Любовь викинга - Конни Мейсон

Но проснувшись утром, Рейна осознала, что Вульф вовсе не невинная овечка. За прошедшие два лета с ней произошло много ужасного. Вульф возглавил набег на ее хутор и, насколько она знала, убил всех членов ее семьи, кроме братьев, находившихся в плавании по торговым делам. И вину за эти смерти она возлагала на Вульфа.

Рейна потеряла еще не всю гордость, и эта гордость призывала ее не добавлять к старым оскорблениям новые.

Сжимая Рейну за локоть, Вульф подвел ее к столу. Она села на скамью, пытаясь не обращать внимания на сердитые взгляды Умы, которые та искоса бросала на нее. Когда Ума буквально швырнула на стол блюда с яичницей, ветчиной и толстыми кусками поджаренного хлеба, Рейна стала есть, игнорируя очевидную ненависть невольницы.

– Налей мне пива, а Рейне – пахты, – приказал Вульф, накладывая еду в тарелку.

Пиво и пахта появились почти мгновенно.

– Не желаете ли чего-нибудь еще, хозяин? – с ноткой сарказма в голосе поинтересовалась Ума.

– Не сейчас, – коротко ответил Вульф. – Думаю, тебе следовало бы сменить тон. Мне он не нравится. Мама, Ольга и сестры планируют сегодня коптить мясо и рыбу. Разрешаю тебе присоединиться к ним. Можешь идти прямо сейчас.

Ума сорвалась с места, схватила плащ, висевший на крючке у двери, и вылетела из дома, с грохотом захлопнув за собой дверь.

– Ума сегодня не в духе, – заметила Рейна.

– Точно, – согласился с ней Вульф. – Причин для ревности у нее нет, но она ненавидит тебя за то, что я уделяю тебе столько внимания. Надо ее поскорее продать кому-нибудь.

Рейна продолжила поглощать еду. Хоть она и не должна была переживать по поводу судьбы Умы, она не смогла остаться спокойной. Они обе оказались в схожей ситуации: стали невольницами, зависимыми от капризов хозяина.

Рейна проглотила пищу и прочистила горло.

– Надеюсь, ты не станешь продавать ее жестокому человеку.

– Забудь об Уме. Она не заслуживает того, чтобы ты о ней беспокоилась. Она была жестока с тобой с первого же дня твоего появления здесь. Я бы предпочел поговорить с тобой о твоих обязанностях по отношению к хозяину.

Рейна отодвинула пустую тарелку.

– Не все достаточно богаты, чтобы пользоваться глиняной посудой, – заявила она, резко меняя тему.

– Мы сейчас говорим не о посуде, – прорычал Вульф. – Мы обсуждали твое неповиновение.

– Это ты его обсуждал, а не я. Если позволишь, я пойду: я обещала леди Торе помочь ей. Столько всего нужно сделать, чтобы хорошенько подготовиться к долгим зимним месяцам!

Рейна отодвинула стул и поднялась. Выражение лица Вульфа ей не понравилось: он напоминал ребенка, у которого неожиданно отобрали любимую игрушку. Но ее надежды на удачное бегство испарились, когда он схватил ее за руку и резко притянул к себе.

– Так легко тебе от меня не уйти!

Рейна увидела, как вспыхнули и зажглись серебряным пламенем его глаза, когда он наклонился и впился губами в ее рот, жадно утоляя свой голод. Язык его безжалостно прижимался к ее губам, заставляя их открыться. Он искал ее язык, нашел его и всосал его в свой рот. Рейна ощутила, как внутри у нее все тает, как жар проникает в ее кости.

Она напряглась, пытаясь бороться с реакцией своего тела на чувственное нападение Вульфа. Тело самым подлым образом предавало ее, но она поклялась устоять. Когда руки Вульфа с безошибочной точностью легли на ее груди, Рейна поняла, что должна прекратить это немедленно, – или она вскоре окажется в его постели и будет получать удовольствие от каждой его ласки.

Скрепя сердце, Рейна укусила Вульфа за кончик языка, заставив его отстраниться и заорать от боли. Он поднял голову и сердито уставился на нее.

– Зачем ты это сделала?

– Я знаю, чем закончатся твои поцелуи. Однажды тебе удалось соблазнить меня, Вульф, но больше это не повторится. Доброе отношение ко мне твоих родственников вовсе не означает, что я простила тебя за то, что ты причинил мне и моей семье. На какое-то время границы между добром и злом размылись, но после того как приехал Раннульф и у меня появилось время подумать, я поняла, что по-прежнему считаю тебя виновным – ты разрушил мою жизнь. Я не знаю, есть ли у меня еще отец и мать и существует ли мой хутор. Я стала рабыней безжалостного викинга, и у меня нет шансов обрести свободу или бежать. – Она гордо вскинула подбородок. – Ты можешь приказать мне возлечь с тобой, но тебе придется применить силу, чтобы затащить меня на свою кровать.

Она резко развернулась и выскочила во двор.

Вульф непонимающе смотрел ей вслед. Большинство невольников задрожали бы от страха при одной мысли оказать открытое неповиновение Вульфу Безжалостному. Но Рейна Датчанка к этому большинству не принадлежала. Он никак не мог понять почему – из-за самой обыкновенной глупости или от избытка храбрости. Рейна совершенно сбила Вульфа с толку. Должен ли он заставить ее слушаться или позволит ей вести себя, как ей вздумается? Каждый из этих вариантов имел свои отрицательные стороны. Если он силой вынудит Рейну спать с ним, удовольствие от этого будет сомнительным, даже учитывая ее страстную, как оказалось, натуру. С другой стороны, если он позволит ей жить по-своему, то он сам превратится в раба, а Рейна – в хозяйку, и она станет водить его за член.

Вульф не мог с этим смириться. Рейна – его рабыня, и она должна повиноваться ему! Может, не сегодня, и даже не завтра, и не на третий день – но он поклялся, что рано или поздно она сама придет к нему в постель. Преисполнившись уверенности в том, что сумеет совладать с невольницей, Вульф вышел из дома.

Он неторопливо шел к дому брата, чтобы поговорить с Хагаром о подготовке кораблей к зимовке. У них останутся на подхвате две небольшие весельные лодки, чтобы рыбачить, когда позволит погода. Норвежцы – прирожденные моряки. Море было их жизнью, они совершенно не боялись его, а Вульф к тому же был опытнее многих.

Не успел Вульф подойти к входной двери, как она распахнулась и из нее прямо ему в объятия вылетела Рейна. Инстинкт защитника тут же заставил Вульфа забыть о своих терзаниях.

– Что случилось? Тебя кто-то обидел?

Лицо Рейны было бледным, а рот открыт в немом крике. Вульф бросил взгляд через ее плечо и увидел, что в дверях стоит Раннульф.

– Что ты ей сделал?

Раннульф пожал плечами, выражение его лица было непроницаемо.

– Я просто поздоровался с твоей рабыней. У Рейны нет никаких причин бояться меня. Я ее не обижу.

Вульф схватил Рейну за плечи.

– Посмотри на меня, Рейна.

Она подняла на него глаза.

– Раннульф не врет? Он действительно просто поздоровался с тобой?

– Я не могу находиться в одной комнате с ним. Каждый раз, когда его вижу, я хочу его убить!