Развлечения для очень взрослых девочек - Анна Аникина

Потом взялась за подготовку костюма. По дому были разложены ленты и перья. Дочери почти неделю вдвоём клеили веер, читая описания в интернете на каких-то специальных сайтах. Чуть было не перессорились.

К пошиву бального платья привлекли Киру и прилетевшую от родителей Лёлю. Они втроём поехали куда-то в район ВДНХ. Вернулись нагруженные тканью, какими-то блёстками, боа и тесьмой.

Фёдор не знал, куда ему деться от этого безумия. Но пока не сдавался. Где он и где танцы.

Последний раз он танцевал вальс на их выпускном. И то потому, что ему обещали, что его парой будет Тодорова. А эта вертихвостка Дашка подговорила Настю Попову поменяться. И танцевала с Димкой Фоминым. А оглядывалась весь вальс на Вашкина, зараза черноглазая. Всю душу тогда вымотала. И сейчас продолжает в том же духе.

Дашута пустила в ход коварный план. Она пригласила Лёлю с Шурой "на Федякины пироги". Знала слабость мужа. Необычную для серьёзного мужика. Фёдор ещё со школы отлично стряпал выпечку и не только ее. И совершенно непонятно, как стал мостостороителем. Из него вполне получился бы шеф-повар. С его то умениями, фактурой и харизмой.

Дашута "зашла с козырей". Минуя Лёлю, которая была в курсе их противоречий с мужем.

— Шур, а не хочешь вместе с Лёликом в историческом балу поучаствовать. Это в июле. Называется забавно — "Макушка лета". На тебе бы фрак смотрелся просто чудесно, — нежным голосом произнесла Даша, дождавшись, пока Кузьмин откусит пирог с картошкой и грибами.

Шура застыл. Потом быстро прожевал, на ходу соображая, что ответить. Глянул на Лёлю. Та хихикнула. Грозный взгляд хозяина как-то не заметил. Его больше занимал вопрос, хочется Лёле танцевать или нет.

— Дашута, ну ты хоть Евгеньича то не втягивай! — не выдержал Фёдор, — Когда эта твоя макушка? Черт с тобой, Тодорова! Но учти, это исключительно в честь серебряной свадьбы! Поняла? Мой тебе подарок. И да, кстати, Александр Евгеньевич, ты тоже приглашён. Мы на Петра и Павла женились. Правда тогда никто не знал, что это за день такой.

Даша застыла в изумлении. Захлопала своими огромными чёрными глазищами.

— Вашкин, ещё раз назовёшь меня Тодоровой, серебряную свадьбу будешь праздновать один! Понял?

Фёдор поднялся, обошел стол, потянул жену за руку. Обнял.

— Ты уж определись. Со мной или без меня. Хотя… Дашут, без меня уже без шансов. И двадцать пять лет назад тоже так было, — ласково проговорил.

Склодовская захлюпала носом и уткнулась Шуре в плечо. Тот, наблюдая за всеми, ел уже шестой пирожок. Этот, кажется, с вишней.

Кира заговорщески перешептывалась с Ритой и Светой. Те что-то быстро искали в интернете.

— Пап, смотри какой мундир. На тебя как раз. Для бала. Генерал от инфантерии. Годится?

Глава 51

51.

От Вашкиных домой пошли пешком. На набережной с понтона доносилась музыка.

— Смотри, как в фильме "Римские каникулы", — Кузьмин потянул Лёлю к парапету.

Там внизу играл небольшой оркестр. Пары танцевали то, что теперь зовётся "социальными танцами". Хастл, кажется. Неплохо двигались под лиричную мелодию в джазовой обработке.

— Ты смотрел это фильм?

— А что тебя удивляет?

— Это один из моих любимых. И единственный, где выбор в пользу своего долга делает женщина.

— А "Елизавета"?

— Ты и это смотрел? Слушай, а ведь правда.

— Лёль, а почему тема выбора в пользу долга? А не любовь, приключения?

— Понимаешь, я когда читала в юности, меня цепляло то, что женщины-героини страдают от того, какой выбор делают их мужчины. Вот в "Поющих в терновнике", например. Выбор между долгом и любовью часто делается в пользу долга. Я не понимала, да и сейчас не понимаю почему. Почему осуждают Андрия из "Тараса Бульбы"? Он же выбрал любимую. Ту, что стала для него всем. И жизнью, и Родиной.

— А что по этому поводу говорит Дашута?

— Дашута, кстати, со мной солидарна. За что в институте даже пошла на пересдачу. И потом семестр не получала стипендию.

— Что они танцуют? Ты в этом что-нибудь понимаешь? — Кузьмин обнял её со спины, покачивая в такт мелодии.

— Я в детстве два года ходила на бальные танцы. Но это, кажется, хастл. Такого в Североморске не было. Это Кирка у нас спец. Кизомба, бачата и прочее. А Вашкины, видишь, по историческим балам теперь.

— А почему ты бросила?

— Не хотела танцевать с девочкой.

— Это как?

— Ну, как, мальчиков в таких кружках всегда мало. Вот нас и поставили с девочкой. Я сказала, что лучше никак не буду, чем так. И ушла. Мама тогда страшно возмущалась.

— Я, представляешь, тоже ходил. Четыре года.

— Ты? На танцы? И почему бросил?

— Не хотел танцевать с девочкой. У неё были мокрые ладошки и противный голос.

Они захохотали.

— Солнце, потанцуешь со мной? — Кузьмин потянул её к лестнице.

Он так уверенно держал её за руку и так смотрел, что отказать сил просто не было. Она сто лет не танцевала. Хотя любила это дело очень. Что мешало за все эти годы заняться танцами снова?

И вот они на площадке. Много молодёжи. Но есть и люди постарше. Каждый двигается так, как может. У кого-то очень приличный уровень. Видно, что пара репетирует вместе и уже давно. Кто-то друг друга видит впервые. Но все в ритме и энергии музыки. Всем хорошо и радостно.

Лёлю с Шурой тоже окутала эта атмосфера. Ноги задвигались, вспоминая какие-то основные шаги то ли самбы, то ли ча-ча-ча. Руки сплелись. Глаза в глаза смотрели.

Вот она — новая форма откровенности. Танец, как очень древний способ показать себя другому человеку. Рассказать о чувствах. Ощущения и эмоции стали острее. Будто фокус сместился. И тело послушно выражало то, что было в мыслях.

Мелодия закончилась. Всё зааплодирлвали оркестру и друг другу. Кто-то рядом сказал их паре какие-то одобрительные слова. Приятно.

— Шурка, ты, оказывается, талант.

— А ты сомневалась? Просто с тобой, солнце моё, всё легко получается.

— Что получается?

— Жить, Лёль. Получается чувствовать вкус жизни. Только рядом с тобой, моя солнечная девочка.

Глава 52

Кузьмин не был на свадьбах очень давно. Время, когда женились одноклассники и однокурсники миновало. Сейчас у всех уже дети-школьники