Судьба гнева и пламени - Кэти Такер

Я взбираюсь по ступенькам, и страх охватывает меня изнутри, пока я готовлюсь к еще одному мертвому телу.

Но то, что я вижу, намного хуже.

Половина шеи женщины вырвана с корнем, дыры зияют там, где раньше были глаза. Она лежит в алой луже, кровь впитывается в нетронутую белую одежду. На животе глубокие следы когтей, утроба разорвана в клочья.

Так много крови.

– Кто мог сотворить с ней такое? – шепчу я.

Анника спотыкается о собственные ноги, пытаясь отступить от тела.

– Нам нужно вернуться в замок. Сейчас же.

– Но ты сказала, что это единственное место, где я буду в безопасности от казни?

– Сейчас здесь явно небезопасно! Только не с дэйнаром, разгуливающим внутри городских стен! – Она протягивает руку к изуродованному телу. – Не когда он убил единственного человека в Цирилее, который может отправить его туда, откуда он пришел.

– Что?

– У нас нет времени на игру, в которую ты играешь, Ромерия. Дэйнаров в Илоре не было уже две тысячи лет. – Она мчится по центральному проходу, но затем останавливается и поворачивается, чтобы посмотреть на меня. – Ну конечно… Это была ты, не так ли? Твой заклинатель призвал его?

Она, должно быть, имеет в виду Софи. Зандер ей все рассказал?

– Грандиозный финал Ибариса – позволить одной из этих тварей разорить наш народ в день, когда ты и так причинила столько вреда?

– Нет! – По крайней мере, я надеюсь, что нет. Как кто-то вообще может быть причастен к выпусканию на свободу существа, способного на такой ужас?

Анника продолжает отступать назад по проходу.

– Оставайся здесь, если хочешь. Это твой зверь. Может, ты способна его приручить. Но здесь ты не получишь убежище, не от трупа.

Движение слева от меня.

– Мне нужно добраться до брата, пока он не…

– Анника. – Холодная волна страха накрывает каждый дюйм моей кожи, пока я наблюдаю, как призрачная фигура поднимается между скамьями, взбираясь на высоту, намного превышающую любого человека. – Замри.

Либо завидев ужас на моем лице, либо услышав его в моем голосе, Анника следует за моим взглядом и поворачивается лицом к фигуре, которая медленно, крадучись, движется вперед вдоль узкой скамьи.

Свет факелов освещает существо, и оно страшнее, чем все, что я когда-либо видела в фильмах ужасов. Но, наверное, потому, что этот монстр настоящий.

Сложенные крылья летучей мыши торчат из сгорбленной спины, висят лохмотьями, будто кто-то раскромсал их когтями. Кожа твари выглядит обугленной, как у почерневшей курицы, а между трещинами сочится желтая жидкость. Но больше всего мое оцепеневшее внимание приковывают два рóга – извилистых черных рога, торчащих из выпуклого лба.

У меня пересыхает во рту. Это может быть только дэйнар, зверь, растерзавший верховную жрицу. И теперь он присматривается к следующей добыче.

– Во имя всех Судеб… – Анника, двигаясь очень осторожно, отступает от него.

Существо издает гортанный звук и с легкостью запрыгивает на заднюю часть скамьи, демонстрируя жилистые задние лапы, которые выглядят достаточно мощными, чтобы подбросить его в воздух, даже если крылья подведут. Голова чудища откидывается назад, дабы понюхать воздух, но его глаза не отрываются от Анники: он сидит, будто горгулья, и ждет, позволяя ей установить между ними некоторое расстояние. Ждет, пока его цель побежит, чтобы погнаться за ней, прежде чем убить, как он убил верховную жрицу.

Вероятно, он или кто-то из его вида убил ту женщину на парковке завода.

Мой отец все это время говорил правду о том, что видел.

Однако сейчас не стоит пересматривать его заблуждения. Аннику вот-вот разорвет ужасная тварь, потому что эта девчонка помогла мне бежать. Ее кровь будет на моих руках – новое прегрешение в глазах короля. Пусть я и не заслужила обвинение за то, что произошло до момента моего пробуждения, но, если я позволю этому монстру растерзать ее, это точно будет моя вина.

Если Аннике удастся добраться до прохода, дэйнар не сможет следовать за ней через это узкое пространство. Она вернется в замок и предупредит Зандера.

Адреналин бурлит в моих венах, когда я беру с алтаря позолоченную чашу.

– Эй!

Я что есть мочи бросаю ее в голову дэйнара. Она попадает по верхушке его рога, и зверь рычит в ответ, поворачивая в мою сторону светящиеся красные глаза. Я не обращаю внимания на дрожь, пробегающую по телу под этим хищным взглядом, и тянусь к следующему ближайшему предмету – каменной чаше, которую будет труднее бросить, но она принесет больше боли, если попадет в цель.

Я кидаю ее в существо. На этот раз чаша приземляется прямо на его грудь. С новым ревом, на этот раз пронизанным яростью, дэйнар бросает свою первоначальную цель, прыгая со скамьи на скамью к помосту, разрывая куски дерева своими острыми, как бритва, когтями.

Я бросаю в него еще одну чашу, чтобы сосредоточить его внимание на себе, и шиплю:

– Беги! – Возможно, я смогу выиграть для Анники достаточно времени.

– Ты злишь его! – шипит она в ответ.

– Разве не так приручают подобных тварей? – издеваюсь я, но от страха у меня сковывает ноги.

– Он убьет тебя!

– Все же лучше, чем сгореть заживо.

Надеюсь.

Я шарю в поисках другого предмета, всего, что могу в него бросить. Я сжимаю кулак над рукоятью изогнутого кинжала, смутно осознавая, что он скользкий от крови. Оружие не слишком годное, но придется действовать.

Пол подо мной содрогается, когда дэйнар приземляется на помост. Я выбрасываю Аннику из мыслей, сосредоточившись теперь на том, как мне выжить в этой ситуации. Зверь смотрит на меня, поднимаясь по ступенькам, его губы приоткрылись, обнажив ряд полупрозрачных пожелтевших зубов…

Такое существо невозможно укротить, даже если бы это я выпустила его на волю.

Он ступает вперед с тяжелыми, сопящими вдохами, замедляясь, словно решая, в какую сторону вокруг алтаря он должен пойти – вправо, мимо туши своего последнего убитого, или влево, обходя алтарь спереди. На концах его когтей я вижу неровные зазубрины, помогающие удерживать добычу на месте.

Изо всех сил я пытаюсь не обращать внимания на вонь его гниющей плоти, сжимая в кулаке рукоять кинжала и отступая. Если я смогу ранить его достаточно, чтобы замедлить, возможно, смогу добраться до прохода, если Анника еще не закрыла его. В противном случае я убегу через двери и заставлю Боза и его людей преследовать кого-то куда более опасного, чем я.

Я быстро пинаю