Роковое наваждение - Оливия Гейтс

Три недели назад они приехали на Крит. Андреас оставил за Наоми выбор дома, в котором их семья будет жить во время визитов на его родину. Она отлично разбиралась в недвижимости, а даже если бы это было не так, он все равно дал ей волю выбрать именно тот дом, который она захочет. Наоми не собиралась злоупотреблять его добротой, тем не менее была тронута тем, что он так для нее старался. Охотно приняла его предложение самой выбрать дом. Присмотрела виллу и грезила о том, как они будут жить там с Андреасом. Вилла располагалась в районе Ретимнон, самой маленькой префектуре на Крите. Прекрасное место с восхитительными горными пейзажами, золотыми песчаными берегами, легендарными пещерами, древними монастырями и памятниками, традиционными горными деревеньками и роскошным курортом. Она восхищалась атмосферой этой волшебной отдаленной части Крита еще с тех пор, как впервые здесь побывала.

Особняк, в котором она тут же почувствовала себя как дома, едва они переступили порог, раскинулся на фоне величественных Белых гор, как их называли местные. Из окон открывался чудесный вид на озеро со светло-золотыми берегами. Дом достаточно большой, мог вместить всех родственников, которые, несомненно, станут их навещать, с другой стороны, достаточно уютный, скрытый от посторонних глаз. Уединяясь, они могли забыть о мире вне его стен.

Сегодня свадьба. Относительно скромная церемония в присутствии родственников и близких друзей. Они впервые клятвенно свяжут свои жизни.

– Подготовься, – заявила Каллиопа, заходя в комнату.

Вслед за ней вошла Селена, улыбнувшись Наоми, одевавшейся к свадьбе.

– Андреас уже на грани безумия, – объявила она.

Наоми с бьющимся сердцем недоуменно заморгала:

– Что-то случилось?

Каллиопа захихикала:

– Ты даже не подозреваешь, какой вулкан эмоций ты разбудила. Парень просто сгорает от желания сделать тебя своей женой, на этот раз по-настоящему. Аристидес послал нас поторопить тебя, потому что Андреас места себе не находит от переживаний.

– Каких эмоций?

Селена отмахнулась:

– Тех, которые день и ночь мучают каждого безумно влюбленного человека.

Они думают, что Андреас любит ее, как их мужья любят их? Хотелось бы верить. Но этих заветных слов он так и не произнес. Хотя ей они больше не нужны. Она получила гораздо больше, чем когда-либо могла мечтать.

Наоми последний раз посмотрела в зеркало, сердце трепетало от сияющего образа прекрасной невесты, который предстал в отражении. Андреас купил для нее самое роскошное свадебное платье, настоящее совершенство из тонкого белоснежного шифона, сатина и кружева, идеально прилегавшее к фигуре и подчеркивавшее соблазнительные формы. В платье явно прослеживались критские мотивы. В нем она чувствовала себя героиней греческих народных сказок, простой смертной, которой предстояло связать свою жизнь с одним из богов.

Каллиопа вздохнула:

– Ты выглядишь просто идеально, Наоми. Золотая богиня, по выражению Андреаса.

Селена хихикнула, высказала недавние мысли Наоми.

– А теперь поспеши, иначе твой суженый устроит погром и покалечит кого-нибудь из нас, простых смертных.

Наоми засмеялась, собралась с духом и вышла, словно спеша навстречу судьбе.

Когда они проходили по просторному залитому солнечным светом заднему дворику их нового дома, к их троице присоединились остальные подружки невесты – все сестры Андреаса и старшая племянница, три дочери Ханны и ее взрослая внучка. Ханна с Дорой ожидали во дворике.

С каждым шагом Наоми все сильнее восхищалась окружавшей ее красотой. Процессия направилась к огромному бассейну, чистая бирюзовая вода которого перетекала в море. Закатное огненно-оранжевое солнце окрашивало все вокруг теплым светом. Сочетание природы и архитектуры захватывало. Оставшись в доме одни, они с Андреасом ощущали себя единственными на земле.

Наоми едва осознавала присутствие гостей. Ей был важен Андреас, в которого она влюбилась с первого взгляда и будет любить до самой смерти.

Его волосы развевались на легком ветерке, каждая прядь отливала разными оттенками солнечного света. На нем был белый костюм и белая рубашка, к лацкану пиджака приколота золотая роза. Он ожидал ее прибытия, чтобы наконец стать с ней единым перед Богом и людьми. Он и сам похож на греческого бога, снизошедшего выбрать себе земную невесту. Наоми гадала, как получилось, что его избранницей стала именно она.

Андреас быстрым шагом направился к ней, что не входило в план церемонии. Наоми даже не осознала, что бежит ему навстречу. Оказалась в его сильных объятиях. Он приподнял ее и закружил. Она одновременно и смеялась, и плакала от счастья, сильнее прижимаясь к нему. Он отнес ее к тому месту, где ожидал священник в традиционной для Крита рясе. Церемония прошла на английском и греческом языках. Андреас прижимал ее к сердцу. Они обменялись кольцами и произнесли клятвы. Еще до того, как священник объявил, что жених может поцеловать невесту, Андреас жадно целовал ее с безумной страстью, которую к ней всегда испытывал.

– Это не критский, а кретинский свадебный обычай.

Это замечание рассерженного Андреаса вызвало смех. Он был недоволен и страшно разочарован, согласившись соблюдать традиции, когда жениху нельзя находиться с невестой, которая «готовила» себя для него. Он думал, это займет несколько минут. Однако Аристидес сообщил, что это займет больше часа.

– Ожидание лишь усиливает желание. Кроме того, у нас не было шанса перекинутся парой слов за последние несколько недель.

– И ты думаешь, это самое подходящее время. Моя брачная ночь? Ты ополоумел, брат! – Андреас вскочил, все пытались его уговорить сесть обратно. – Отойдите, тогда никто не пострадает.

Угроза была встречена смехом. Если бы они знали, что он говорит на полном серьезе. Если он сейчас же не окажется рядом с Наоми, праздник закончится плохо. Он только начинал привыкать к новой жизни, осторожно ступая, пытаясь понять, что провоцировало взрыв эмоций и безумного желания к единственной женщине. Страсть горела беспощадным огнем. Всякий раз, когда Наоми выпадала из поля зрения, он впадал в необъяснимую панику. Его чувства к ней и Доротее безграничны, а иногда настолько остры и мучительны, что ему порой хотелось вернуть время, когда он мог контролировать эмоции.

Андреас ворвался в спальню и увидел Наоми на кровати среди многочисленных букетов, которыми он заставил дом. Она повернулась к нему, ее глаза тоже были полны невыносимого желания. Значит, она чувствовала то же самое, словно в разлуке им не хватало воздуха, чтобы выжить.

Андреас встал на колени у кровати. Длинные ноги Наоми, которые за последние несколько недель приобрели медовый загар, были обнажены. В белом свадебном платье она выглядела как ангел. Восхитительная богиня. Внутри него проснулся зверь, жаждавший схватить ее, овладеть телом, покорить и заклеймить своей собственностью. Так было много раз, но сейчас все иначе. Они начинают новую жизнь. И он хотел показать, насколько сильно она дорога ему.