Внезапно пришла весна - Хильда Пресли

— Но он не исчез! Вчера он сказал, что едет в Лондон на пару дней.

— Откуда мне знать? Вы можете так говорить, чтобы защитить его, — стоял на своем инспектор.

Джули начала сердиться.

— Могу, но не говорю. Я вам уже сказала, что мистер Кеннеди мой друг. Он сделал мне предложение. Вряд ли он захочет ограбить меня, если собирается на мне жениться. Какой в этом смысл? Кроме того…

Стук молотка над головой напомнил им о присутствии плотника.

— Это мистер Осборн? — спросил инспектор. — Тогда я хотел бы поговорить с ним.

— Я позову его, — сказала Джули и поднялась наверх.

Когда мистер Осборн спустился, она убрала кровать. Ну как тут сосредоточишься на работе? Вчера она уже начала сдирать эти ужасные обои в спальне: поддела бумагу ногтем, потянула, и целая полоса обоев легко отошла от стены. Теперь стена выглядела совершенно ужасно — лучше уж отодрать все обои. Но сначала надо прикрыть стол и кровать и положить что-нибудь на пол.

Джули расчистила стол, накрыла его и кровать простынями, и тут появился мистер Осборн.

— Инспектор Рейнольдс хочет вас видеть, мисс Саймондс.

— Надеюсь, он не очень расстроил вас своими вопросами?

— Нет, нет! Он просто задал обычные вопросы: кому я рассказал, кому рассказала моя жена и где я был вчера вечером.

Джули нахмурилась:

— Но это же ужасно! Думаю, он собирается проверить ваше алиби. Простите, что втянула вас.

Плотник улыбнулся:

— Не переживайте. Это не ваша вина. Как вы могли знать, что слухи разлетятся так быстро?

Джули спустилась вниз. Инспектор стоял в дверях с шляпой в руке.

— Вы уже уходите, инспектор? — спросила она.

Он обернулся:

— Я иду в деревню, хочу кое-что выяснить. Очень жаль, что мистер Кеннеди уехал, мисс Саймондс. Я знаю, он рассказал о вашей находке своей матери, но не знаю, говорил ли он кому-то еще.

— Он рассказал и какому-то своему другу в деревне.

Инспектор пронзительно взглянул на нее:

— Кому именно?

— Не знаю.

Инспектор тяжело вздохнул:

— Я сделаю все возможное, чтобы найти ваши деньги, мисс Саймондс, но, честно сказать, это будет нелегко. Если появится что-то новое, я с вами свяжусь. Полагаю, мистер Кеннеди не сообщил вам, где он собирается остановиться в Лондоне?

— Боюсь, что нет.

— Его мать тоже не знает, и это странно. — Инспектор снова вздохнул, попрощался и вышел.

Джули была обеспокоена. Все складывалось против Рональда, хотя она не сомневалась, что он не имел никакого отношения к краже. Друг Рональда вполне мог рассказать о находке кому-то еще — люди не каждый день находят клады, такую новость трудно удержать при себе. Но виновата прежде всего она сама — нужно было сразу же положить деньги в банк. Конечно, это не помешало бы грабителю проникнуть в дом, но в таком случае он не нашел бы ничего, и можно было бы избежать всех неприятностей.

Внезапно до нее дошло: кто бы ни проник в дом и кто бы ни привязал Бастера, он точно знал, что деньги в доме. Но как это могло быть, ведь… Ведь только трое знали об этом: Скотт, Рональд и мистер Осборн.

Джули нетерпеливо расхаживала по дому. Как ей могло такое прийти в голову? Скотт, конечно, никому не говорил, в мистере Осборне она уверена, поскольку он был хорошим знакомым Скотта, вот, правда, Рональд… Рассказал не только своей матери, но и какому-то другу…

Джули злилась на себя. В таком настроении за столом не усидишь, и она принялась лихорадочно сдирать обои со стен спальни. Спасая свою жизнь, во все стороны побежали пауки. К полудню ей стало легче. Плотник положил новые доски на пол и ушел, сказав, что пришлет счет попозже. Часа в четыре вновь появился инспектор Рейнольдс.

— Вам удалось что-нибудь узнать? — поинтересовалась Джули.

— Кое-что, но вы же понимаете: потребуется еще много времени, чтобы во всем разобраться.

— Конечно.

— Думаю, вам будет приятно узнать, что сам мистер Осборн не причастен к краже. Мы это выяснили точно. У него надежное алиби: с шести часов он был в пабе «Белая лошадь». И все это подтвердили. Он не живет в деревне, но остался там, чтобы принять участие в соревновании по игре в дартс.

— Рада это слышать. Хотя, надо сказать, я ни минуты не сомневалась в его честности.

Однако инспектор ничего не хотел принимать на веру.

— М-м-м… Конечно, человек невиновен, пока не доказана его вина, но, пока не найден вор, каждый находится под подозрением. Возможно, сам человек и не крал, но у него могли быть помощники.

В этот момент Джули поняла, почему многие так не любят полицию.

— На что вы намекаете, инспектор? — холодно спросила она.

Но детектива трудно было смутить.

— А вот об этом подумайте сами, мисс Саймондс. Я зашел, чтобы оставить вам свой номер телефона. Если у вас появятся какие-то новые данные или вы что-то вспомните, звоните. Для нас важна каждая мелочь. Миссис Кеннеди я предупредил: как только появится ее сын, пусть он сразу с нами свяжется. Будьте любезны, проследите, чтобы он об этом не забыл. — Инспектор кивнул, направился к двери, но на полпути остановился. — Хочу вас предупредить, — сказал он тихим, но твердым голосом. — Ни в коем случае не пытайтесь кого-либо защитить или скрыть информацию, которая может помочь делу. Последствия будут самые серьезные. Всего хорошего, жду вашего звонка. — И, не дожидаясь ее ответа, он быстро вышел.

Джули вздохнула и поставила чайник на огонь. Конечно, чашкой чая горечь, оставленную словами инспектора, не зальешь, но, по крайней мере, это отвлечет ее. Джули не винила инспектора — он только делал свою работу, старался помочь ей вернуть деньги. Но намеки инспектора на то, что в этом может быть замешан Рональд, отвратительны. Как жаль, что он решил уехать именно в это время.

В течение последующих дней Джули с удивлением заметила, что чувствует себя более одинокой, чем обычно. Конечно, она скучала по Рональду. Раньше не было дня, чтобы он не заглядывал к ней или не звонил. После ухода плотника дом стал совсем тихим, и теперь Джули порадовалась бы даже визиту инспектора.

Закончив отдирать обои, она приступила к последней главе книги. Она надеялась к выходным закончить черновик, потом перечитать его, исправить и перепечатать заново. Ей предстояла длительная работа. Будь у нее деньги, она воспользовалась бы услугами машинистки, но сейчас ей это не по карману. Однако Джули быстро подавила сожаление по поводу денег дяди Уилли.

Теперь, когда роман подходил к концу, герои начали постепенно терять свою власть над ней. Она создала их, страдала с ними вместе, рассказала об их судьбах и теперь была опустошена. Герои обрели собственную жизнь и ушли от нее — так, вероятно, уходят из дома взрослые дети, подумала Джули.