Запри дверь в прошлое - Барбара Макмаон

В субботу Дэб проснулась злой. Растерянность, обида, непонимание — все улетучилось. Осталась лишь злость. Расследование, проведенное вчера ею и Аннслиз, все расставило по местам. Печаль растаяла, слезы высохли. Она уже ничего не может изменить, но должна поставить все точки над "i" в отношениях с этим дерзким, самоуверенным ковбоем-выскочкой.

Дэб натянула джинсы, но потом, тряхнув головой, отбросила их в угол комнаты. Сегодня она все сделает по-своему. Надев легкие коричневые брюки свободного покроя и розовую шелковую блузку, она собрала волосы в привычный пучок и нанесла легкий макияж.

Позавтракав тостами и кофе, села в машину и направилась на запад от Денвера. Она должна холодно и бесстрастно изложить Дасти все факты и попрощаться, теперь уже навсегда.

По дороге к ранчо Уилсона злость и ярость не уменьшились ни на йоту. Она лишь восстановит истину и вернется домой. Возможно, еще заедет к Барретту и расскажет, как все произошло на самом деле.

Дэб въехала во двор ранчо и остановилась у крыльца дома. Двое работников возились у амбара. Остановившись, они внимательно проводили ее взглядом. Никто не поздоровался, не протянул ей руки. Их лица выражали неприязнь и удивление.

Ну и ладно. Она не должна перед ними отчитываться. Да и возвращаться сюда она тоже больше не собирается.

Глянув на часы, Дэб решила пройти на кухню.

— Привет, милочка. Заходи. Хочешь кофе? предложила ей Айви с порога.

— Я ищу Дасти.

— Он где-то рядом. Придет к обеду. Выпей кофе и расскажи мне все. Знаешь, мужчины иногда причиняют боль.

— По-моему, они причиняют боль всегда...

Он так напоминает мне моего отца, — неожиданно для себя призналась Дэб. — Никогда ничего не доводит до конца и думает только о себе.

Айви внимательно посмотрела на Дэб.

— Ты уверена, что мы говорим о Дасти Уилсоне?

Дэб кивнула.

— Айви, ну посмотри на этот дом! Как может трудолюбивый, благополучный человек содержать его в таком состоянии?

— Что ты, милочка. Это ранчо досталось Дасти в совсем запущенном виде. Дядя Дасти, убитый горем, совершенно отошел от дел. Так что в наследство он оставил лишь руины и долги. Дасти восстанавливал хозяйство более четырех лет.

— Эй, Айви, а когда будет обед? — Хэнк замолчал и остановился на пороге, увидев Дэб.

— Хэнк, Дасти вернулся с тобой? — спросила Айви и, получив утвердительный ответ, обратилась к Дэб:

— Тебе лучше поискать его в амбаре. Там ты сможешь застать его одного.

В амбаре, как и в прошлую субботу, пахло свежескошенным сеном и лошадьми. Дасти стоял рядом с Диего, снимая с него седло. Заметив Дэб, он смерил ее взглядом и произнес:

— Уходи.

— Я уйду, но прежде скажу все, что должна сказать, и ты меня выслушаешь.

— Я вовсе не обязан слушать все, что ты хочешь сказать.

— Ты не прав. И ты был не прав в четверг, Дасти Уилсон. Я не лишала Джона Барретта имущества. Я честный человек. И всегда говорила тебе, что ничего не могу гарантировать, пока ты и другие друзья Джона не внесут за него деньги. Я все подготовила, чтобы отложить выплату долга.

— Да, и поэтому бумаги с решением забрать у Джона его ранчо пришли так быстро.

— Дасти, это сделала не я. Это сделал Фил.

— Фил? Какой еще, к черту, Фил?

— Фил Мур. Он занимает такую же должность, как и я. Что-то насторожило его в том, что я отодвинула решение о конфискации. Он взял дело Барретта и все подготовил сам. Я заподозрила это, когда он рылся на моем столе. А потом, после твоего визита, все подтвердилось.

Дасти в смятении уставился на нее.

— О Господи! — прошептал он. Дэб хотела бы рассмеяться, глядя на его растерянный вид, но вместо улыбки ее губы дрогнули, и на глаза навернулись слезы. — Дэб... — Он сделал к ней шаг и протянул руку. Дэб отступила.

— Я лишь хотела рассказать тебе правду. Я заеду к мистеру Барретту и все объясню ему сама. Понимаю, что ты обо мне невысокого мнения, но, по крайней мере, ты понял, что я не лживая карьеристка.

— Но я думал, это сделала ты.

— Потому что так поступила бы Марджори.

Я знаю, ты не любишь женщин, которые занимаются своей карьерой. Но почему, Дасти?

Насколько я понимаю, ты успешно занимаешься своим делом, восстановил ранчо, даже внес деньги за Джона. Но почему ты так поступил со мной? Почему не веришь, что я тоже могу и люблю заниматься своим делом? За что ты так обидел меня? Я ведь никогда не ранила тебя так больно. Я... — Дэб отвернулась и сделала шаг к выходу. В горле у нее стоял ком, ей было трудно говорить, Дасти не должен видеть ее такой, он не должен видеть ее слезы.