Франческа, строптивая невеста - Бертрис Смолл

– Но я совсем не умею ни готовить, ни убирать, ни прислуживать, – смущенно призналась Франческа.

– Запросто научишься, ничего сложного во всем этом нет, – успокоила Алонза. – Я в затруднении. Дело в том, что эта гостиница предназначена не для всех, а только для охотников герцога. Каждую зиму они находят у меня теплый ночлег и сытную пищу. Некоторые только столуются, а спят в других местах, но человек десять – пятнадцать постоянно живут здесь.

– Может быть, один из этих охотников согласится проводить меня до большой дороги, – с надеждой предположила Франческа.

Алонза от души рассмеялась.

– Детка, да они тебя сожрут и пальчики оближут. Никакой дороги ты не увидишь, зато увидишь немало готовых к действию членов.

Услышав столь откровенное объяснение, Франческа густо покраснела.

– О нет! – недоверчиво пробормотала Алонза. – Кара, дитя мое, неужто ты девственница? Скажи честно, потому что я должна знать, надо ли тебя защищать от моих негодников.

– Да, – шепотом ответила Франческа.

Хозяйка понимающе кивнула.

– Не бойся, в обиду я тебя не дам. Ну а теперь пойдем. Первым делом поешь и отдохнешь, а заодно посмотришь, как я прислуживаю, и поучишься. Договорились?

Выбора действительно не было, но Франческа надеялась, что, познакомившись с охотниками, можно будет узнать у них дорогу. Вряд ли эти люди на самом деле окажутся такими грубыми, как описала Алонза. Хозяйка просто хотела ее припугнуть, чтобы добиться согласия.

– Да. Я останусь у вас.

– Привет, старушка Алонза! – Из леса вышли двое бородатых мужчин. Оба были одеты в грубые кожаные штаны, рубашки, которые когда-то, наверное, были белыми, и толстые шерстяные куртки. На плече каждый нес лук, а за спиной – большой колчан со стрелами. Из-за пояса у обоих торчали угрожающего вида ножи.

– Ужин уже готов? Ба, а что же это за невиданный цветок? – Охотники бесцеремонно уставились на Франческу, и она испуганно юркнула за спину хозяйки.

– Я только что наняла девочку на работу, ведь бездельница Серафина сбежала. А вы держите руки при себе, а не то ужина не получите. Не вздумайте спугнуть мою новую служанку. Разве не видите, что она скромница?

Охотники громогласно расхохотались.

– У тебя она недолго такой останется, старушка.

Алонза взяла Франческу за руку и отвела на кухню.

– Посиди пока здесь. Сначала накормлю этих двоих, чтобы угомонились, а потом уже тебя. Скоро вернутся и остальные.

Франческа устало опустилась на табуретку возле стола. Какое счастье, что удалось выйти из лесу живой и невредимой! Но предстояло выяснить, как попасть на главную дорогу. Она родилась не служанкой, а второй дочерью Джованни Пьетро д’Анджело, одного из самых уважаемых граждан Флоренции. Конечно, чтобы разносить тарелки и кружки, большого ума не требуется, но вот готовить и убирать? Она понятия не имела, как это делается. Элегантные, ухоженные руки будут испорчены. Как бы смеялась Аселин дю Барри, если бы видела соперницу в эту минуту! Франческа сложила руки на столе, опустила на них голову и мгновенно уснула.

«Бедняжка, – подумала Алонза, когда вошла и увидела красавицу спящей. – Кара. Вряд ли девочку на самом деле так зовут, но ведь почему-то она решила скрыть настоящее имя. Руки изнеженные, белые как снег, но малышка отнюдь не глупа и быстро научится выполнять несложные хозяйственные обязанности. А весной придется исполнить обещание и проводить новую служанку до главной дороги». Алонза налила миску наваристого горячего супа, намазала маслом большой кусок хлеба и только после этого разбудила таинственную незнакомку.

– Поешь, милая. У меня много работы, но когда закончишь, позови. Отведу тебя в уютную комнатку.

– Спасибо, – поблагодарила Франческа добрую женщину. Хорошо уже и то, что эту ночь удастся провести в тепле, а не в страшном лесу, где за каждым кустом прячутся дикие звери. Интересно, вернулся ли гнедой в конюшню герцога или достался волкам? Она вздохнула.

Попробовала суп: оказалось невероятно вкусно. Откусила кусок хлеба с маслом и поняла, что ничего лучше не ела ни разу в жизни. А когда закончила, то положила миску и ложку в большой каменный таз. Она знала, что нужно поступить именно так, потому что в детстве, когда еще не пускали за общий стол, часто ела на кухне.

Алонза вернулась, увидела, что посуда на месте, и довольно улыбнулась. Судя по рукам, девочка изнеженна, но вовсе не ленива.

– Два медведя едят и пьют в свое удовольствие, – сообщила она. – Пойдем: пока выдалась свободная минутка, провожу в спальню. Считай, что тебе крупно повезло: в каморке есть четыре стены, потолок и дверь, которую можно запереть на засов, чтобы никто не мешал. К тому же рядом моя комната.

Хозяйка гостиницы взяла свечу и по узкой лестнице повела новую служанку на второй этаж. Здесь, в отдельном коридоре, располагались две комнаты. Алонза открыла дверь в первую из них. Пространство оказалось почти игрушечным, но вмещало узкую кровать и крошечный сундучок, на котором стояла свечка. Под окном поместился маленький стол. «Совсем не то, к чему я привыкла, – подумала Франческа, – но значительно лучше, чем лес. В качестве временного убежища вполне сгодится».

Алонза вошла и зажгла свечу от той, которую держала в руке.

– Сейчас принесу простыню, – пообещала она. – Наверное, ты привыкла к чистому белью. В сундуке есть одеяло и более подходящая одежда. Спи спокойно, детка. – Она вышла, а вскоре вернулась с простыней и кувшином воды для умывания. Кувшин поставила на стол, рядом с металлическим тазом.

– Спасибо, – поблагодарила Франческа на прощание.

Снизу доносились хриплые голоса вернувшихся постояльцев. Она застелила соломенный матрас грубой простыней, достала из сундука подушку и одеяло. Там же с радостью обнаружила две рубашки, юбку и две блузки; спросила себя, принадлежит ли одежда сбежавшей Серафине, и подумала, что у служанок очень мало личных вещей. Почему-то прежде подобные мысли в голову не приходили. Разделась, быстро умылась из таза и надела ночную рубашку. Она оказалась чистой и теплой, хотя совсем не шелковой.

Потом высунулась из окна и несколько раз встряхнула свою одежду, чтобы очистить от грязи и пыли. Так всегда делала Терца. Аккуратно сложила дорожный костюм и спрятала на дно сундука: на неопределенное время Франческа Пьетро д’Анджело исчезла, а вместо нее появилась служанка Кара. Опустилась на колени возле кровати, чтобы поблагодарить Господа за временное избавление, нырнула в постель, укрылась и крепко уснула.

Алонза разбудила задолго до рассвета.

– Вставай, девочка. Пора ставить в печь хлеб.

– Но ведь еще темно, – сонно пробормотала Франческа и натянула на голову одеяло.

– Нам с тобой предстоит накормить дюжину голодных мужиков, – не сдавалась Алонза. – Хлеб сам собой не испечется. Быстро вставай и спускайся в кухню.