Лучше всех - Джилл Слейтон

— Эй, хватит шушукаться! — сказала Эмили, хватая Стефану под локоть и уводя ее от Ника.

Та удивилась, но последовала за подругой.

— Что ты сказал Эмили? — Ник посмотрел с упреком на своего брата. Их спутницы шли впереди.

— Я? — удивился Майкл. — Я ничего не говорил. — Он хитро щурил глаза, наблюдая за странным поведением Эмили. Затем повернулся и направился в сторону кегельбана.

— Итак, что же это был за шум? — Ник не отставал от брата.

— Ты действительно думаешь, что я мог бросить девушку в воду?

— Если честно, я не знаю, на что ты способен. Ни с того, ни с сего обновляешь этот чертов отель, не даешь мне жить в офисе…

— Я занялся интерьером, поскольку здание давно нуждается в ремонте.

Ник помолчал немного, соображая, какой еще можно привести аргумент. Его доводы по поводу отеля оказались неубедительными.

— Тогда почему Эмили так расстроена? — спросил он.

Майкл подошел к прилавку и достал деньги.

— Ты имеешь в виду Эмили Райс?

— Точно.

— Эмили «Райс электронике»… Ник не смог сдержать улыбки.

— Наконец-то!

— Почему, черт возьми, ты раньше не предупредил меня?

— Ты же сам не объяснил мне истинной причины, по которой предоставили мне этот роскошный номер.

— Но тебе же где-то надо жить, раз ты лишился собственного дома. Хотя сейчас дело не в этом. Вообрази мое удивление, — сказал Майкл, бросая первый шар и сбивая при этом несколько кеглей. — Вообрази мое удивление, когда я обнаружил, что целую дочь самого Роберта Раиса!

— Ты действительно ее поцеловал? Она знает, кто ты?

— Да, я поцеловал ее, — бросил он второй шар, — но она не знает, кто я такой.

— Ладно уж, что скрывать, я видел, как вы присосались друг к другу.

— Было дело, — очередной шар сбил все кегли. Подъемник поставил их на место, и Майкл был готов начать все снова.

— А она тебя тоже целовала?

— Трудно сказать… — Четвертый шар был не менее удачным.

— Трудно? Хотя, извини. Ладно, забудь.

Человек за прилавком достал большого плюшевого мишку — приз, завоеванный Майклом. Вошедший в азарт игрок тут же вытащил новую купюру.

— В общем-то, я не могу сказать, что она меня не поцеловала ни разу. Не очень охотно, но она это сделала. — Майкл опять пустил мяч. — Конечно, я не стал бы настаивать, если б знал, кто она на самом деле, — пристально посмотрел он на младшего брата.

Тот мгновенно поднял вверх руки и примирительно произнес:

— Послушай, я такой же, как и все Ривьери, и не собираюсь вмешиваться в чью-либо личную жизнь.

— Ник, я не люблю сюрпризов. Кроме того, у тебя есть обязательства перед семьей. — Майкл бросил новый шар, который покатился прямо к своей цели.

— Поэтому вы с отцом собираетесь использовать Эмили в своих целях? Мне это не очень приятно, Она мне нравится.

— А тебе не приходило в голову, что эта очаровательная мадемуазель самым банальным образом шпионит за нами? — спокойным голосом поинтересовался старший брат. Он сбил кегли всеми четырьмя шарами и на этот раз получил в подарок большого слона с желтым шаром в хоботе.

— Что? Эмили — шпион? Да быть такого не может! Она же дизайнер, человек искусства.

— Человек искусства! Да ты наивен как младенец! А тебе не показалось странным то обстоятельство, что ее семья снизила цену на продукцию и сорвала наш главный контракт с ведущей фирмой именно тогда, когда мы повстречали Эмили.

— Послушай, Майкл, ты спятил! — усмехнулся Ник. Он давно уже понял, что слово «главный» в устах его отца и старшего брата всегда было преувеличением. Любые дела, любые контракты являлись для них главными…

— Просто я смотрю на происходящее трезвым взглядом. Поверь, эта женщина может быть опасной.

— Чушь! Она — самое безобидное существо в этом мире и не в состоянии ни за кем шпионить. Стефана и Эмили не виноваты в том, что у нашего отца сорвался контракт.

— Мы все прекрасно знаем, что Стефана…

— Не надо, Майкл! — предостерег его Ник. — У нее с Алланом все кончено.

— Она тебе прямо так и сказала?

— Считай, что да.

Она, несомненно, должна была разорвать помолвку со своим бывшим женихом. Ни одна порядочная женщина не станет крутить столь сумасшедший роман с одним, а выходить замуж за другого.

Майкл покачал головой и выложил еще одну купюру. Стоящий за прилавком подросток секунду помешкал, решая, следовать ли предписанию и, соответственно, не выдавать больше этому клиенту шары, в то время, как вокруг скопилась толпа желающих, или все-таки их выдать? Но стоило парнишке напороться на свирепый взгляд Майкла, как сетка с шарами в ту же минуту оказались перед азартным посетителем.

— Прислушайся к моему совету, — ткнул Майкл пальцем в грудь младшего брата. — Заканчивай скорее свой отчет и держись подальше от этих аферистов.

— Ага, чтобы позволить тебе самому спокойно со всем этим разобраться…

— Вот именно! — Майкл бросил еще один шар.

— Ради справедливости замечу, что здесь нет никакой аферы. Только сумасшедшему может прийти в голову, что Эмили подбила Стефану на переезд из Парижа ради выгодного заказа.

Откуда она заранее могла знать, что именно им предложат миллионный контракт? Четвертый мяч попал в цель.

— И Аллану, между прочим, тоже совершенно случайно пришла в голову идея послать меня следить за его невестой. Он же по телефону спрашивал Герберта…

Удар! Деньги Майкла вновь появились на прилавке.