Дело о Черном Удильщике - Мария Карапетян

Сара бросила отчаянный взгляд на мужа, который неподвижно лежал в луже собственной крови. Захватчик обернулся на шум снаружи, и этого мгновения хватило, чтобы совершить решающий выпад. Женщина бросилась вперед, ударила нападавшего каблуком сапога в колено. Нога пирата звучно хрустнула, и налётчик, издав оглушительный вопль, упал и выронил из рук нож. Мать быстро подобрала оружие и решительно полоснула лезвием возле мерзкого лица. Потом с силой ударила нападавшего рукоятью в висок. Убийца застонал, схватившись за голову. Марван увидела, как на дощатый пол шмякнулся кусок окровавленного уха. Девочка закрыла рот рукой, сдерживая подступающий рвотный позыв. Пират завалился на бок и медленно, словно грязная жижа, растёкся по полу. Сара ткнула ублюдка носком сапога под ребра, и его тело тяжело покачнулось.

Марван втиснулась в узкую щель между кроватью и тумбочкой и беззвучно плакала, наблюдая за матерью. Та присела возле отца и, с трудом перевернув мужчину, прислонила голову к его широкой груди. На секунду замерла, желая услышать сердцебиение. Подол её бежевого платья пропитался кровью, руки дрожали. Сара вцепилась пальцами в воротник рубашки мужа и, захлебываясь плачем, надрывно закричала, уткнувшись ему в шею. Её дикий, утробный рёв донесся до ушей Марван, и та, не сумев сдержаться, извергла на себя содержимое желудка.

Мать оторвалась от безжизненного тела и взглянула на свою ошарашенную маленькую дочь. Пошатываясь, встала. Дверь была открыта настежь, и с палубы доносились оглушительные вопли, топот и мерзкие смешки. Женщина осторожно выглянула наружу. Повсюду царил хаос: в разных местах, истекая кровью, лежали убитые матросы, а захватчики носились по кораблю и остервенело громили всё, что попадалось под руку. На капитанском мостике, обливался потом седобородый мужчина в форме. Тяжело разворачиваясь, он тщетно пытался ударить подлетевшего к нему прыткого врага. Пират визжал и смеялся, бегая вокруг тучного человека, и ловко уклонялся от его неуклюжих ударов. Голос бандита сорвался на высоких нотах и стал похож на поросячий вопль.

— Это не грузовое судно! — задыхаясь, басисто прокричал капитан, обращаясь ко всем разом. — Вы не найдете тут ценностей — мы везем ихтиологические образцы для научно-исследовательской деятель…

Он не успел договорить и опустил голову, оглядывая резную рукоятку ножа. Лезвие беспрепятственно прорезало ткань и глубоко вошло в плоть. Капитан растерянно поднял взгляд на своего убийцу. Тот засмеялся как сумасшедший и резко вытащил оружие, нарочно потянув его вверх. Капли крови брызнули в разные стороны. Разлетевшись, впечатались в морщинистую кожу и остались алеть на загорелых щеках урода. Капитан схватился за живот и попятился. Споткнувшись о якорный канат, упал спиной на узкую кромку борта и, хватая руками воздух, полетел в море.

Сара развернулась и быстро окинула каюту взглядом. Судорожно соображая, что делать дальше, заозиралась по сторонам. Казалось, стены и без того маленькой комнаты еще ближе сдвинулись друг к другу. Стало тяжело дышать. Женщина хотела захлопнуть дверь, но в последний момент в щель проскочил нос сапога, отнимая хрупкую надежду укрыться от снующей по кораблю смерти. Марван увидела, как мать медленно поднимает голову, глядя в узкий просвет, и спряталась под кровать. Замерла, слушая звуки неравной борьбы.

— Возьми! — послышался хриплый мужской бас и частый перестук каблуков. — Оставим! Хорошенькая!

Марван слышала, как яростно кричит и отбивается мать, но страх так крепко завладел детским сердцем, что девочка оцепенела. Вопль матери постепенно стихал и в конце концов растворился в общем гвалте.

Дверь захлопнулась, и в комнате воцарилась тишина. Девочка задержала дыхание: она чувствовала — в помещении кто-то есть. Грузно ступая по дощатому полу, человек остановился возле кровати. Марван разглядывала сапоги незнакомца: блестящие, чёрные, лаковые, без единой пылинки на лоснящейся коже. Девочка закрыла рот ладонью, боясь, что дыхание выдаст её местонахождение. Мужчина довольно хмыкнул, задвигая ящик комода, в котором по-прежнему лежали аккуратно сложенные детские вещи. Медленно опустился на одно колено и, наклонившись, заглянул под кровать. Марван встретилась с ним взглядом. Правый глаз пирата был подернут белой, мутной, словно туман, плёнкой и как будто светился в темноте. Мужчина с минуту рассматривал испуганного ребенка. Заметил тонкий, пахучий ручеёк, заструившийся по полу, и, зло усмехаясь, произнёс:

— Сказки не врут. С возвращением, птичка.

Он поднялся и с нескрываемым сожалением проговорил:

— Правила едины для всех: отмеченная богом душа навсегда принадлежит создателю, и только он один вправе распоряжаться твоей жизнью. Живи и здравствуй, пернатая.

Человек вышел, и дверь с грохотом захлопнулась. Лежа в луже собственной мочи, чувствуя запах запекшейся крови, пота и страха, Марван закрыла глаза и долго плакала, пока силы не покинули её худенькое, совершенно не готовое к жестоким потрясениям тело.

Кто-то крепко сжал маленькую ладонь девочки. В тёплом прикосновении сквозила твердая уверенность и мягкая, такая родная, но давно позабытая сила. Чувство безопасности разлилось внутри крохотного сердца, и Марван, разлепив пересохшие губы, прошептала:

— Папа?

Ответа не последовало. Тогда она попыталась открыть глаза. В лицо бросился яркий свет. Он вгрызся в темноту и, растерзав её, поглотил целиком, не оставив ни кусочка. Ослепительная белизна понемногу рассеивалась, и Марван смогла различить неясные очертания плавающего перед ней лица.

— Папа? — снова позвала девочка и потёрла заплаканные глаза.

— Я здесь, милая, всё хорошо, — мужской голос звучал тихо, будто бы издалека.

Марван почувствовала, как отец ласково убирает её непослушные пряди за уши и гладит по щеке. Желая взглянуть на него, она попыталась сфокусироваться. Ей показалось, что она узнает знакомые черты, проступающие сквозь вязкую пелену. Голова гудела. Изображение двоилось.

— Я так скучала по тебе, — Марван потянула к мужчине руки, и он осторожно обнял её.

— Как же я рад, что ты пришла в себя, — с облегченным вздохом прошептал Аркан.

— А где мама? — недоуменно спросила женщина, всё еще не понимая, где находится.

Инспектор отстранился и с тревогой проговорил:

— Марван, ты в окружной больнице.

Зрачки детектива моментально сузились, превратившись в маленькие чёрные кружочки. В висках, переливаясь, запульсировала боль. Дрейфующая лодка памяти наконец причалила к знакомым берегам, и Марван в деталях вспомнила произошедшие события.

— Прости меня, — с сожалением произнес Хамс и поцеловал холодные ладони женщины. Пальцы обожгло дыханием. Марван сдержала подступившие слёзы и слабо провела рукой по лицу Аркана, задержавшись на рассеченной от удара брови.

— Ничего страшного не произошло, — чуть улыбнувшись, заверила она инспектора.

Старший детектив оторвала тяжёлую голову от подушки, приподнялась на локтях и оглядела светлое помещение палаты. Хамс налил в стакан прохладной воды и протянул женщине. Она с жадностью осушила его до дна и поставила пустую емкость на стоящую рядом тумбу.

— Что произошло? Что с твоим лицом? Как я оказалась в больнице?

Инспектор улыбнулся, и старшему детективу показалось, что в его глазах вспыхнул холодный огонек печали. Хамс набрал побольше воздуха в лёгкие, чтобы начать рассказ, но в помещение ввалился Хек и инспектор шумно выдохнул.

— Отвечу на твои вопросы по очереди, — Мерлуза обезоруживающе улыбнулся и, внимательно изучая лицо Марван, продолжил: — Не нужно так смотреть, я совершенно случайно услышал всё, о чем вы говорили.

Детектив выглянул в коридор и, плотно прикрыв дверь, привалился к ней спиной.

— Рассказ будет ёмким, как рапорт, и смешным, как анекдот, поэтому прошу не перебивать меня, — Хамс занервничал, и Мерлуза, заметив это, довольно ухмыльнулся.

— Итак, наш уважаемый инспектор решил искупаться в заводи, но, прыгая в воду, ударился головой. Ты, — детектив указал пальцем в сторону Марван, — решила во что бы то ни стало его спасти и кинулась следом. Мутант схватил тебя за ноги и потянул на дно. Аркан подумал, что не желает оставаться в должниках, и поспешил на помощь.

Глаза Хека озорно блеснули. Он уставился на Хамса и, не сводя с него пристального взгляда, медленно, разделяя каждый слог, проговорил:

— После инспектор достал тебя из воды и с удовольствием сделал искусственное дыхание.

Аркан закатил глаза и прикрыл лицо ладонью.

— Какой же ты отвратительный человек, — старательно сдерживая улыбку, заметил Хамс.

Хек смущенно отмахнулся:

— Большое спасибо, мне очень приятно!

Мерлуза пожал плечами, бросил на Аркана понимающий взгляд и, приподняв бровь, посмотрел на старшего детектива.