Его молодая жена - Рокси Нокс

— Эй, — зову. — Есть кто-нибудь?

— Заткнись, ребенка разбудишь, — шипит из-за угла… Марина Пархоменко.

— Ты зачем меня по голове огрела, дорогуша?

— А зачем ты сюда притащился?

— Поговорить хочу. Воды дай.

Марина фыркает, однако в безобидной просьбе не отказывает и приносит целый кувшин холодной воды.

Пока она ходила, попробовал освободиться — не вышло. Сучка курсы шибари окончила, похоже.

— Я тебя слушаю, — надменно говорит Марина. — Говори, зачем приехал сюда?

От той влюбленной кошки не осталось и следа. Преобразилась чертовка.

— Кирилл — мой сын?

— Да, — поджимает губы.

— Ты поменяла детей в роддоме или это сделали другие люди по твоей указке?

— Не было никакой подмены. Кирилл — мой сын.

— Что ты несешь? — морщусь. — Мы не спали с тобой четыре года!

— Я взяла твою сперму в клинике.

У меня холодеет лицо.

— И что ты с ней сделала? — спрашиваю вкрадчивым голосом.

— Оплодотворила свою яйцеклетку.

Больная сука!

— Ты не была беременной.

— Нет, конечно, моя сестра меня выручила. Побыла инкубатором, — насмешливо говорит женщина.

— Почему ты так пренебрежительно отзываешься о своей родной сестре? — не перестаю удивляться.

Обычно на людях Марина демонстрировала любовь к младшей сестре.

— Потому что она чмошница, — выплевывает ядовито. — Всю жизнь под мою дудку пляшет. Делает, что велю.

— Что конкретно ты ей велела? — спрашиваю не своим голосом.

Сдается мне, я разговариваю сейчас с сумасшедшей! Как я раньше не замечал этого?? Как? Она отлично играла роль влюбленной дуры! А сейчас показала свое истинное лицо.

— Ой, да много всего, — кокетливо улыбается эта ненормальная. — Тебе горяченькие подробности нужны?

Шумно сглатываю. Что она заставляла делать сестру?

— Она исполняла любые мои прихоти, — рассказывает, широко улыбаясь. — Однажды я проснулась с настроением посмотреть живой тройной секс. Двое крупных мужчин на одну хрупкую двадцатилетнюю девочку. Они чуть не разорвали её, — хихикает.

Сжимаю кулаки. Она не видит мои руки, они находятся у меня за спиной. Я зол так, что один рывок — и порву нахрен путы!

Как можно поступать так со своей родной сестрой? Почему Алла молчала?

Мое сердце бешено колотится. Я жажду мести. А эта сука сидит и измывается надо мной.

Марина берет в руки нож и подходит ко мне вплотную. Ее глаза лихорадочно блестят.

— Эй, ты чего задумала? — беспокоюсь.

Но вместо ответа она разрезает спереди мои трусы…

Глава 13

Регина

— Алла, послушай, когда мы убедимся, что с Климом всё хорошо, мы поедем в полицию, — говорю убедительным тоном. — Ты напишешь заявление на Марину.

— Она меня сживет со свету, — передергивает плечами девушка.

— Ничего она тебе не сделает, сидя за решеткой. Мы тебя защитим!

Андрей, наконец, поменял колесо, и мы выехали из города.

Меня мучает нехорошее предчувствие. Я несколько раз звонила мужу, но он не отвечает. Значит, не имеет возможности. Сидит в плену у Марины??

Очень страшно. Как в каком-то дурном сне. Еще и дождь некстати начался, словно чиня нам препятствия.

— Регина, всё будет хорошо, — замечая моё состояние, говорит Андрей. — С Климом ничего не случится.

Мне кажется, или он тоже переживает за брата?

Если всё закончится удачно, я их обязательно помирю.

Не если! А все обязательно будет хорошо. Какой смысл стерве убивать Клима? Нет, она просто его запугивает. Мстит за то, что он отказался от неё.

Подъезжаем к нужному дому, и я радуюсь тому, что в окнах горит свет, а на улице стоит машина моего мужа. Что происходит за этими окнами, одному Богу известно. Но греет мысль, что преступники обычно «работают» в темноте.

— Я не выйду из машины, — испуганно говорит Алла. — Здесь вас подожду.

Да, застращала ее маньячка-сестренка. Ей понадобится хороший психолог.

Андрей толкает калитку, и она поддается. Не заперто.

Стучим в дверь, чтобы громко заявить о своем появлении.

— Марина, открывай. Мы вызвали полицию, — блефует Андрей.

Надо было и вправду вызвать работников правопорядка. Нам есть, что рассказать об этой женщине.

Дверь поддается, и Андрей знаком показывает мне оставаться на месте. Но моё сердечко рвется к мужу, которого я ни за что обругала.

Иду следом за Миловановым, прячась за его широкую спину. Даже если она вооружена, она не потянет нас двоих.

— Марина? Клим?

Обходим весь дома, но безрезультатно.

— Может, здесь есть подвал? — подаю идею.

Довольно быстро находим подпольное хранилище консервации, но внутри никого нет.

— Баня? Сарай? — продолжаю сыпать версиями. — Не могли же они испариться!

— Скорее всего, они уехали.

— Куда? Господи, — прикладываю руки к горящим щекам. — Куда она могла его повезти?

— Тачка Клима брошена. Значит, она его похитила.

— Неужели она убьет его? — озвучиваю страшную мысль.

Во мне нарастает безумная паника, все надежды на лучший исход таят. Андрей подбадривает меня, как умеет, но получается плохо.

— Куда Марина могла повезти Клима? — спрашивает Аллу Андрей.

— В больницу.

— Думаешь, он ранен?! — ахаю.

— Нет. Я же вам говорила, что Кирюшка болен. Ему нужно переливание крови. Скорее всего, Марина заставила Клима стать донором…

— Своему сыну! — добавляю горячечно. — Клима не нужно заставлять. Он последнее отдаст ради ребенка. Даже свою жизнь.

— Едем в больницу, — кивает Андрей.

Возвращаемся в город. И начинаем поиски с первой городской, как самой популярной больницы.

— В детское отделение, — командую.

В этот раз Алла идет вместе с нами. Если она желает сестре зла, то за судьбу Кирилла переживает. Еще бы! Ведь она носила его в своей утробе.

Пока Андрей расспрашивает дежурную, я обессилено валюсь на кушетку и звоню няне.

Полина Георгиевна отвечает уже с первого гудка и шепчет встревоженным голосом: «Возвращайтесь скорее, Регина Сергеевна».

* * *

Клим

— Ну и зачем ты это сделала? — спрашиваю с ядовитой усмешкой. — Давно не видела мой член? Соскучилась?

— Твой член меня больше не интересует, — отрубает Марина. — И я с радостью тебе бы его отрезала.

Чертова дура.

— Но ты умрешь от потери крови. А твоя кровь мне очень нужна. То есть не мне, а моему сыну!

— Нашему.

— Кирилл мой! Ты не при делах.

— Ага, а зачем тогда сперму мою воровала? Кстати, жене вы специально влили материал Андрея, чтобы посеять раздор в нашей семье?

— Чистая случайность. На банках были лишь номера.

— Милованов оказывается мой брат.

— Поздравляю, — отвечает безэмоционально.

А раньше она изображала живейший интерес к любым событиям в моей жизни. Даже к поминкам. Ах, актриса!

— Слушай, Марин, развяжи меня.

— Вот еще!

— Я отдам своему сыну все, что нужно. Без принуждения.

— Я тебе не верю, ты хочешь меня убить.

— Зачем? — кривлюсь. — Чтобы сесть в тюрьму? Нет уж, дорогая, я собираюсь жить на воле, со своей