Мачо для стервы - Татьяна Романская

— Привет, я Майя! — моя сестра поднимается со стула и, придерживая младенца, кивает. — Извини, у меня руки заняты.

— Ничего страшного, — Яна смотрит на малыша. — Он очень красивый.

Я догадываюсь, что она собирается попросить подержать его, но моя мать, почувствовав то же самое, опережает ее.

— Майя, отдай мне ребенка. Ты просидела с ним весь день.

— Я успела соскучиться по малышам! Они так быстро растут, глазом не успеешь моргнуть, а они уже маленькие лоси. Но ладно, — с явной неохотой сестра отдает ребенка матери.

Моя мама забирает внука и ласково смотрит на него.

— Он такой внимательный. Посмотри как он следит за всем вокруг. Прямо как ты, Игорь, — она наклоняется и воркует с ребенком: — Да, ты такой же. Прямо как твой папулька!

Яна хмурится, наклоняясь ближе ко мне, чтобы больше ее никто не услышал.

— Твоя мать не кажется такой уж строгой, — замечает она.

Сегодня роль самого неприятного члена семьи, видимо, решил взять на себя мой брат.

— Дети ей нравятся только до тех пор, пока не научатся ходить. Думаю, даже я нравился ей, пока был в подгузниках.

— Учитывая, что ты ходил в них лет до четырех, ты ей нравился даже дольше, чем мы с Майей, — добавляет Игорь, явно услышавший все, что я сказал.

— Не неси ерунды! Ты позоришь меня перед дамой, — пытаюсь защититься я.

— Ничего не ерунда, вполне себе правда, — поддерживает Игоря Майя с абсолютно невинным выражением лица. Предательница.

— Эй, — я обвожу всех суровым взглядом. — Завидуйте молча.

— Как же тебя все-таки избаловали, — отвечает Игорь.

— Сказал мне Игорь-я-получаю-все-что-хочу-Вересов.

— Я для этого работаю. Очень много и усердно. А тебе просто преподносят все на блюдечке с голубой каемочкой.

Мы с Игорем просто шутим друг над другом, но я, как и все остальные, понимаю, что в его словах всегда есть доля правды.

Обычно я могу с ним справиться. Сегодня же я вздрагиваю от его намеков.

— Закончил? — потому что я бы хотел свернуть этот обмен любезностями и начать содержательный разговор. Желательно такой, чтобы продемонстрировать Яне свои сильные стороны.

— Вообще-то, — говорит он, — нам надо переговорить. Буквально несколько минут.

— Я же только недавно объяснял тебе, как заблокировать женщин, которые вечно названивают в самый неподходящий момент, Игореш…

Брат ненавидит, когда я так его называю. А еще он ненавидит, когда я пытаюсь выставить его глупее, чем он есть на самом деле.

— Матвей. Давай посерьезнее.

Кто бы говорил! Тем не менее, Яна, до сих пор молча стоявшая рядом со мной, прикрывает рот рукой, едва сдерживая смешок.

— Прекращай клоунаду. Пошли.

— Хорошо. Я слушаю.

— Наедине. Пожалуйста.

— Э-э-э… — я подумываю настоять на том, чтобы мы поговорили здесь, но выражение его лица подсказывает, что вряд ли это что-то изменит. И я догадываюсь, о чем он хочет поговорить — о вчерашнем ужине. Это было бы неуместно в присутствии Яны, по мнению Игоря, но для меня это шанс заставить их пообщаться.

Я кладу руку на ее плечо и уже собираюсь спросить, не будет ли она против остаться ненадолго без меня, но тут вмешивается отец:

— Не сейчас, Игорь.

— Это займет...

— Это может подождать, — настаивает отец.

Я готов ускользнуть и разобраться с делами, тем более что мне нужно обсудить с братом предложения Яны. Но прежде чем я успеваю что-то сказать, появляется Лена с ребенком на руках.

— Игореш, ты же не пытаешься работать, да?

Его улыбка выглядит натянутой, а еще, кажется, начинает дергаться правый глаз, и меня прошивают таким взглядом, что становится нервно. Теперь я не уверен, что хочу этого разговора.

Игорь решает все за меня.

— Конечно нет, любовь моя, — он ласково обнимает свою жену.

Вскоре я и сам забываю о делах. Вместо этого я держу на руках свою самую маленькую племяшку, смотрю в ее серо-голубые глаза и стараюсь не думать о том, что это мог бы быть мой собственный ребенок.

И я уж точно не пытаюсь представить, кто мог бы оказаться ее матерью.

Глава 31

Солнце садится, праздник подходит к концу, поэтому я уговариваю Яну ускользнуть вместе со мной. Желая показать ей озеро, я веду ее по тропинке, которая проходит через небольшую рощу, окружающую наш дом.

— Это что, лес? — спрашивает Яна, пока мы петляем между деревьями. — Мне казалось, что на берегу такого огромного озера дом покупать стоит ради вида на воду, а не на кусты прямо в окно. Странные вы люди.

— Ха, — пейзаж здесь не менялся никогда, и до сих пор мысли о том, что он мог бы быть другим, не приходили мне в голову. — Наверное, да. Но у красивого вида на воду есть свои минусы. Слишком много людей приезжают сюда купаться в летний сезон, даже если поставить там знаки “частная собственность” — это не поможет. На озере плавают на лодках и рыбачат. Моя мать предпочитает, чтобы наша жизнь оставалась конфиденциальной.

Яна весело усмехается.

— Тогда она, должно быть, в восторге, что твои фотки с разными барышнями без конца публикуют в Интернете.

Я недовольно морщусь от этого упоминания, но быстро и незаметно меняю тему.

— Давай сразу проясним ситуацию, — отвечаю я, — моя мама относится плохо буквально ко всему. Такой уж она человек. Даже если бы я был скрытен и сдержан, как Игорь, не думаю, что мне удалось бы завоевать больше ее любви, чем есть сейчас.

— Тебя это беспокоит?

— Может быть, не знаю, — задумчиво хмурясь, я пытаюсь осознать собственные чувства. — Я знаю, что где-то глубоко внутри у нее есть разные эмоции. И, возможно, где-то там даже прячется любовь. Но она всегда ведет себя, как ужасно колючий еж, до нее не добраться. Думаю, я уже привык к такому раскладу.

— Думаю, ты убеждаешь себя, что привык. Я не верю, что человеку, лишенному материнской любви, на самом деле плевать на ее отсутствие, — похоже, у нее есть опыт в этом вопросе, но она не дает мне возможности спросить. — Может, не только твоя мать прячется за фальшивой оболочкой…

Замедлившись, я пытаюсь осознать слова, повисшие в воздухе. Неужели я похож на свою маму больше, чем думал? Я не такой холодный и замкнутый, как она, но это не значит, что я не ношу броню. Моя защита —