Нежный тиран - Вайолет Уинспир

— Только что все твои мысли занимал я, и вот уже невидимая тень стерла их. — Микаэль провел кончиком пальца по ее точеному носику. — Что тебя волнует, маленькая мышка? Доверься мне, ведь у друзей нет секретов.

Лаури чуть-чуть вздрогнула от его слов и плотнее закуталась в куртку.

— Я просто думала о том, какой все-таки замкнутый человек наш директор. Ведь он прячется за маской сразу же, как только мы перестаем танцевать для него.

— Если он делает из тебя балерину, имеет ли значение все остальное?

— Имеет, потому что я уверена: он не потратил бы на меня ни минуты, не будь у меня настоящих способностей. — Она обиделась на Микаэля, который фыркнул после этих слов, словно услышал детскую глупую шутку. — Не задавался ли ты вопросом, почему Максим никогда не пытается увидеть в нас людей, а не послушных марионеток или талантливых танцоров, которых он вылепил из своих актеров.

— Бедный ребенок, ты слишком много думаешь, — насмешливо начал было Микаэль, но тут же закончил тревожным вопросом: — Ты хочешь сказать, что тебя задевает, будто он не видит в тебе девушку?

— Господи, нет! — Лаури ужаснулась этой идее.

— Женщины ему проходу не дают, — зло бросил Микаэль. — Но он, конечно, верный, как лебедь. Все Фальконе ди Корте были мужчинами, влюблявшимися раз и навсегда… и мы оба знаем имя леди, с которой, похоже, соединил свою жизнь Максим.

Лаури кивнула, представив Андрею в элегантном костюме, идеально облегающем ее стройную фигуру. Еще она вспомнила, какой бывает их прима на сцене: великолепная даже в обыкновенных ролях, прекрасная и пугающая одновременно.

Человек, любящий такую женщину, как Андрея, должен быть сильным, а не нуждаться в тепле и привязанности… и сила эта казалась Лаури нечеловечной.

— В нем скрыт огонь, способный плавить железо. — Горячее дыхание Микаэля опалило ее ухо. — Чему тебя учит Максим? Я танцевал с тобой Ларлин и знаю, что ты уже вышла за рамки балетной школы. Думаю, ты готова к тому, чтобы исполнить главную партию…

— Нет! — побледнела Лаури. — Я не готова еще ни к чему подобному. То, что синьор ди Корте разучивает со мной партию, еще ничего не значит…

Лаури осеклась, поняв, что проговорилась. Глаза Микаэля сверкнули, и танцор схватил ее за руку.

— В каком балете? — возбужденно выдохнул он. — Скажи мне, Лаури. Я не настолько предан Андрее, чтобы выдать секрет, способный повредить тебе!

— Отпусти мою руку, — взмолилась она. — Вот-вот начнутся занятия Бруно, мне надо идти.

— Я понял, какую партию репетирует с тобой Максим, — возликовал Микаэль. — Он не мог устоять, ведь вы так похожи… Лаури, мы с тобой станем сенсацией сезона в «Жизели». Я знаю это, я чувствую! У тебя нужный возраст, нужный темперамент — я прямо сейчас попрошу Максима поставить тебя моей партнершей.

— Нет, Микаэль. — Лаури вцепилась ему в плечо свободной рукой, и ее лицо оказалось всего в нескольких дюймах от его глаз. — Он только рассмеется или выйдет из себя.

— Ерунда, у меня и раньше возникали конфронтации с нашим синьором. — Возбужденный Микаэль казался мальчишкой. Впечатление усиливали спутанные после напряженной утренней тренировки волосы и рас стегнутая почти до талии черная куртка. — Лаури, маленькая мышка с большими глазами, мы должны это сделать!

Слова повисли в тишине, поскольку остальные танцоры давно ушли, однако холл не пустовал. Высокий мужчина направлялся прямо к двери, ведущей в башню. Он остановился и обернулся к парочке, с удобством расположившейся на лестнице, — ледяной взгляд был так прям, что уклониться от него не представлялось возможным. Затем Максим продолжил свой путь, а Лаури еще долго не могла избавиться от ощущения, будто он смотрит сквозь нее. Девушка до сих пор мысленно видела его поджатые губы, тонкий нос и упрямый подбородок с ямочкой посередине.

— Микаэль, думаешь, он слышал нас? — прошептала она.

— Что с того? Он просто будет в курсе того, о чем я собираюсь его попросить.

— Не смей! — Ее почти восковую бледность оттеняло черное трико. — Я… я умру, если ты сделаешь это. Я не смогу взглянуть в глаза синьору ди Корте, если он будет думать, будто я претендую на главную партию.

— Я думаю, она по праву принадлежит тебе, — упрямо возразил Микаэль. — Почему бы не дать тебе шанс станцевать Жизель? Зачем Максиму возиться с тобой, если он не хочет видеть тебя в этой роли?

— Он говорит, что мне не хватает уверенности, а сложность и неоднозначность образа Жизели станет для меня хорошей практикой.

— К чему же такая секретность? — не сдавался Микаэль.

— Ты знаешь Андрею. — Лаури пожала плечами, все еще чувствуя, как холодный кулак страха сжимает ее сердце. — Микаэль, поклянись мне, что ничего не скажешь.

Он решит, что я просто нажаловалась тебе и просила замолвить за меня словечко.

— Каждой маленькой мышке нужна своя норка, а еще больше — сильный защитник. — Микаэль лукаво взглянул на Лаури. — Ты запищишь, если я поцелую тебя в шею?

Она мгновенно вскочила на ноги, не зная, смеяться ей или плакать. Микаэль хмыкнул; мужской интерес вспыхнул в его глазах.

— Так что же ты выбираешь? — подначивал он. — Поцелуй — не бойся, чуть позже — или разговор с Максимом?

— Ты шантажируешь меня, — выдохнула Лаури.

— Именно. — Он ловко, со звериной грацией, вскочил и сделал пару шагов к двери в башню Максима. Лаури колебалась, пока не представила себе лицо взбешенного Максима.

— Ты выиграл, — процедила она сквозь зубы. — И я ненавижу тебя за это.

Микаэль развернулся к ней — стройный, смуглый язычник, бесшумный и коварный, как пума. Когда он подошел ближе, она вжалась спиной в лестничные перила.

— Ты возмутителен, — прошипела Лаури.

— Зато я хороший танцор, и это тебе нравится, — улыбнулся он. — В каждом есть подкупающие качества, и уж мои-то в полном порядке. Ты положила бы весь мир к своим ногам, если бы знала о своих.

— У вас богатый опыт обольщения, мистер Лонца. Я вам интересна лишь потому, что стала новенькой в труппе ди Корте. Но, уверяю, вы напрасно теряете время, — холодно отчеканила Лаури.

— «Разве я не узнаю сердце, украшенное настоящими крыльями?» — с нежной улыбкой процитировал он Китса. — Кто-то сказал, что романтика — это горькое вино, жестокая печаль, танцующая фигура, подстерегающая человека. Кажется, меня подстерегли, маленькая, слишком много думающая мышка.

— Пожалуй, мне лучше идти в класс, — твердо произнесла она.

— И когда же я получу свое вознаграждение? — Снимая куртку с ее плеч, Микаэль провел рукой по ее волосам. — Завтра, когда мы пойдем смотреть дворец Ка д'Оро на Канале-Гранде?

— Микаэль. — Она испуганно прижала руку ко рту. — Я не смогу завтра пойти с тобой!

— Почему? — Он угрожающе сузил глаза.