Замок мечты - Барбара Картленд

— А мне понравилось, как на протяжении многих веков ваши предки аккуратно складывали и хранили старые вещи, невзирая на то, что сейчас они и покрыты сетью паутины. Хороший художник, пожалуй, куда выразительнее отобразил бы глубину и контраст, но мне нравится рисовать быстро — мгновенно уловить вкус и запах того, что я вижу в данную минуту.

Мэг продолжала перелистывать страницы и тихонько улыбалась каждый раз, когда натыкалась на портреты Роберта, Виолы или на свои собственные.

— О, а вот и натюрморты! Как они мне нравятся, Дэвид! А вот те старые рисунки маслом и ваза из Египта, которую мои предки привезли в Шотландию. Ваши эскизы — просто чудо, Дэвид. У вас, несомненно, есть талант.

Он покосился на страницу, затем перевёл встревоженный взгляд на свою любимую.

— Должен признаться, что весьма удивлён тем, что вы разговариваете со мной сегодня утром, Мэг. Я уверен, что до вас уже дошли новости, которые стали известны накануне, после появления Льюиса Уайлдера. Тайна, которую хранили мы с Виолой, раскрыта, но вы, по крайней мере, знаете, что я поклялся рассказать вам всю правду сегодня.

Мэг невозмутимо кивнула.

— На самом деле я не очень понимаю, отчего Роберт так расстроился. Ну и что, что вы с Виолой богаты? Это не делает вас другими. Вы — по-прежнему тот самый Дэвид, прекрасный художник, который не любит наш шотландский бараний рубец с потрохами! Разве могут большие деньги изменить привычный уклад?

Мы никогда за ними не гнались, — сказал Дэвид, беря её ладошку в свои руки. — Я бы охотно расстался с ними завтра, если бы был уверен, что поступаю правильно.

— Но, Дэвид, подумайте о том, сколько добрых дел вы можете совершить с их помощью!

— Знаю. Ни о чём другом мы с Виолой и не говорили, когда возвращались домой из Америки.

Мэг придвинулась к нему поближе и удовлетворённо вздохнула, когда он обнял её за плечи.

— Мэг, деньги значат для меня только одно. Отныне я могу странствовать по миру. Взять с собой краски и просто уплыть, куда глаза глядят.

Он почувствовал, как её стройное тело напряглось от отчаяния.

— Мне будет недоставать вас, Дэвид.

— Но, Мэг, я не могу уехать без вас! Выходите за меня замуж. Пожалуйста, Мэг, будьте моей женой. Вы не можете позволить мне отплыть в южные моря одному!

Он наклонился и поцеловал её.

Мэг обвила руками его шею и на какой-то волшебный миг отдалась неземному блаженству его объятий.

Затем она нехотя отстранилась, и глаза её наполнились слезами.

— Ох, Дэвид! Я так сильно люблю вас! Я почла бы за честь стать вашей женой и была бы счастлива, даже если бы мы оба были бедны, как церковные мыши и нам пришлось бы питаться одними орехами и рыбой, а жить в травяной хижине на необитаемом острове! Я бы охотно последовала за вами на край света, но я не могу.

Дэвид побледнел.

Он крепче прижал её к себе, отказываясь отпускать.

— Но почему, Мэг? Что может помешать нам? Или вы беспокоитесь о том, что скажут люди?

Она покачала головой, и плед соскользнул ей на плечи.

— Нет, общественное мнение меня нисколько не заботит, Дэвид, но разве могу я позволить Роберту одному нести на себе столь тяжкую ношу, как Гленторран?

— Но ведь теперь у меня много денег. Мы могли бы дать Роберту столько, что…

— Тише, дорогой мой!

Она прижала свои изящные пальчики к его губам.

— Роберту никогда и в голову не придёт взять у меня хоть пенни, особенно если он будет знать, что деньги — ваши. Даже ради того, чтобы спасти поместье и замок!

Мэг встала и набросила на голову клетчатую ткань, чтобы укрыться от сильного ветра, который уже швырял мелкую морось в острые скалы Гленторрана.

Дэвид вскочил на ноги, пытаясь удержать её.

— Не уходите, Мэг!

Но она лишь покачала головой, из последних сил сдерживая слёзы, которые уже блестели в её тёмных глазах.

— Нам больше не о чем разговаривать, Дэвид. Я — леди Маргарет Гленторран и знаю, что если предам своё право первородства и не останусь помочь своему брату спасти замок и поместье, то никогда не смогу быть счастлива, даже с вами, с тем, кого люблю!

И, не сказав более ни слова, она резко развернулась и убежала по извилистой тропинке обратно в замок.

* * *

Виола надела жакет для верховой езды и медленно спустилась по каменным ступеням, ведущим из замка.

Теперь ей надо было срочно увидеться с Льюисом Уайлдером, поскольку она уже приняла решение и должна была без промедления претворить его в жизнь.

Американец снял комнату в местной деревенской гостинице под названием «Гленторран Армс».

Явившись в замок, он объяснил Виоле, что близнецам следует как можно быстрее вернуться в Лондон, дабы просмотреть документы и принять необходимые решения. Виола тяжело вздохнула.

Она всё время забывала, что более не была той вольной птицей, которая беспокоилась лишь о том, может ли она позволить себе новое бальное платье или починку танцевальных туфелек.

Отныне она превратилась в совладелицу огромной бизнес-империи с тысячами наёмных рабочих, чьё благополучие зависело от решений, которые должны будут принимать они с братом.

Она более не могла уклоняться от этой ответственности.

Волшебное и сказочное пребывание в Шотландии подошло к концу.

Она зашагала по заброшенному саду. Ветер наклонял ветки, загораживая ей дорогу, а длинные усики неподстриженных роз хватали её за рукава и юбку.

Подойдя к деревянной калитке, за которой начиналась горная тропинка, Виола удивлённо замерла на месте: из калитки опрометью выбежала Мэг и, не проронив ни слова, закрывая лицо клетчатым пледом, промчалась мимо.

Через несколько секунд появился Дэвид, бледный и расстроенный, прижимая к груди альбом с рисунками.

— Виола! Ты не видела Мэг?

— Видела. Она только что пробежала мимо. Мне показалось, что она была очень расстроена. Неужели вы поссорились? Этого не может быть!

Дэвид рассмеялся, но его смех был отнюдь не радостным, а скорее горьким и нервным.

— Нет, мы не поссорились. Я хочу жениться на Мэг, но она, хотя и не видит ничего дурного в моём богатстве, уверена, что Роберт не примет ни единого пенни от неё, если это будут мои деньги. Мэг не может покинуть брата, пока у него такие проблемы с замком. А я думал, что унаследованное нами состояние принесёт нам только счастье. Как же я ошибался!

Виола содрогнулась.

— Боюсь, что Гленторраны будут только рады, когда мы уедем отсюда, — с тоской проговорила она. — Что ж, им не придётся ждать долго. Сейчас я направляюсь в деревню, чтобы поговорить с Льюисом Уайлдером и попросить его взять нас с собой в Лондон. Он уезжает уже сегодня вечером. Все деловые вопросы, требующие наших с тобой решений, можно будет уладить незамедлительно, как только мы вернёмся к кузине Эдит.