Звёзды ещё горят - Лиса Эстерн

– Ребят, сколько вам лет? – нервно уточнила Стелла, чувствуя весëлые мурашки на коже. Эта компания нравилась ей всё больше. Неужели все на режиссуре были не от мира сего? Хотя Рая и доказывала, что дело не в направлении обучения, а в каком-то особенном состоянии души. – Мне надо заполнить анкету? Серьёзно?

– Брось. Возраст – это всего лишь число в паспорте, – Лена плюхнулась между Раей и Андреем, скрестив лодыжки перед собой и раскрыв тетрадь. – Итак, что насчёт Стеллы?

Четыре пары глаз – даже Антон слегка оживился – уставились на неё в ожидании ответа. У Стеллы было что сказать, но она понимала, что они ждут не скучную правду, а нечто более занимательное, поэтому её ответ прозвучал не совсем честно, но при этом привёл в восторг окружающих:

– Конечно, как феечка. Я всё ещё жду письмо из Алфеи.

– Жаль тебя расстраивать, подруга, но сегодня в Алфею мы не поедем, – наконец оторвавшись от своего парня, Маша явилась в гостиную и показала всем флешку, на которой, вероятно, были фильмы. – Сегодня мы получим письмо только из Хогвартса.

– Хочешь сказать, что вы там фильм скачивали? – хитро прищурилась Лена, встречаясь взглядом с Пашей, который с трудом приволок мягкое кресло-мешок. Если не по взъерошенным волосам, то по покрасневшим губам можно было сделать определённые выводы. – Мы всегда можем вас оставить. Только намекните.

Паша хотел оправдаться: его щëки неестественно сильно раскраснелись, движения рук стали чуть более дëргаными, а взгляд – бегающим. Он смутился, сильно, хотя никто не хотел их уличить в чём-то, о чëм никто не знал. Тем более что единственным человеком, кто мог косо на всех смотреть, была Стелла в силу своего одинокого статуса, но вся складывающаяся ситуация в какой-то момент перестала её раздражать, и, напротив, ей почти захотелось улыбнуться. Совсем немного, на мгновение, но губы так и не изогнулись.

– Ну, мы…

– А, знаете, я кое-что забыла! – вдруг воскликнула Мария, отвлекаясь от прокручивания файлов на телевизоре.

Маша-буйный-ураган была великолепием в своëм несдерживаемом гневе. Чёрный хвостик придавал её лицу некоторую строгость, тёмные глаза сверкали двумя ониксами, лёгкий шёлковый халат красного цвета превращал её движения в текучие и плавные. Девочки даже успехи ахнуть, когда она подошла к Паше, обняла его лицо ладонями и поцеловала так, словно они были одни, так, что не оставалось ни капли сомнений: в комнате они уж точно не только фильм скачивали.

Рая с Леной стукнулись кулачками, Андрей присвистнул, а Антон в своëм невозмутимом безразличии взял пульт и выбрал файл с серией фильмов, включив «Гарри Поттера и философский камень». Почему-то именно первые части воодушевляли, наполняли предчувствием праздника, хотя сюжет был абсолютно не об этом, а эпизод про Рождество (да и то короткий) встречался всего раз. Стелла любила пересматривать эту серию фильмов в декабре, чтобы притвориться, что всë не так уж и плохо. Всяко лучше, чем у золотой троицы в последних частях.

– Паша, теперь я точно верю, что она твоя девушка, – рассмеялась Лена, откидываясь спиной на руки Андрею, который был и выше, и шире неё. Его ладони выудили из каштановых прядей белые пушинки от подушки. – Маша, ты определённо подходишь нашей сумасшедшей компании!

Маша отстранилась от ошарашенного юноши, улыбнулась и напоследок чмокнула его в нос. Это было так сладко, что Стелле почудился сахар на зубах. Её слова прозвучали как что-то, напрочь портящее атмосферу:

– Так мы будем смотреть фильм или нет?

Глава 7

Сияние

Первая часть фильма прошла незаметно, но после себя оставила неизгладимое впечатление. Сердце радостно билось, под кожей бежала магия, а в душе расцветала надежда на волшебство и счастливые финалы. Недолго думая компания запустила следующую часть, и это положило начало просмотру всей саги. Никто не был против: из присутствующих все в той или иной степени были фанатами истории о «мальчике, который выжил». Стелла не знала людей, которые не любили эти фильмы, хотя, вероятно, такие всë же были. Она радовалась, что существовали они вне её маленького мира, потому что оказалось так приятно разделять с другими свои интересы и хобби.

Укутавшись в красно-белый плед, жуя очередной кусочек пиццы и запивая его апельсиновым соком, Стелла погружалась в сказочную историю о троице, способной преодолеть любые трудности. Все знали, чем она закончится, но, может, поэтому, а может, вопреки этому радовались успехам героев, переживали за их неудачи. И, конечно, Лена с Машей громко комментировали происходящее на экране, словно персонажи могли их услышать и поступить как-то иначе. Но сценарий был написан уже давно, актёры отыграли, и история не повернётся иным ходом, сколько бы раз они ни пересматривали её.

Хотелось верить, что, начав заново, некоторые герои выживут, другие исчезнут, какие-то истории будут рассказаны лучше, какие-то поменяют направление, и эта наивная надежда почему-то никогда не угасала. Наверное, поэтому Стелле нравились эти фильмы. Там была дружба, семья, любовь, о которой мечтают многие и которую они пытаются создать в собственной жизни.

Где-то ближе к полуночи ребята наконец затихли, перестав шуршать пакетами из-под чипсов, стучать стаканами о журнальный столик, смеяться и ругаться из-за выученного наизусть сюжета. Паша с Машей каким-то чудным образом уместились на кресла-мешке: подруга аккуратно прижималась к парню, сцепив их руки и положив голову ему на плечо. Она почти провалилась в мир грёз. Юноша приобнял её за плечи и неосознанно перебирал кончик её хвостика, то накручивал на пальцы, то пропускал сквозь.

Лена вальяжно разлеглась на широкой груди Андрея, периодически что-то шепча и вызывая на его грубоватом лице усмешку. У него были широкие ладони с массивными костяшками, которыми он обнимал её за талию, немного задирая футболку и играючи барабаня по голой коже живота. В отличие от Маши с Пашей, эти двое выглядели так, будто их слепили из похожих материалов, друг друга дополняющих причудливым образом: грубость, некоторая неотëсанность и эпатаж во внешности обоих делали их похожими, но при этом что-то в характерах было настолько разным, что не могло оставаться незамеченным.

Сцены в фильме менялись, окрашивая гостиную в разные цвета, которые разбавлялись желтым свечением гирлянды и бликами на ёлке. Пол был забросан подушками, пледами и пустыми коробками из-под пиццы, смятыми пакетиками и прочим беспорядком, незаметно устроенным компанией. Завтра придётся дружно убираться, потому что в