Негаснущий свет любви - Терри Грант

Забрав из дома кредитную карту, Ева направилась к кондитерской, неподалеку от которой находился банкомат. Когда через некоторое время он выдал требуемые ею пятьсот евро и Ева уже протянула руку, чтобы забрать купюры, их тут же ловко выхватила из-за ее спины чужая рука. Стремительно обернувшись к наглецу, чтобы любой ценой отобрать у него так бесцеремонно похищенные деньги, Ева тотчас узнала, что этим наглецом является не кто иной, как… Марсель Вернье. Несколько секунд она не двигалась с места, изумленно уставившись на него, затем решительно сделала несколько шагов вперед, намереваясь привести свой первоначальный план в исполнение. Но Марсель так же ловко спрятал деньги в карман брюк. Ева почувствовала, как у нее буквально перехватило дыхание от подобного нахальства.

— Что ты себе позволяешь?! Кем ты себя возомнил?! — возмущенно воскликнула она. — Ты думаешь, если твой отец лиможский фарфорщик, так тебе все позволено?! Отдай немедленно мои деньги!

Марсель недоуменно пожал плечами.

— С чего вдруг? У меня нет ни малейшего желания расставаться с ними.

— Ах так?! Ну ладно. Тогда я их сама отберу у тебя. И не надейся, что у меня не хватит на это смелости, — предупредила Ева, приближаясь к нему еще на несколько шагов.

— Я надеюсь лишь на то, что благоразумия у тебя ничуть не меньше, чем смелости, — спокойно откликнулся Марсель. — Ведь не станешь же ты прямо здесь, посреди улицы, воровать мои деньги? — сделав ударение на слове «мои», он выразительно похлопал себя по заднему карману неизменных клоунских брюк.

— Воровать?! Твои деньги?! — опешила Ева. — И у тебя поворачивается язык произносить эту гнусную ложь?

Марсель развел руками.

— А что ты хотела? Конечно, они теперь мои. Я забрал их в качестве аванса, чтобы оплатить расходы за погром, который ты грозишься у меня устроить. К чему дожидаться вмешательства полиции? Ведь все можно решить мирным путем.

— Мирным путем?! Ты говоришь о мире после того, как сам же спровоцировал меня на крайние меры?! После того, как оклеветал меня в глазах Винченцо и хладнокровно солгал мне, будто он вовсе даже не звонил?!

— Но неужели ты не догадываешься, зачем я это сделал? — окинув Еву испытующим взглядом, тихо спросил Марсель.

— Чтобы я стала участницей придуманного тобою спектакля! — нетерпеливо выпалила Ева. — Как и сегодня в переулке, где за нами подглядывала твоя девица.

— Она не моя, — поспешно возразил Марсель.

— Ну конечно, другого ответа я и не ждала, — иронично откликнулась Ева. — Ты забыл поклясться, что никогда не был с нею знаком и вообще видел ее первый раз в жизни.

Марсель немного помолчал, сосредоточенно разглядывая свои кроссовки, затем все так же тихо проговорил:

— Я не понимаю, о ком ты говоришь. Я не заметил в том переулке никакой девицы.

— Ах вот как?! — угрожающим тоном протянула Ева. — Значит, это не от нее ты бежал из кафе словно умалишенный? И целовал меня вовсе не для того, чтобы вызвать ее ревность?! Ты считаешь, что можешь безнаказанно водить меня за нос? Что вправе клеветать на меня моим близким людям, когда тебе вздумается?!

— Твоим любовникам, ты хотела сказать! — вдруг вспылил Марсель. — Потому что этот пресловутый Винченцо вовсе не входит в число твоих близких людей.

— Да какое тебе дело до того, кем он мне доводится?! — разъяренно прокричала Ева, обратив на себя внимание нескольких прохожих, которые смерили их с Марселем удивленными взглядами.

— Никакого! — прокричал он в ответ. — Мне абсолютно наплевать на него! Так же, как и ему на тебя! Ты хоть знаешь, с какой легкостью он поверил в рассказанную мною небылицу? Поначалу я даже не назвал ему своего имени, просто сказал, что мы с тобой давние любовники и эту ночь ты проведешь у меня. И он был готов сразу же отступиться от тебя, забыть, выкинуть из своей жизни, как не вписавшуюся в интерьер безделушку. Ты хочешь знать, что он ответил мне? — Марсель схватил ее за плечи и, прижав к стене кондитерской, вопросительно заглянул в глаза.

Ева, не ожидавшая такого поворота в их разговоре, медленно покачала головой.

— Нет, не надо.

— А я все-таки скажу.

— Не надо. Я все равно не поверю тебе. Сейчас же отпусти меня. — Ева изо всех сил пыталась оттолкнуть его от себя, чувствуя, как к горлу подступает предательский комок.

— Значит, не поверишь? — продолжая с удивительной для его сложения силой удерживать ее на месте, проговорил Марсель. — Значит, ты считаешь, что я все время лгу?

— А разве это не так?! — по-прежнему продолжая отталкивать его, вскипела Ева. — Разве ты не лгал все это время, утверждая, будто никогда раньше не бывал в Риме?! Разве ты не лгал, когда пытался уверить меня в том, что не занимаешься в жизни ничем другим, Кроме кривляний под звуки рэпа?! Разве ты не лгал несколько минут назад, когда сказал, что не заметил той девицы, из-за которой разыграл любовную сцену?!

— Что здесь происходит? — вдруг услышали они рядом суровый мужской голос и, одновременно обернувшись на его звук, увидели двух полицейских. — Немедленно отпустите эту девушку! — метнув в Марселя испепеляющий взгляд, потребовал один из них, рослый здоровяк, который, судя по интонации, и задал вопрос.

Марсель послушно отступил от Евы на несколько шагов.

— Вам нужна наша помощь, синьорина? — осторожно поинтересовался полицейский, заботливо склонившись над нею.

Ева сделала отрицательный жест.

— Нет, все в порядке. Это мой друг. Мы просто спорили.

— В самом деле? — усомнился здоровяк.

— Да, мы обсуждали одну проблему. Потом обсуждение переросло в спор, — принялась сбивчиво объяснять Ева. — Вы же знаете, как это обычно бывает. Слово за слово. В современном мире столько проблем.

Полицейский медленно кивнул, смерив Марселя скептическим взглядом.

— В следующий раз советую вам быть более сдержанным в их обсуждении, — наставительным тоном проговорил он. — Иначе количество существующих проблем для вас резко увеличится.

Ева сокрушенно покачала головой, украдкой поглядывая на Марселя, как вдруг заметила направлявшуюся к ним с другой стороны улицы маму.

— Ну что вы, синьор, этот милый мальчик вовсе не хотел обидеть мою дочь! — еще издали воскликнула она, суетливо всплескивая руками. — Вы только взгляните на них — они просто созданы друг для друга! Разве он смог бы причинить хоть каплю страдания моей дорогой девочке? — умильно склонив голову набок, проговорила она и, преодолев последние несколько шагов, отделявшие их с Евой друг от друга, крепко прижала ее к груди.

— Так это ваша дочь, синьора? — уточнил здоровяк.

— Ну конечно. Конечно, это моя доченька, — поглаживая Еву по волосам, детским голосом подтвердила синьора Паола.

— А этот молодой человек в самом деле ее друг? — продолжал допытываться полицейский.