Твое сердце – лед - Аманда Вин

– Какого врача? Дай мне жаропонижающее, и я пойду на тренировку.

– С ума сошла! Да у тебя, наверное, под сорок!

– Я пойду! Все равно! Я не могу пропускать занятия.

– Катя, не глупи. Я сама позвоню твоему тренеру и все объясню.

Я пытаюсь встать с кровати. И почти сразу понимаю: мама права. В таком состоянии никакой тренировки у меня не получится. Слёзы от обиды на глаза наворачиваются. Я с пятого класса не болела! И что теперь произошло со мной?

– Катя, ложись, тренеру позвонила, она сказала восстанавливаться, – возвращается мама из коридора.

– И она не ругалась?

– Нет, конечно, она что, не человек?

– Она ненавидит, когда болеют.

Мама укладывает меня обратно.

– Если будешь меня слушаться, то быстро восстановишься… Это, наверное, от стресса. Прости. Я не подумала вчера, какой это для тебя удар. Ещё и тот мальчик, с которым ты встречалась… чуть твоим братом не оказался, ужасное совпадение, но кто бы знал, что все так выйдет! – мама как будто сглатывает слёзы.

Она приносит мне лекарства, ставит рядом с тумбочкой. Дает выпить одно и уходит на работу. А я остаюсь наедине со своими тяжелыми мыслями…

Глава 34

Катя

Я в первый раз за долгое время остаюсь дома одна. Лежу и смотрю в потолок. Сплю, потом снова просыпаюсь и снова смотрю в потолок. Под вечер мне становится лучше. Я встаю, иду на кухню и съедаю «запрещённую» еду – бутерброд с колбасой. Если учитывать, что я весь день ничего не ела, это не должно сразу отразиться на моем весе. Но угрызения совести я чувствую. Не надо было есть, я дала себе слабину! Лучше бы банан съела или салат! Полезнее было бы.

Беру телефон и возвращаюсь в постель. У меня много пропущенных звонков и сообщений от Амелии. Подруга переживает, спрашивает, что случилось. Строчу ей ответ, объясняю, что заболела.

Откладываю телефон в сторону и опять смотрю в потолок. Странно, но теперь произошедшее вчера мне уже не кажется таким ужасным. Все выстраивается в логичную цепочку. Милана, может, не просто так всегда ко мне цеплялась? Может, каким-то шестым чувством поняла, что у нас с ней есть общая кровь… и не смогла простить, что я лучше. Потом вот и брата своего привлекла…

А теперь ее отец (который, оказывается, и мой!) собирается жениться на моей матери. Да уж, ситуация – хуже не придумаешь.

Никогда не смогу поверить, что мы с Миланой родственники…

Мама возвращается с работы, разогревает мне ужин. Много раз спрашивает про мое самочувствие – видно, что волнуется. Я с улыбкой смотрю на неё. Мама – это святое для меня. Она всегда будет на моей стороне… Ну, хочет она выйти замуж за Константина, хочет второй раз наступить на те же грабли – я почему-то уверена, что ничего хорошего из этого не выйдет, – ну неужели я оставлю ее одну? Брошу ее на произвол судьбы?

Нет, я спортсменка, а спортсменки так легко не сдаются.

– Мам, я пойду с тобой в гости. Ну, на это дурацкое знакомство…

– Спасибо, родная! – мама сияет от радости, и мне тоже становится лучше.

Ничего страшного не случится. Так думаю я.

Макс

Милана заходит в мою комнату – как всегда, без стука. Черт, надоела.

Кричит:

– Макс! Что это? Куда ты чемодан собираешь? Ты же обещал!

– У нас был уговор на месяц. Теперь в этом доме станет тесно, папа притащит свою новую жену…

– Ага, значит, я тоже могу опять начать доставать Катю? Уговор был – ты живёшь здесь, я не трогаю ее, так?

– Милана, перестань.

– Хорошо, перестану. Возьми меня с собой.

– Не могу! Ты в своём уме? Я тебе не нянька!

– Все вы предатели! Мама улетела в Италию заниматься карьерой, папа женится, ты теперь уезжаешь, а мне что делать? – глаза Миланы мгновенно наполняются слезами.

Блядь, хотел, называется, по-тихому из дома свалить!

Подхожу к сестре, обнимаю её. И за что мне это наказание? Такое чувство, что ребёнка на шею повесили. Почему родители не могут за неё отвечать? Я никому ничего не должен. А приходится нести ответственность. Даже свалить из дома нормально не могу.

– Милана, ты знаешь, я теперь отцу неродной. Я ему только мешаюсь!

– Неправда! Он же сказал, что так не считает. Я слышала ваш разговор!

Отстраняюсь и смотрю на мелкую заразу. Подслушивала?

– Что ты слышала? – спрашиваю я строго.

– Что он все равно считает тебя своим сыном. И что наследства лишать не будет! Зря ты ему наплёл, что тебя новый отец всем обеспечивает, это же неправда! Это было ужасно – так сказать папе.

– Не надо! Было! Подслушивать!

– Пожалуйста, Макс. Не оставляй меня одну в этом доме… хотя бы до моего восемнадцатилетия, потом я тоже смогу уехать.

– Чего ты боишься? Почему не хочешь остаться?

– Его новой жены… Я не смогу с ней без тебя справиться, я убегу!

Хмыкаю и толкаю чемодан к стене:

– Ладно, пока останусь.

– Пойдёшь со мной на ужин? Пойдёшь ведь?

– Пойду.

Милана вешается мне на шею, чуть не душит. Я снова не могу ответить на вопрос: почему позволяю сестре вить из меня верёвки?

К назначенному времени мы с Миланой спускаемся в столовую, готовые полтора часа играть примерную семью. Нет, на самом деле мне на его новую пассию даже посмотреть интересно: с чего это отец собрался жениться? Я думал, после моей мамы он ненавидит брак и выбирает свободные отношения. Не верю, что он изменился. Наверное, просто какая-то малолетка вскружила ему голову и теперь хочет подобраться к его деньгам. Если так… то я выведу ее на чистую воду, покажу отцу ее истинное лицо.

Садимся за стол. В дверь звонят, и отец, счастливый, идёт открывать дверь, хотя у нас для этого есть домработница. Встреча ещё не началась, а мне уже неистово хочется закатить глаза и свалить.

Милана сидит, как бедная родственница, опустив глаза вниз. В последнее время она часто выглядит так, как будто ее побили… Неудивительно, что я потакаю ее желаниям. Удивительно, что наши родители не замечают перемен в сестре.

Но да, им же некогда: одна отдыхает в Италии, другой надумал жениться.

В гостиную заходит женщина, и я тут же удивляюсь: на вид она ровесница моего отца… Я почему-то был уверен, что это будет малолетка. А следом за ней появляется… Катя.

Мы с сестрой переглядываемся, у нас обоих глаза из орбит лезут – мы как