Командировка в сказку - Линн Рэй Харрис

Она понятия не имела, кто они и что собираются с ней сделать. Ей оставалось только молиться, что в скором времени она окажется в безопасности и уви­дит своего ребенка.

Мужчины вывели ее из дворца и поспешили к площадке, где их ждал вертолет, готовый к взлету. Стоило им лишь забраться внутрь, как он тут же под­нялся в воздух. И очень вовремя, потому что из двор­ца донеслись истошные крики, а вскоре послышались хлопки выстрелов.

Шум винтов оглушал Лили, разговаривать было совершенно невозможно. Она попыталась отстра­ниться от мужчины, который продолжал крепко при­жимать ее к себе, но тот не ослабил хватку. А когда Лили сделала отчаянное усилие, чтобы вырваться из его цепких рук, он одной рукой снял с себя прибор ночного видения, маску и откинул их на ближайшее свободное сиденье.

Нико!

Лили пришла в себя через секунду. И от всей души залепила мужу пощечину.

Нико сидел за своим рабочим столом и смотрел в никуда. Ему никак не удавалось сосредоточиться на документах, принесенных секретарем. Слишком шо­кирующими и возмутительными оказались события прошедшей ночи.

Тяжело вздохнув, он поднялся из-за стола и на­правился в детскую. Лили не отходила от ребенка ни на минуту с тех пор, как оказалась во дворце.

Солнечные лучи уже пробивались сквозь шторы. Денни спал в своей кроватке, обнимая любимого динозаврика. Страшно подумать, что, если бы не няня, он мог потерять и жену, и сына.

Стоявшая у окна Лили обернулась на звук его ша­гов и посмотрела на него красными распухшими гла­зами.

— Пожалуйста, не трогай меня, — сказала она, и голос ее слегка задрожал, несмотря на все прилагае­мые ею усилия.

— Я прошу прощения за то, что произошло, — произнес Нико, подходя к ней. — Мне не следовало брать тебя с собою в Монтеверде. Но я и предполо­жить не мог, что Паоло настолько сумасшедший, что пойдет на такое. Он не причинил тебе боли?

Она отрицательно покачала головой.

— Лили... прости меня.

— Как он добрался до Гизелы?

Нико нервно провел рукой по волосам:

— У нее есть брат. У него в прошлом были разные проблемы, а тут он еще связался с одной бандой. Пару дней назад он вообще исчез, не сомневаюсь, что это дело рук Паоло. Гизеле предложили денег и брата в целости и сохранности, взамен она должна была передать им Денни. Но, к счастью, вместо это­го она обратилась в полицию.

Девушка поступила благоразумно, потому что Па­оло убил бы и ее, и брата, заполучив Денни. А так людям Нико удалось определить местонахождение парня. Его освободили и перенаправили в реабили­тационную клинику.

Губы Лили задрожали.

— Я благодарна ей за это, но... О боже! Денни еще совсем ребенок! Я хотела, чтобы у него была нор­мальная жизнь, и что? Его жизнь теперь всегда будет в опасности?

— Ничего подобного раньше не случалось... Лили бросила на него быстрый взгляд:

— Но это не значит, что больше никогда не по­вторится! Я думала, что внимание прессы — это са­мое страшное, оказывается, нет. Вдруг что-то случит­ся с одним из нас? С нами обоими? Что тогда будет с Денни? Только не говори мне, что о нем позаботят­ся король и королева! Этим двоим нельзя разрешать даже рыбку в аквариуме заводить, не говоря уже о ребенке...

— Ничего не случится, Лили, — твердо пообещал Нико, мысленно соглашаясь с ее описанием королев­ской четы и их способности воспитывать детей. — Мы арестовали людей, связанных с похищением и вывозом ценностей. Многое из украденного найдено. Большинство членов банды — жители Монтеверде. Им покровительствовал сам Паоло, стремившийся таким образом поправить свои финансы и упрочить власть. Они небрежно обращались с украденным, в результате часть вещей потерялась при перевозке. Так что теперь понятно, как купленные тобой стату­этки оказались у продавца на рынке. Теперь все это в прошлом.

— А вдруг случится что-нибудь еще?

— Ничего больше не случится. За последние годы Монтеверде вконец обнищало. Договор с Монтебьян­ко был необходим Паоло, чтобы заполучить деньги и удержаться у власти. Это была его последняя надеж­да. Теперь сын Паоло взбунтовался против отца, и все идет к тому, что Паоло скинут с трона уже в бли­жайшее время. И начнется процесс демократическо­го восстановления страны.

— Боже мой! Еще вчера я понятия не имела, что ты действительно военный и рискуешь своей жиз­нью, участвуя в операциях... — Она почти истерично рассмеялась.

— Ты думала, военная форма только для вида? — мягко спросил Нико.

Он больше не считался действующим офицером армии Монтебьянко, и его пытались отговорить от участия в спасательной операции не потому, что он был неподготовлен, а из-за его статуса наследного принца. Но ничто не могло остановить Нико.

— Не знаю, о чем я думала. — Она закрыла глаза руками. — Боже, какой я была идиоткой, что связа­лась с тобой.

— Лили, посмотри на меня, пожалуйста. — Нико дождался, когда она подняла на него глаза. — Прости меня! Понимаю, что обязан был открыться тебе в ту ночь и рассказать, кто я. И конечно, мне не следова­ло заниматься с тобой любовью, особенно после того, как я узнал, что ты девственница, но дело в том... что я не жалею об этом. — Он поднял руку, чтобы по­гладить Лили, но не решился. — Первый раз всегда особенный. Ты имела право знать, кому отдаешь свою невинность.

Она пожала плечами:

— Мог бы, должен был, нужно было... К чему те­перь все эти слова? Главное другое — ты не любишь меня, а я не люблю тебя. — Лили не смотрела на него, говоря это. Ее слова отозвались в нем болью, чего Нико совсем не ожидал. Она не любила его? А что чувствовал он сам?

С ней его жизнь, без всякого сомнения, наполни­лась смыслом, и он почувствовал себя счастливее. Но была ли это любовь? Нико не знал, но какая разница, если Лили призналась, что не любит его.

— Я восхищаюсь тобой. Ты смелая, порядочная, всегда искренняя. Ты — мать моего сына, мать моих будущих детей. У нас с тобой все будет хорошо.

— Но я наскучу тебе рано или поздно. И ты вер­нешься к прошлой жизни, к своим любовницам и вечеринкам.

— Мне никто не нужен, кроме тебя, — запроте­стовал Нико, оскорбленный.

— Сейчас, может быть, так оно и есть, но потом все поменяется, Нико. Ты не сможешь отказаться от жизни, к которой привык.

Он не знал, что сказать, как достучаться до нее. Ему хотелось обнять ее и прижать к себе, но Нико понимал, что Лили не позволит ему прикоснуться к себе.

— Давай не будем об этом сейчас говорить. При­дет время, и мы это обсудим...

— Когда придет время? — сердито прошептала Лили и встала. — Уходи, Нико. Я не хочу с тобой разговаривать. Ты видишь, Денни беспокоится.

Денни действительно заерзал, открыл глаза и не­довольно захныкал. Лили глубоко вздохнула и при­нялась качать его кроватку, что-то тихо напевая себе под нос. Лицо ее сразу разгладилось. И всхлипывания ребенка постепенно начали затихать.