Помощница для босса - Оксана Мэй

— Пошла вон из кабинета! — срываюсь на крик. — Если ты русского языка не понимаешь, могу на других повторить, — медленно цежу.

— Витя! Я никуда не уйду, пока ты все не решишь! — садиться на мое место.

Б**!

С ума сойду.

Еще я с девушками не мерился силами. Хотя есть дикое желание выкинуть ее из кабинета. Пересиливаю себя.

Забираю свои вещи и выхожу из кабинета. Настя подрывается с места и несется вслед на высоких шпильках.

— Витя! Витя, я не договорила!

Резко торможу, дожидаясь пока она доползет до меня.

— Передай своим родителям, — она внимательно слушает, хлопая своими офигевшими глазами. — Я разрываю договор. Все. Кончено.

Разворачиваюсь и ухожу.

— Витя! — слышу крик в спину. — Витя подожди! Ты не можешь!

Единственное, что я не могу, дак это слушать весь этот бред!

Предчувствую весь хаос, что меня ждет, а на лице вырисовывается ехидная улыбка. Наконец-то свобода.

Глава 22

В груди полыхает необузданное пламя. Давно я не ощущал себя таким живым!

Эмоции накрывают меня с головой. Мыслить здраво уже не получается.

И лишь звонок мобилы отрезвляет меня.

— Я подъехал, — говорит Геннадий, как только я беру трубку.

— Спускаюсь.

Выхожу из здания. Погода с каждым днем становится только холодней. Вбираю в легкие ледяной воздух и смотрю по сторонам. И куда же ты подевалась, девочка. В какую сторону сбежала?

А я же совершенно ничего о ней не знаю. Кажется, единственным местом, куда она могла пойти, это дом Людмилы. У меня больше нет вариантов.

Быстро спускаюсь вниз по ступенькам, подлетаю к машине и устраиваюсь на заднем сидении авто. В салоне витает знакомый цветочный аромат. Я опрокидываю голову назад и делаю глубокий вдох. Он не дает мне покоя. Машина выезжает с прилегающей территории.

— Геннадий, — окликаю его.

— Слушаю.

— Ты случайно Антипову сегодня не видел?

— Видел несколько раз. Мы же в одной компании работаем.

— А последний раз, когда видел?

— Хм, — он задумывается, но не успевает ответить.

Машину резко ведет в сторону. Он тормозит у обочины и включает «аварийку». Уже ничему не удивляюсь. Мы выходим на улицу и огладываем автомобиль. Колесо спустилось, видимо наехали на что-то.

— Запаска есть?

— Есть, — смотрит на меня Геннадий.

— Пошли менять.

— Давайте я вызову Вам такси. Спокойно доедете до места, а я тут сам управлюсь.

— Да нет, Геннадий, с вами хочу поехать к Еве. Будете, если что, меня от Людмилы защищать, — усмехаюсь. Нервы ни к черту.

Но с ним реально спокойнее туда ехать.

Он улыбается.

— Все же за Евой поехали? По вам заметно, — подходит к багажнику, открывает его. Протягивает мне аварийный знак.

— Что заметно? — смотрю на него с прищуром. Подхожу к нему и беру знак.

— Что она вам нравится, — надевает перчатки и достает колесо.

— И не боитесь же Вы мне это в глаза говорить? — Устанавливаю знак. Подхожу к багажнику, достаю домкрат с набором инструментов и противооткатные упоры.

Почему-то не злюсь на него. Даже какой-то кайф ловлю от этого.

— Ну а что, я знаю вас много лет. Разве вы устраивали такой апокалипсис ради кого-нибудь, — кладет запаску рядом с собой. Подготавливает машину.

Смотрю на него сверху вниз и вздыхаю.

— Тоже верно.

— Значит, не отрицаете, — откручивает гайки и вытаскивает колесо.

— Ой, все! — машу на него рукой. — Отстаньте, Геннадий! Вы и так слишком много знаете.

Смотрю по сторонам. Люди, одетые в теплые пуховики куда-то бегут, суетятся. Слишком быстро в этом году пришли холода. Моргнуть не успели. Тело пробирает колючий морозный ветер. А ведь сейчас где-то бегает Ева в одной кофте. Вздыхаю. Это чувство беспомощности сжигает изнутри.

Геннадий быстро со всем справляется, и мы отправляемся дальше.

— Не боитесь последствий? — интересуется он, как только машина трогается с места.

— Все мы взрослые люди и можем сами выбрать свой путь.

— Ну а как же ваши родители?

— Всех денег мира не заработать, Гена. Придется им с этим смериться.

Смотрю в окно. Наблюдаю, как высотки сменяются редкими и низкими старыми домами. Атмосфера апокалипсиса по всем фронтам.

Останавливаемся около дома, где в последнее время жила Ева. Этот двухэтажный барак навивает ужас. А обитатели этого района вообще отдельная тема. Не представляю, как люди живут в этом хаосе.

Мы паркуем машину и осматриваемся. Все спокойно.

— Ну что, удачи, — резкий выдох, и я открываю дверь авто. Смотрю на Геннадия, он остается на месте. — Эй, — окликаю его. — Ты идешь со мной!

— Понял, понял.

Гена глушит машину и тоже выкарабкивается на улицу. Стоим вдвоем перед этим домом, выдыхаем густой столб пара. Зябко очень. Переглядываемся и идем прямиком к дому.

Внутри все переворачивается… Невозможно объяснить это волнение.

— Не переживайте, — говорит Геннадий. — Она нас не убьет в любом случае.

— Я бы не был так уверен.

Людмила вообще не предсказуемая женщина! Снова переглядываемся и поднимаемся на второй этаж. Замечаю наличие света в подъезде.

Геннадий долго стучит в дверь, но никто не открывает. А надежда была так близка. Мы уже собираемся уходить, но останавливаемся.

— Да иду! — чуть слышны крики.

Людмила открывает дверь и смотрит на нас по очередь.

— Здрастье, — вырывается из нее. — А вы это, какими тут судьбами? Случилось что ли что-то? — хватается за сердце.

— Тише, все нормально! Здравствуйте, — спохватываюсь, пытаюсь ее успокоить.

— Да разве с вами может быть «все нормально» — открывает сильнее дверь и проходит внутрь. — Заходите, — командует. — От вас мужиков одни проблемы, — шепчет себе под нос.

Геннадий усмехается.

— Доготовить не дали. Щас все сгорит, — говорит и уходит на кухню.

Мы переглядываемся.

— Обувь снимаем? — спрашиваю Геннадия. Поставила нас в тупик своим уходом.

— Походу, — отвечает Гена и снимает ботинки. Я повторяю его действия, и мы проходим на кухню.

Суетиться, что-то готовит быстро.

— Ну что. Чего пожаловали? Еще и вместе. Ой, не к добру, — машет полотенцем и кидает его на плечо. Ставит поднос с пирогом в духовку.

— А вы Еву не видела? — решаюсь.

— Она утром на работу ушла, я еще спала. А что? С моей девочкой что-то случилось? — опять вздыхает.

— Нет-нет, — пытаюсь снова ее успокоить. — Просто она ушла из офиса раньше времени. На звонки не отвечает. Думали, что она пошла домой. К ней дело есть.

Но Людмилу так просто не проведешь. Смотрит внимательно, качает головой, чувствует, что мы юлим.

— А теперь правду, — обрубает нас.

Снова переглядываемся с Геннадием. Ну, ничего не утаить от нее!

— Приходила какая-то писклявая девица и устроила ей скандал.