Хозяйка волшебного дома. Книга 1 - Мартиша Риш

Лифт захлопнул дверцы и сбежал в свою шахту. Я осталась стоять. Надо, наверное, куда-то звонить? Делать что-то? Ужас какой. Может, удастся бочком проскочить в квартиру? Вдоль стеночки? Ой!

Клацнули дверцы лифта. Наверное, сосед вернулся домой. Он сейчас и сдаст меня в органы правопорядка как главного монстра. Надо бы хоть домой заглянуть, бросить еды Несчастью. Отпустить чупокабра на вольные хлеба.

— Ну, уважила! — раздался за спиной голос свекрови, — А я все у соседки сидела, выглядывала тебя в окно. Хотела лично всё высказать.

— Вы живы? — обернулась я на голос. Гадина Николаевна выглядит странно. Даже странней, чем обычно. Вместо обычной кички, волосы на голове стоят дыбом. Помады на губах нет. Под глазами рассыпалась тушь.

— Почти жива! И все благодаря тебе.

— А в пакетах тогда кто?

— Настенька, я думала, ты мусор перестала выносить с горя. Думала помочь даже. Потом потрогала, решила тебя дождаться, — милой улыбкой оскалилась свекровь.

— Вас били?

— До этого не дошло, к сожалению. Хочешь, я тебе все расскажу?

— Наверное.

— Но не здесь же! Ой, а что тебе привезли? — устремилась она к пакетам. Что если этот Антон угробил какую-нибудь чужую свекровь и подбросил к двери вместо моей? И буду я объясняться, что делает бесхозный труп под моей дверью.

— Нет! — вскрикнула я совершенно напрасно. Галину Николаевну ничем не сбить с курса. Она же как самонаводящаяся ракета. Вижу цель, препятствий не вижу.

— Не переживай, дочка! Я теперь только консервой лечебной питаюсь! Той, что ты мне подарила, дорогая моя, — похоже, у гангстеров свои методы перевоспитания. Впрочем, на свекрови и они сработали не так, как надо. Не отвадил ее Антон, но хоть добрее сделал. Лучше бы, конечно отвадил. Впрочем, такую ничем не проймёшь! — Тоже на оптовом рынке закупаешься? Тут и поросеночек, и говядинка! Ох! Гусь! Целый гусь! Жирный какой! Ты такая молодец, Настенька. И дом у тебя в порядке, и бюджет умеешь экономить. Умничка. Давай, я тебе помогу все занести. Хочешь, даже по морозилочке разберу. Молодец, дочка. Готовишься к воссоединению семьи.

— Ничего я не готовлюсь.

— Ой, мне то не говори. Грехи — дело простительное. Со всеми бывает. Только Сашеньке ничего знать не нужно. Он у нас мальчик хороший, домашний, не сбивай его с толку!

— Ладно, — протиснулась я к двери бочком. Теперь бы только успеть, — Несчастье, прячься! И двери запри! — крикнула я в приоткрывшуюся щель.

— Ты чего это?

— Примета такая. Чтоб проблемы дом стороной обходили.

— Умница! Я теперь тоже так говорить буду всегда, — она подхватила оба огромных пакета и прошла в дверь лёгкой походкой.

Квартира не сказать, что разгромлена. Так, по мелочи. Если не присматриваться, можно показаться, что у меня в доме порядок. Подумаешь, вещи из шкафа с одеждой выпали и свились в гнездо. С кем не бывает? Ни с кем! Потому что ни у кого в доме не живёт хозяйственный чупокабр. Гадина Николаевна усиленно делает вид, что ничего не заметила.

Ошалело я наблюдала, как свекровь с милой улыбкой распихала в морозилку все «мои покупки». А их оказалось не мало. Интересно кто это все мне притащил? Ашот? Не думаю, что он знает мой адрес. Колдун ещё там, за дверь. Кто? Может, тот часовщик, который рыбину мне подарил?

— Все прибрала! Садись за стол, чего замерла. Чай пить будем. У тебя к нему, конечно, как всегда ничего нет.

— Я смотрю, вам уже лучше?

— Ой! Мне вообще за-ши-бись! Он, когда в окно вылезал, так и сказал.

— Кто сказал?

— Толя, — хитро подмигнула свекровь и даже расщедрилась на искреннюю улыбку. Почти не оскал.

— Расскажете?

— Только обещай, что Сашенька никогда не узнает.

— Обещаю. Вы тоже не говорите ему, хорошо?

— Ни за что в жизни! Детям такое не говорят! Садись, дорогая, за стол.

Я на всякий случай отодвинулась. Может, у нее вообще бешенство? Подманит ближе и как прыгнет! Жуть. Оскал этот мечтательный ещё…

— Иду я от соседки. В сумочке последняя банка консервов бренчит. Домой я ехать собралась, уже почти на трамвай села. О тебе, Настюха, переживаю, о твоем добре, на меня нерастраченном. И тут! — я аж подскочила, — Да ты сиди. Машина ко мне подъезжает. Такая, знаешь, как танк! Шикарная! Роскошная. Из нее парень выходит. Косая сажень в плечах. Хорошенький — жуть! Да ты и сама знаешь. Говорит, садись, разговор есть. Ну, я мнусь для приличия. Женщине же нельзя соглашаться так сразу. Тут и задние дверцы у этой машины как распахнулись. И оттуда ещё два красавца вышли. Как в сказке! Остановка замерла. Все на меня, королевишну, смотрят. Эти двое бугаев под белые рученьки меня хвать! И в машину почти занесли. Между собой усадили. Места много, но сидим тесненько так. Я то к одному, то к другому прижмусь. Зашибись! Коленом об телегу! Называется.

— Что?

— Прем мы, говорю, по проспекту. Все машины нашей ниже. Одна я, как на танке, по сторонам смотрю. Ну, тут водитель и говорит. А у него ещё голос такой, знаешь, с хрипотцой. Зверь, а не мужчина! И затылок, что телевизор.

— Что говорит?

«Ты — говорит — по сторонам-то не смотри! Все равно толку от этого чуть. В лес едем. На торфяные болота!" Тут я про тебя-то и вспомнила. Говорю, вы от Настьки, что ли? Он и согласился.

— Вот как?

— Едем мы, едем. Уже и за город выбрались. Спутники молчат уважительно. Красота! Снег кругом лежит. Проталинки. Благодать! Душа поет и жаждет приключений! Чисто сказка какая-то! Мальчики дверь открывают. Меня чуть не на руках выносят. У всех на поясах пистолеты пристегнуты, подготовились, значит. Один ещё и затвором щелкает. Красавец! Выправка военная! Плечи! — женщина хищно облизнулась, — Говорят, так, знаешь, игриво: «Место потаённое, никто не найдет! Беги! Если жить хочешь!»

— А вы? — чашка в моих руках затряслась. Откуда она вообще взялась на столе? Да и, тем более, у меня в пальцах?

— А что я? Каждый день меня, что ли, в заповедный лес возят? Да ещё и на болотце за клюквой. Витамины — жизнь! Там ягоды тьма!

— Какой ягоды? Март на дворе! Не осень!

— Ничего-то ты не понимаешь, бестолочь. Сразу видно, сирота! Где тебя Сашка такую только отрыл? Ягода клюква сейчас в лесу самая вкусная! Перебродила на веточках, замёрзла. Самый сок! Та, которую не собрали. А кто ж ее в заповеднике-то соберёт? Ну я и рванула с котомкой. Сначала собирать думала. А потом решила, зачем?