила, как Медведь взял дочку за руку и повёл в дом, оставив нас наедине.

– Серёж, я с ума схожу без тебя. У тебя лицо усталое.

– Да, было подряд несколько сложных операций, почти тринадцать часов на ногах. Вот только сменили, сейчас завалюсь спать, даже кушать не хочется.

– Береги себя.

– Сегодня что-то плохо с видео звонками. Завтра позвоню в это же время.

– Я буду ждать.

– Кнопка, я скучаю…

Сигнал внезапно пропал, и я не успела ответить, но главное я услышала и впервые за эти несколько дней спала спокойно всю ночь.