Плохая учительница, хороший снайпер - Юлия Стешенко

Деверли, видимо, тоже не требовалась.

— Информация для тех, кто захочет сейчас весело пошутить. Не забывайте: в следующем раунде напарник будет ловить вас. Это во-первых. А во-вторых. Если я увижу, что ошибка намеренна — а я это увижу, не сомневайтесь, — с занятий вы вылетите, как булыжник из пращи. Здесь занимаются студенты, которые хотят стать драконоборцами. Если у вас этой цели нет — не тратьте мое и свое время. Всем все понятно?

Деверли, раздраженно прищурившись, посмотрела на Падди. Уладец, сникнув, кивнул.

— Отлично. Тогда слушаем задание. У меня есть мячи, — она подкинула в руке что-то пестрое и корявое, очевидно свернутое из тряпок. — Они достаточно мягкие, чтобы никого не травмировать, но из-за этого совершенно непредсказуемы в полете. Расклад такой. Один человек падает, второй его ловит. Я бросаю мяч либо в того, либо в другого — по моему личному усмотрению. Падающий студент должен любым способом защититься от мяча — поймать сетью, поставить щит, сбить выстрелом, ударом, да как угодно. Тот, кто ловит, должен только ловить. Отвлекаться на летящий мяч нельзя, — Деверли перебросила из руки в руку комок пестрых тряпок. — На всякий случай уточню дополнительно. Ваша задача — научиться координировать действия в условиях полного доверия к напарнику. Поймаете вы мяч или нет, совершенно неважно. Не путайте цель со средством ее достижения. Готовы?

Алекс хмуро покосился на Падди. Во-первых, он совершенно не доверял этому хитрожопому засранцу. А во-вторых, Падди был на голову ниже и футов на двадцать легче.

— Ловить будешь ты, — поставил он Падди перед внезапным фактом.

— С чего это вдруг? Ты что, вообразил себя командиром, Каррингтон? Иди к дьяволу. Я не собираюсь тебя слушаться.

— Да как скажешь, — широко улыбнулся Алекс. — Не хочешь ловить — значит, будешь падать.

И отошел Падди за спину. Уладец, сообразив, что его только что поимели, яростно полыхнул взглядом, но переигрывать было поздно. Гневно сопя, Падди встал перед Алексом и достал жезл.

— Надеюсь, что я промажу, и эта хреновина прилетит тебе прямо в морду.

— Я тоже тебя люблю, Падди. А теперь заткнись и сосредоточься. Если, конечно, ты не планируешь проиграть по очкам Ароййо и Гулабраю.

— Я? Гулабраю? — Падди крутнул в пальцах жезл и занял позицию. — Да я этого индуса одной левой сделаю.

Насчет одной левой Падди, конечно, сильно погорячился. То ли Гулабрай действительно отодвинул в сторонку свои предубеждения против женщин, то ли вовремя вспомнил о том, что Кали-разрушительница отнюдь не мужчина… Разумно уступив позицию отбивающего Ароййо, Рамджи перешел ей за спину и подставил руки.

— Готовы? — уточнила Деверли и снова подбросила мяч, давая возможность прикинуть его аэродинамические характеристики.

— Да, — хором ответили Гулабрай и Ароййо.

— Отлично. Начали.

Ароййо, напряженно прищурившись, начала заваливаться назад, прямо в объятия Гулабрая. В руках она напряженно сжимала жезл — и даже успела вскинуть его навстречу медленному, как сонный шмель, мячу. А выстрелить не успела. Мяч мягко хлопнул Гулабрая в лоб, шлепнулся на пол и замер.

— Дьявол! — резюмировал Гулабрай. — Надо было все-таки мне ловить. С сетью, наверное, проще пошло бы.

— С мозгами проще пошло бы, — пакостным голосом протянул Падди. — Ну-ка, сахарный мальчик, подставляй свои мягкие белые ручки. Госпожа Деверли, мы готовы!

Стрелять в мяч Падди не стал. Изогнувшись в падении, он просто отбил комок тряпок ладонью, отправив его в стену — и мирно улегся в объятия Алекса.

— Эй, убери от меня руки, грязный англичашка! Если девчонки тебя не любят — это не повод лапать честных уладцев!

— Да кому твоя тощая задница нужна, — проворчал Алекс, старательно пряча улыбку. — На нее и оголодавшие моряки не позарятся.

— А ты, я смотрю, неплохо разбираешься во вкусах оголодавших моряков. Откуда такая осведомленность, Каррингтон?

— Читаю много. Полезное занятие, попробуй как-нибудь. Поначалу будет сложно, но ты справишься.

Пока Алекс и Падди пререкались, Деверли бросила мяч в Войта, и серая мышь Кольмиц неожиданно ловко отразила атаку щитом.

— Вот же зараза! — Падди проводил взглядом улетевший по параболе комок тряпок. — Только попробуй отбить хуже, чем эта недотепа, Каррингтон — и я с тобой за один стол не сяду.

— Нет, не годится. Давай так: я отобью лучше, чем Кольмиц, и ты не садишься со мной за один стол. Идет? — Алекс вышел вперед, привычно складывая пальцы. Сила потекла по руке теплыми ручейками, наполняя ладонь, кожу кольнуло горячими искрами. — Госпожа Деверли, мы готовы!

Она развернулась, подкидывая на ладони изрядно подрастрепавшийся мяч. Подбросила раз, другой, третий — а потом коротко размахнулась и метнула его вперед. Время остановилось. Алекс, преодолевая сопротивление натянутых, как струна, мышц, уже летел назад, и мерзкий голосок внутри черепа истерично визжал: «Сгруппируйся! Расшибешься, кретин, кому ты поверил, он тебя не поймает, голову разобьешь, сгруппируйся!». Не слушая неумолчимый пронзительный вопль, Алекс швырнул полный заряд силы в руку и взмахнул ею, распахивая линзу. Не динамичную, куда там, сейчас уже не до динамики. Обычную — но такую большую, какую смог. Мяч гулко бамкнул в огромный мерцающий купол, вышибая прозрачные голубые искры, скатился по нему и шлепнулся на пол. Алекс проводил его ошеломленным взглядом, обвиснув в руках у Падди.

— Охренеть. У нас получилось!

— Еще бы. Я же тебя ровненько, как по линеечке, ловил. Эй, Карринтон, хватит уже! Отцепись от меня и вставай на ноги. Я тебе не нянька.

Мотая головой, как пьяный, Алекс, не слишком любезно подталкиваемый в спину, выпрямился.

— Отличный щит, господин Каррингтон! И отличная поддержка, господин Маклир, — небрежно бросила Деверли, и Алекс напряг челюсти, чтобы не расплыться в счастливой улыбке. Он их сделал. Кто бы чего ни выдал теперь на этой гребаной тренировке — он, Алекс, уже всех сделал. И Деверли высоко оценила его победу.

Почему-то это казалось очень важным.

Что Деверли оценила победу.

Оправив рубашку, Алекс пригладил растрепавшиеся волосы и все-таки позволил себе улыбнуться.

Он всех сделал. И Деверли это понравилось.

Как Алекс и предполагал, больше ничего интересного на занятиях не случилось. Войт предсказуемо пропустил мяч, а Гулабрай так же предсказуемо его поймал, швырнув в падении мерцающую радужную сеть. Потом были довольно скучные упражнения на динамику, в