Королева мафии - Маргарет Макхейзер

Хлоя мгновенно выдыхает с облегчением.

— Я не причастна.

— Хорошо.

Я оглядываю ее с ног до головы и выгибаю бровь, прежде чем вернуться к Джи и Роуму.

— Как они попали внутрь?

— Вломились через заднюю дверь.

— А камеры?

— Я как раз собираюсь заехать в офис за жестким диском, — говорит Джи.

— Встретимся у машины. — Я похлопываю Роума по руке, прежде чем направиться к двери.

— Кто бы это ни сделал, он облажался. Коровье дерьмо… Это серьезное безумие, — говорит Роум, пока мы идем к выходу из Moonlight.

Я тянусь, чтобы открыть дверь, и в тот момент, когда это делаю, слышу выстрелы, град из пуль разбивает стекло. Роум обхватывает меня за талию и отбрасывает назад, бросая на пол и прикрывая своим телом.

— Лежи, — кричит он, стрельба безжалостно разрушает ресторан. Когда все прекращается, Роум вскакивает на ноги и бросается к двери.

— Лежи! — указывает он, но я встаю и отряхиваюсь. — Какого черта, Фрэнк. Я сказал тебе не высовываться.

Роум внимательно осматривается снаружи, не спуская глаз со меня.

— Я в порядке.

— Фрэнки, — кричит Джи. Он появляется рядом со мной через несколько секунд после того, как прекращается град пуль.

— Я в порядке, — повторяю я. Плечи Роума и Джи напряжены, никто из них не даёт мне пройти на улицу.

— Ты что-нибудь видел? — спрашиваю я, переводя взгляд с Роума на Джи.

— Нет, — говорят они в унисон.

Я поворачиваюсь к ресторану и вижу Хлою, прижавшуюся к задней стене.

— Хлоя. — Я подхожу к ней. Хлоя закинула руки за голову и крепко зажмурила глаза. — Хлоя, — повторяю, опускаясь на колени рядом с ней. Я протягиваю руку, чтобы положить ее на колено. Она вздрагивает и хнычет, открывая глаза. — Все в порядке.

— Прости, но я не могу этого сделать.

По ее щекам текут слезы.

— Ты ранена?

— Н-нет, — заикается она. — Но я не могу этого сделать. Я знаю, кто ты, и ты пугаешь меня. Я в ужасе от того, что приду и столкнусь с тобой лицом к лицу, но теперь это… — Она указывает рукой на фасад ресторана. — Я увольняюсь.

Я должна быть более сочувствующей, но сострадание и я не идем рука об руку.

— Хорошо.

Поднимаюсь с пола и смотрю на Джи.

— Выплати Хлое выходное пособие за три месяца и найди замену. — Я смотрю на нее. — Помни, ты подписала соглашение о неразглашении информации.

Ее кивок превращается в отрицание.

— Я обещаю тебе, что не скажу ни слова.

Прищуриваюсь и стискиваю челюсть.

— Убедительнее.

Хлоя заметно сглатывает: — Я обещаю.

Джи кивает и направляется к Хлое. Он протягивает ей руку и помогает подняться с пола.

— Ты сможешь сама добраться до дома?

Хлоя не может встретиться со мной взглядом, она слишком нервничает, чтобы говорить. Что хорошо для меня, потому что это означает, что она напугана, и я знаю, что она никому не скажет ни единого слова. Хотя, кроме этого инцидента, она ничего не знает о моем бизнесе.

— Я могу доехать сама, — говорит Хлоя тихим голосом.

— Я переведу деньги на твой счет, — говорит Джи.

— Х-хорошо, — бормочет она. Опустив глаза, ныряет через заляпанную дерьмом кухню и исчезает.

Единственный оставшийся человек — повар. Джи обменивается некоторыми инструкциями с поваром, прежде чем он тоже уходит.

— Где Дарио? — Роум направляется прямиком к выходу, и я следую за ним.

— Ты должна остаться здесь. — Роум оттаскивает меня назад и бросается вперед. Джи протискивается мимо меня и оказывается прямо за Роумом.

— Я не хрупкий цветочек.

Джи поворачивается и указывает на меня.

— Нет, ты не цветочек. Но тот, кто это сделал, знал, что ты будешь здесь, и, вероятно, они разгромили Moonlight, чтобы заманить тебя. Речь идет не о том, чтобы укрыть тебя; речь идет о защите дона Фрэнки ДеЛука. — Джи стоит твердо, не позволяя мне пройти мимо него. — А теперь, оставайся, блять, здесь и позволь нам с Роумом разобраться с этим. Я приду и заберу тебя, как только мы убедимся, что там безопасно. — Он смотрит на стул, затем снова на меня. — Посади свою задницу, Фрэнк.

Я щелкаю языком и разочарованно выдыхаю.

— Прекрасно.

Меня бесит, что они считают меня каким-то драгоценным цветком, который не может позаботиться о себе. Но также знаю, что я глава семьи, и, очевидно, идет война. Джи защитит меня ценой своей жизни, как и мой брат.

Проходит десять минут, прежде чем Роум возвращается.

— Дарио ранен. Он получил пулю в плечо.

Я вскакиваю на ноги, но Роум хватает меня за плечо и тянет назад.

— Где Джи? — спрашиваю я.

— Он снаружи, готовит для нас другую машину. Он также вызвал врача для Дарио.

— Насколько серьезно он ранен?

— Пуля прошла навылет, но у него сильное кровотечение. — Роум поднимает руку и касается своего правого плеча. — С ним все будет в порядке.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, проигрывая весь этот сценарий. Коровье дерьмо, должно быть, было уловкой, заманивая меня сюда, чтобы они могли открыть по мне огонь. Я не могу представить, чтобы Миллер так сильно хотел избавиться от меня, что нанял бы для этого своих собственных тяжеловесов. Но я его совсем не знаю. Возможно, Джереми действительно способен на это. В любом случае, я узнаю. И если он послал кого-то за мной, то устраню его.

— Что случилось?

Вопрос Роума выводит меня из тяжелого состояния.

— Думаю.

— О чем?

— Джереми Миллер.

Роум медленно закрывает глаза и сжимает переносицу.

— Мы имеем дело с этим дерьмом, а ты думаешь о чертовом политике?

Я ударяю Роума по руке.

— Я подумала, что если он ответственен за это, то прикончу его.

Роум прищуривается, глядя на меня.

— Что?