Точная копия - Катрин Корр

– Главное – не дымом.

Коротко посмеявшись, Ян поправляет подушку и мгновенно засыпает, а я, прижав руки к груди, ещё долго смотрю на огромные капли, стекающие по боковым стенкам навеса.

Что, если в словах Яна есть доля правды? Иначе, как объяснить это случайное совпадение – именно наши квартиры пострадали при пожаре? Не сомневаюсь, Ян во всем разберется, вот только… Почему я опять испытываю чувство стыда, будто эти гадости – моих рук дела?

Глава 16

Его дыхание обжигает мои плечи. Я близка к состоянию сладкого безумия, где теряется контроль над всеми моими действиями. Его пальцы впиваются в мои бедра, мужская сила в мгновение овладевает разумом.

«Ты очень испорченная девочка, Тая».

Да, это так. Скажи мне что-нибудь грязное и увидишь, насколько ты прав. Я желаю отдать свое тело ему в подчинение. Влажный язык ласкает самые чувствительные и горячие зоны, из моего горла вырывается стон. Я близка к кульминации, пальцы сводит от напряжения! Раздается мощный удар и тяжелый звук разносится со скоростью света, приводя в весьма ощутимую тряску всё вокруг.

Мои глаза распахиваются, не сразу понимаю, где нахожусь. Внизу живота знакомая тянущая боль, а в ушах бесперебойный шум дождливой улицы.

Навес.

Матрас.

Одеяла и подушки.

Ян.

Он спит, лежа на спине, а его правая рука, сжатая в кулак, выглядывает из-под одеяла. Раскат грома тревожит его. Ян шевелит ногой, поджимает челюсти. Завороженно наблюдаю за движением мышц на его лице. Когда они снова расслабляются, его дыхание становится ровным и тихим, а мое же невозможно приглушить. Возбуждение разливается по моим венам и пока я не в состоянии его остановить. Это ощущение слишком приятное, чтобы хотелось от него избавиться.

Я зажмуриваюсь, приказывая себе скорее вернуться в эротические сны. Там я могу делать то, что желают мои душа и тело и никому не придет в голову оценивать мои действия. Другое дело здесь. Я уже показалась ему слишком раскованной для девственницы, так что не сложно догадаться, что он подумает обо мне, если я вдруг оседлаю его без каких-либо объяснений.

О чем мои мысли? Просто возвращайся в свой сон!

На чем мы там остановились? Меня ласкал влажный язык, я стонала…

Настоящий Ян шевелится. Я лежу на спине, почти не дышу. Он поворачивается на бок и его левая рука опускается на мой живот. Какая же она тяжелая! Надо бы осторожно убрать её, ведь нам совсем не нужно настолько сближаться… Тая во мне, которая отличается сообразительностью и резвой логикой, вытаращивает глаза и вертит пальцем у виска.

«А спать с ним под дождем – ой как нормально, да?»

Мне кажется или его рука с каждой секундой становится тяжелее? Честное слово, мне уже дышать нечем! И задыхаюсь я вовсе не от силы давления на мой живот, а исключительно от собственных мыслей. Точнее – фантазий.

Бархатные. Розовые. Сладкие. Воздушные и чрезвычайно пошлые! Если бы я открыла для себя радости секса года два назад, сейчас бы так же подтекала от желания, как масло на газовой плите? Навряд ли, ведь тогда бы я была в курсе всех, как говорится, подробностей, и мне было бы уже не так интересно… А, впрочем, интерес здесь не при чем. Что может быть сложного и неясного в сексе? Действуешь согласно голосу тела, разума и…чего-то ещё, что заставляет доверять и довериться. Может тогда, лежа рядом с привлекательным и чертовски сексуальным мужчиной, я бы не думала о том, как, должно быть, необычайно обалденно чувствовать его в себе, наполнятся им, испытывать сладкую боль от неспешности его движений и молить о большем?

Господи! Зачем я только согласилась на этот чертов отдых на заднем дворе?!

– Твое сердце бьется громче, чем дождь стучит по крыше, – произносит Ян голосом низким, тихим, сонным, но необыкновенно вибрирующим. Я как будто окружена сотней мурлыкающих котов!

– Замолчи.

– Я слышал, как ты стонала во сне.

– Кошмар приснился.

– Я, что ли?

– Не дождешься.

– Тогда расскажи, кто заставлял тебя так стонать? Что этот негодяй такого страшного с тобой делал?

Глаза я не открываю. Всё ещё надеюсь уснуть или впасть в легкую дрему. А по правде, я просто опасаюсь, что Ян сейчас одним глазом наблюдает за мной.

– Ты уже выспался?

– Нет. Ты меня разбудила.

– Я лежу тихо, как мышка.

– Черта с два, – всё тем же сонным голосом говорит Ян. – Ты издаешь звуки, под которые спать невозможно. – Сделав короткую паузу, он спрашивает: – Понравилось?

– …Что именно?

– Твой сон. Понравилось, что я делал?

– С чего взял, что в нем был ты?

– Не трать на это время, – говорит Ян таким тоном, будто уже всё между нами предопределено на ближайшие несколько часов. – Лучше просто ответь – тебе понравилось?

Его рука по-прежнему на моем животе. Всё в том же положении, не шевельнулся даже мизинец. Во рту у меня пересыхает, ногам под одеялом становится слишком жарко.

– Понравилось, – шепотом отвечаю я, испытав короткий спазм внизу живота. – Зачем ты задаешь мне эти вопросы?

– Хочу знать, чего ты хочешь. О чем думаешь. Фантазируешь. Желаешь. Именно сейчас.

«Ты очень испорченная девочка, Тая».

– Ты напрягаешься, – шепчет Ян. Его рука чуть опускает одеяло и возвращается на мой живот, только теперь я чувствую кожей его горячую ладонь. – О чем ты сейчас думаешь?

– О твоей руке.

– Мм. И как она тебе?

– Тяжелая.

– Мне убрать её?

– Не трать на это время, – шепчу я, повернув к нему голову. Когда мои веки плавно поднимаются, Ян уже смотрит на меня сквозь пушистые ресницы. – Мы оба дали друг другу понять, чего хотим сейчас. Я ведь права?

Мне сложно объяснить собственное поведение. Глядя на Яна, слыша и чувствуя его желание обладать мной, я просто повинуюсь голосу тела. Сбрасываю с себя одеяло, вынуждаю Яна лечь на спину и просто запрыгиваю на него, ощущая болезненно-сладкое давление между ног. Его ладони сжимают мои бедра, будто усаживая меня в правильном положении.

Я снимаю футболку. Под ней ничего нет и мужские ладони уже сжимают мою грудь. Я чувствую, как набухают соски. Наблюдая за игрой пальцев, я неосознанно кусаю губы. Меня возбуждает наше прерывистое дыхание, звук дождя, температура под этим навесом, что поднимается всё выше. Ян осторожно обхватывает мой подбородок и вынуждает посмотреть на него.

– Твоя раскованность сводит меня с ума. Я думаю только о том, что после этого раза, будет следующий. Потом снова и снова. И так, пока кто-то из нас