Нет в крыльях правды - Катрин Хатчкрафт

— Понимаешь ли, Вики, Альпин хотел осуществить свою задумку еще тогда, когда пришел к тебе первый раз, перед ужином. Но понял, что влюбился, как последний идиот, и не смог сделать это.

— Поэтому он решил осуществить план, когда я заберу Знание, чтобы сделать своей ручной зверушкой?! — я начала выходить из себя.

— Вики, не горячись, — улыбнулась она. — Это я должна злиться на тебя, ведь ты забрала моего любимого Альпина. Он избегает встреч, потому что теряет голову в твоем присутствии. Представляешь, как мне неприятно, когда он приходит ко мне и изливает душу, как ему без плохо без тебя, как в пустой комнате он чувствует твое незримое присутствие, как он хочет тебя! А я будто сломанный инкубатор: выносить того, кто ему нужен, не смогу, так, значит, могу идти на свалку, а он и не при делах вообще, уже нашел себе новый предмет обожания, к которому действительно испытывает чувства, а не просто держит для удовлетворения потребностей? — последние слова она уже бормотала себе под нос, но я все равно, даже против воли улавливала их краем уха. Так вот оно что, я нужна Альпину лишь как Хранительница Знания, а всем остальным можно пренебречь. Да и, наверное, не стоит меня спрашивать, хочу я вообще вынашивать от него ребенка или нет.

Неожиданно послышался звук открывающегося замка, Анастасия тут же перестала причитать и инстинктивно прикрыла живот руками, а я повернулась в сторону двери. В проеме стоял тот, кто нужен был меньше всего здесь в данный момент.

— Альпин? — воскликнула Анастасия и чуть не бросилась в ноги своему королю. Внутри разлилось странное ощущение: злость, ненависть из-за того, что все было продумано без моего ведома, переполняли меня, почти выплескивались через край. Мое мнение никто даже не хотел спрашивать, и это очень сильно ударило по самолюбию. Но в то же время, от картины, как Анастасия валялась в ногах Альпина, внутри появилась саднящая пустота, вызванная ревностью… у меня попросту не было иного слова на этот счет. Мне было больно осознавать, что я надеялась на что-то, поверила Альпину, а он просто использовал меня, прекрасно зная, что скоро у него родится ребенок, а меня хотел использовать как какую-то племенную кобылку или ручную собачку, которая прибежит по первому его зову. Словно Анастасии ему было мало.

— Вот и чумная семейка в сборе, — прошептала я под нос, но у парочки были другие заботы, и они меня не слышали. Альпин в недоумении смотрел на Анастасию, а та стояла перед ним, склонив голову, будто в чем-то провинилась.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Альпин, сверху глядя на женщину.

— Я пришла поговорить с Викторией о ее успехах на твоих тренировках…

— Прекрасно зная, что никаких успехов нет, — закончил за неё фразу король. — Действительно достойный уважения поступок. Пошла вон, мы еще поговорим с тобой позднее.

Анастасия поджала губы, бросила мимолетный взгляд в мою сторону и, не теряя достоинства, изящно покинула комнату, а на кровать теперь бросился Альпин, закрывая лицо руками.

— Зачем она приходила? — спросил мужчина, потирая переносицу.

— Это тебе лучше у нее узнать, — ответила я, складывая руки на груди. — Ты ведь слышал все, что она мне наговорила, не так ли?

Альпин не ответил.

— Что же ты молчишь? — вновь задала вопрос, но неожиданно он бросился ко мне, заключил в объятия и уронил на кровать так, что полы балдахина взметнулись от внезапного порыва воздуха. Теперь я лежала на шелковых простынях, а надо мной нависал мужчина.

— А что я должен тебе сказать? — прошептал Альпин, проводя носом по чувствительной шее. — Что я теряю голову от одного взгляда на тебя? Что твой аромат преследует меня даже в те дни, когда я тебя не вижу? Что я влюбился в дочь своего друга и бывшей любимой? Ты это хочешь услышать? — он нежно прикусил мочку, но я от его действий лишь вздрогнула.

— Хочу услышать, правда ли то, что я должна была участвовать в твоем эксперименте по рождению подобного себе одаренного ребенка? Правда, что ты хотел переспать со мной лишь для этого? — я била Альпина по груди, но тот словно не чувствовал. Мои слова ранили его больше, чем удары, подействовали отрезвляюще. Мужчина поднял голову и внимательно посмотрел в глаза.

— Вики! Нет! Прошу, остановись! — он поймал меня за руки и прижал их к поверхности. Я пыталась скинуть его, брыкалась, но безрезультатно. — Анастасия беременна, это факт. По моему приказу она должна была скрывать. Ото всех. Но эта упертая женщина в очередной раз решила сделать все по-своему. Да, я не спорю, я мечтаю о ребенке с двойным даром, ведь если получилось у твоих родителей, то почему не может получиться у меня? Раньше я думал, чем же хуже них? Но попросту не учел множество факторов. Просто колоссальное множество факторов, Виктория. И с тобой у меня тоже это не получилось бы, потому что между нами не возникла связь, как у предназначенных, несмотря на какую-то нить между ними. У меня не тот дар, какой был у твоих родителей. Я ничего не говорил Анастасии, позволяя ей витать в собственных мыслях и мечтах, но никак не мог ожидать, что она придет сюда и начнет нести всю эту ересь. Правда, не ожидал, Вики. Я действительно полюбил тебя и не буду отрицать это. Мне действительно нужно Знание, это я тоже отрицать не буду. Но я никогда не стал тебя принуждать к рождению ребенка, это произошло бы только в том случае, если ты сама захотела этого.

— И как, узнали, что это за связь между нами? — горько спросила я.

— Остаточные чувства к твоей матери затмевают мой разум, — прошептал он, склоняясь к самому угу и обжигая дыханием.

Я покачала головой. Осколки сердца неприятно резали грудь, каждый вдох давался с особенной тяжестью, но пересиливая себя, произнесла:

— Ваше Величество, прошу, покиньте комнату. Я не хочу больше вас видеть, — сгусток темной энергии сорвался с кончиков пальцев прижатой руки и врезался Альпину в грудь. Прикосновение чужой магии ощутимо ударило по мужчине, и тот резко поднялся.

— Так, значит, ты, Вики, — обиженно произнес Альпин, с нескрываемой болью смотря на меня. — Я ведь действительно люблю тебя, а ты…

Не договорив фразу, он быстрым шагом покинул комнату, напоследок громко хлопнув дверью. Я на негнущихся ногах встала с кровати, подошла к окну и оглядела столицу. Люди, как и всегда, сновали по своим делам,