Два часа весны - Маша Брежнева

- А почему ты отвергаешь вариант, что твоя мама готовилась? Некоторые девушки мечтают выйти замуж за иностранцев.

- Например, те, кто смотрит мою страницу и отслеживает меня?

- Например.

Ну вот, я снова вернулась к воспоминаниям, которые мечтала стереть.

- Абрамова, ты чего задумалась опять? – Стефан аккуратно разворачивает мое лицо на себя. Кажется, доесть у меня сегодня так и не получится. Я же не могу жевать, смотря в его глаза цвета питерского неба? – Из-за этих дур? Знаешь, я не хочу прятаться, но если так будет лучше для тебя, конечно, я не буду давать сплетникам повода обсудить нас.

- А у нас уже есть, что прятать?

- Ты так не думаешь? – он наклоняет голову и немного приближается. – Ты боишься меня?

- Нет, не боюсь. Но я волнуюсь.

- Из-за чего?

- Я не знаю, к чему это приведёт.

- И я не знаю, но ведь это только нам решать, так, Абрамова? Без твоего согласия точно ничего не произойдет. Просто реши для себя, где у тебя заканчивается «нельзя» и начинается «можно».

- Неправильный вопрос, – расплываюсь в легкой улыбке.

- Почему?

- Не где, а с кем.

- Ты льстишь мне.

- Даже не думай, что это лесть.

- А что это тогда? – он делает глоток кофе, и над губой, там, где легкая колючая щетина, остается капля пенки от капучино. Сначала мне весело смотреть на это, а потом я делаю нечто совершенно безумное.

Я тянусь к нему и убираю пенку своим языком (Еще помните шутку #спаситеДиануАбрамову? Опять актуально). А вот отстраниться мне не позволяют, хватают за шею, довольно сильно, но не грубо, и тянут обратно на себя.

Третий день подряд! Это как зависимость, вредная привычка, не знаю, что ещё. Я не могу оторваться от него, а он – от меня, и это сводит с ума ещё хлеще. Слишком неистово, слишком остервенело, словно мы без этого уже не сможем, не протянем, как без лекарства.

Когда чуть позже выходим на улицу, я непроизвольно обхожу его машину и становлюсь возле водительской двери.

- Вау, Абрамова, ты сразу вот так решила? – Стеф кидает мне ключи, которые я ловлю, к счастью. – Давай, мелкая, я не против.

Каждый раз, когда слышу слово «мелкая», бешусь до невозможности, но «малышек» у Стефа явно не будет. Да и не надо. Он не может быть таким, как все.

Я без всяких происшествий доезжаю почти до общаги. Почти, потому что не могу позволить кому-то там разглядывать меня за рулем машины Новаковского. На сегодня этой хрени мне хватило.

Как он вообще доверяет мне машину, не представляю, но судя по всему, стоит однажды разрешить себе что-то необычное, как и все другое сразу же становится вполне реальным. По крайней мере, у меня так. Целовать своего препода? Да пожалуйста. Маленькой блондинке управлять громадным внедорожником? Обращайтесь. Как там раньше говорили? Могу, умею, практикую.

Пару минут сидим молча. Я не могу решиться выйти, он не знает, что сказать на прощание.

- Абрамова, иди уже, – выдает Стеф вместо более традиционных для такого момента слов.

- Ты меня выгоняешь?

- Считай, что так. Ты просила даже не шутить пошло, а у меня сейчас других мыслей нет.

- Серьезно?

- Да. Так что либо ты бережешь свои уши и уходишь, либо я больше не играю в эти игры с запретом на шутки и намеки.

- Ладно, разрешаю озвучить пару своих мыслей.

- Знаешь, у тебя талант переключать коробку передач в другое положение не только в моей машине, но и у меня.

- Что?

- То, Абрамова. Давай, иди уже, потому что вот это будет тебя слушаться, – он показывает на коробку передач, – а вот за все остальное не отвечаю.

- Окей, гугл, как переключить скорости у Стефана Яновича? – говорю с невозмутимым видом, хотя понимаю, что щеки у меня сейчас красные, как помидор. Надеюсь, в темноте питерского вечера он не заметит этого. А самое главное, смущаюсь я не по той причине, что слишком странно слышать от него юмор на грани (ничего странного ведь), а потому, что моя собственная фантазия, чтоб ее, берет неслабый разгон с этих фраз.

Я вылетаю из машины без всяких там прощальных поцелуев, потому что обстановка и без того была слишком накаленной, но слишком рано еще, хотя отрицать очевидное уже не получается. Тянет так невыносимо, словно волну на камень. И однажды волна точно налетит…

Мысли кругом идут, не укладывается в голове, что все это происходит со мной. Захожу в корпус общежития, поднимаюсь на наш второй этаж, но на лестнице меня ждет не самая приятная встреча.

Староста «любимая», кто же еще!

- Диан, можем поговорить? – без своей обычной самоуверенной манеры спрашивает Лера.

- Не знаю, зачем. Если хочешь... Попробуй.