Высота в милю - Лиз Томфорд

В конце концов, пара начинает агрессивно целоваться. Они прижимаются друг к другу так тесно, что у меня остается достаточно места, чтобы пробраться к барной стойке.

Барменша смеется, а я вздыхаю с облегчением, бочком подходя к стойке.

— Что я могу вам предложить?

— Можно мне две водки с содовой с лаймом и пейл-эль? — бармен берет пару стаканов. — Самый большой пейл-эль.

Улыбка появляется на ее губах, когда девушка меняет маленький стакан на гораздо больший. Когда она поворачивается к крану, я поднимаю голову и оглядываю комнату, чувствуя на себе чей-то взгляд.

Взгляд карих глаз.

Спрятавшись в дальнем углу бара, Зандерс подносит пиво к губам, его глаза сияют весельем, а рот растягивается в улыбке за стеклянной бутылкой, когда он смотрит на меня.

— Ты следишь за мной? — одними губами произносит Эван с другого конца комнаты.

ГЛАВА 11

ЗАНДЕРС

— Сегодня ты покупаешь мне выпивку, — напоминает мне Мэддисон, когда мы занимаем столик в задней части переполненного бара через дорогу от арены Нэшвилла.

— Договорились, — я держу голову опущенной, а Мэддисон натягивает козырек кепки ниже, мы оба пытаемся остаться незамеченными. — Рио, ты покупаешь сегодня, — обращаюсь я к своему младшему товарищу по команде.

Мэддисон качает головой, негромко усмехаясь.

— Опять? — хнычет Рио поверх живой группы, наполняющей бар музыкой кантри. — Но я всегда покупаю. Я уже даже не новичок.

— Ты все еще новичок, пока мы не найдем нового, который нам понравится.

Без лишних слов парень уходит в сторону бара.

Пальцы Мэддисона двигаются со скоростью мили в минуту, пока он пишет кому-то сообщение на своем телефоне.

— Логан? — спрашиваю я с предположением.

— Да, — издает довольный и счастливый вздох Мэддисон.

Я даже не могу попенять своего лучшего друга за то, что его жена полностью завладела им. Честно говоря, я просто рад, что хоть раз вытащил его из гостиничного номера. Он мой самый близкий друг, но я никогда не мог сравниться с ним в желании спать с одной женщиной до конца жизни, не говоря уже о том, чтобы проводить каждый божий день, думая о ком-то так, как Мэддисон думает о Логан.

Ему ненавистна жизни в дороге, парень любит быть дома, в то время как у меня нет причин с нетерпением ждать возвращения домой, кроме его семьи. Каждый вечер я с нетерпением жду другого города.

Рио быстро возвращается, его руки заняты, горлышки пивных бутылок зажаты между пальцами. Сразу за ним идет горячая рыжеволосая цыпочка с рюмками в руках.

— Нет, — быстро вмешивается Мэддисон, поворачиваясь к Рио. — Никаких шотов. Мы играем меньше чем через двадцать четыре часа.

— Не смотри на меня так, капитан, — говорит Рио. — Эти щедрые женщины в баре купили нам раунд. Хотели пожелать нам удачи завтра.

Я смотрю через плечо Мэддисона на двух девушек, сидящих за стойкой бара, обе чертовски сексуальны, и они поднимают пару рюмок вверх в знак приветствия.

— Один не повредит, — я беру рюмку, наполненную прозрачной жидкостью.

Цыпочка с медными прядями опирается локтями на нашу высокую столешницу, выпячивая сиськи, когда наклоняется к Мэддисону.

— Могу выпить за нас обоих. Я не возражаю, — соблазнительно предлагает она, подмигивая.

Мэддисон, Рио и я разражаемся смехом, и рыжая хмурит брови в замешательстве.

Я понимаю, что есть спортсмены, которым наплевать, женаты они или нет. Они будут спать с кем-угодно, особенно в дороге. Мэддисон не такой. У парня на безымянном пальце вытатуированы инициалы его жены, ради всего святого.

— Это тебя ни к чему не приведет, — говорю я сексуальной рыжей, имея в виду ее подкаты к моему лучшему другу. — Можешь переключить свое внимание сюда.

Ее внимание сосредотачивается на мне быстрее, чем вы можете себе представить, когда мы соединяем наши рюмки и одновременно выпиваем текилу.

— Еще? — спрашивает девушка, хлопая ресницами.

Я поднимаю взгляд на Мэддисона, которому явно не по себе. Я обещал ему мальчишник, по крайней мере, для начала. Тем более, что он долго не протянет, прежде чем решит пробраться обратно в отель и позвонить жене. Может быть, после его ухода я займусь расширением своего нэшвиллского списка.

— Не сегодня, — говорю я ей, имея в виду нечто большее, чем просто еще один напиток.

— Я — Рио! — врывается мой товарищ по команде, найдя возможность привлечь к себе внимание.

— Рио… мне нравится это имя, — она кивает в сторону бара, чтобы он последовал за ней к ее друзьям.

Мой товарищ по команде быстро встает со своего места, его зеленые глаза сияют от возбуждения.

— Неужели я ничему его не научил? — спрашиваю я Мэддисона, из-за его плеча наблюдая за Рио, который выглядит чертовски жаждущим, и не алкоголя. — Мы не гоняемся за женщинами. Женщины бегают за нами.

— Ты не гоняешься за женщинами. Женщины бегают за тобой, — поправляет он со смехом. — Не приплетай меня к своему дерьму.

— Справедливо.

Пара миниатюрных блондинок занимает столик прямо рядом с нами, пытаясь установить зрительный контакт в процессе. Мэддисон не замечает, но мой взгляд скользит по ним обеим. Они симпатичные, но их искусственный загар находится в опасной близости от статуса Умпа-Лумпы, и от них исходит отчаянное желание привлечь к себе внимание. Я быстро возвращаю свое внимание к столику, не интересуясь ни одной из них.

— Какой план для нашего отложенного Хэллоуина? Элла уже решила, кем мы будем?

На губах Мэддисона появляется довольная улыбка.

— Ага.

— И?

Я не знаю, сравнится ли что-нибудь с прошлым годом, когда двухлетняя Элла Джо решила, что она будет Халком на Хэллоуин, и поэтому наша команда взяла на себя роль остальных персонажей «Марвел», когда мы прогуливались по нашему кварталу в Чикаго. Для наших соседей это было то еще зрелище — увидеть мою маленькую племянницу, выкрашенную в зеленый цвет, а также ее родителей и трех дядей, разодетыми в пух и прах вместе с ней.