Не та невеста - Валерия Аристова

Кэролайн останавливается напротив него. Глаза ее сверкают смехом.

— Ну же, не молчите, милорд, — говорит она игриво, — скажите, как вы меня ненавидите.

Лорд Эдвин смотрит на нее молча, но синие глаза его загораются адским пламенем. Кэрри не успевает испугаться, как он поднимает руку и изо всех сил бьет ее по щеке. Кэрри прижимает руку к щеке, отступает и падает на софу. Ей больно, но она звонко смеется сквозь слезы. Лорд Эдвин подходит к ней, хватает ее за руку и тащит вниз по лестнице, где ждет их запряженная карета. Он буквально заталкивает Кэролайн внутрь, садится сам, карета трогает, и Кэролайн обхватывает себя руками. В карете безумно холодно, напротив нее — разъяренный мужчина, и им предстоит провести несколько часов наедине друг с друг с другом.

…

Утро застало лорда и леди Фицжеральд подъезжающими к поместью Остхилл. Они сидели на заднем сиденье кареты прижавшись друг к другу и укрывшись двумя меховыми пледами, которые лорд Эдвин ночью приобрел на постоялом дворе, буквально заставив хозяина продать их. Кэрри спала, наконец-то согревшись в объятьях мужа, и он тоже не шевелился, боясь потревожить ее сон.

Карета загрохотала по подъездной аллее, разбудив супругов. Лорд Эдвин отстранился, и выскочил из кареты, как только та остановилась. Кэрри последовала за ним, кутаясь в меха, и быстро прошла в дом, туда, где заспанные слуги спешно разводили камин. Кэрри села на диван, ожидая, когда принесут горячего вина, и смотрела, как лорд Эдвин встал у камина, грея руки. Она не ожидала, что он пойдет за ней, и расценила это как свою маленькую победу.

— Зачем вы сделали это, леди Кэролайн? — спросил он неожиданно. Он должен был подняться наверх, спрятаться там от всего мира, в том числе от нее, а он стоит тут, в сполохах огня, и она хорошо видит ссадину на его скуле.

Кэрри молчала, разглядывая его. Вошла служанка, принесла горячее вино, и лорд Эдвин взял со стола бокал с напитком. Кэролайн с интересом смотрела, как дрожит его рука, как он, чтобы не расплескать вино, ставит его обратно на поднос.

— Я ничего не сделала, — сказала она, изобразив невинный взгляд. Я уронила ридикюль, а мистер Лейсон поднял его для меня...

— Леди Кэролайн, вы совершенно не умеете врать.

— У меня достаточно большой опыт, лорд Эдвин, — усмехнулась Кэрри.

— Зачем вы сделали это? — в его голосе, обычно бесстрастном, прозвучали металлические нотки. И тут впервые Кэрри поняла, что перешла какую-то грань, за которой заканчивается его терпение. Хорошо это или плохо она еще не знала, но ей удалось вывести его из себя, взбесить так, что он при виде нее не может взять бокал с вином не рискуя расплескать его.

— Я ничего не делала, повторила она, уже тише. Мистер Лейсон...

— Леди Кэролайн, я сам видел все.

Она подняла голову.

— Он притянул меня к себе и стал целовать. Я просто не успела среагировать...

Лорд Эдвин закрыл глаза, видимо, сдерживая желание ее убить.

— Чего вы добиваетесь, леди Кэролайн?

Она помолчала. Чего она добивается? Она уже добилась того, чего хотела. Она хотела увидеть его ревность и злость. Она увидела. Она хотела увидеть, как лицо его искажается от ненависти, переставая быть лицом каменной статуи, раз уж никаких других чувств вызвать она не могла. А еще... а еще она помнила, как он укутывал ее в карете в теплые меха, думая, что она спит, прижимал к себе, чтобы согреть, раздувал жаровню и ставил ей под ноги...

— Я ничего не добиваюсь, лорд Эдвин. Я не виновата в том, что Роджер Лейсон оказался плохим мужем.

При имени соперника лорда Эдвина передернуло. Кэрри видела, как дрогнули его губы, и он сжал их, боясь сказать грубость.

Повисло молчание, лорд Эдвин все же взял бокал, и сделал глоток вина, а потом залпом выпил содержимое бокала.

— Я хочу просить прощения, что ударил вас, — сказал он вдруг. Кэрри подскочила, испугавшись того, что последует за его извинениями, — я признаю, что был не прав. Но есть еще кое-что, что я хочу сказать вам, леди Кэролайн.

— Я слушаю вас, милорд.

Он помолчал, собираясь с мыслями. Кэрри смотрела на него, вдруг осознав, что на самом деле сумела нарушить его душевное равновесие. Только ничего хорошего из этого не выйдет. И хорошо, если он не пристрелит ее, как хотел пристрелить Роджера на охоте.

— Вы понимаете, что между вами и мной нет ничего общего, — проговорил лорд Эдвин тихо, — что мне этот брак так же мало приятен, как и вам. Вы не любите меня, я не люблю вас, и ничто не может изменить этого. Но я призываю вас сохранять подобие приличий, потому что моя репутация мне все еще важна, хотя вы и так оставили от нее одни ошметки. Я буду ждать ваших извинений, леди Кэролайн. Я извинился, признав свою ошибку, теперь я жду, когда придете просить прощения вы. До этого дня вы не имеете права покидать свою комнату без моего особого разрешения, и выходить из дома без моего сопровождения. А я очень занят, леди Кэролайн, поездка, предпринятая только для того, чтобы доставить вам удовольствие, отняла у меня очень много времени. Надеюсь, она вам понравилась.

Лорд Эдвин говорил тихо, но голос его прерывался. При словах, что ее запирают, как провинившуюся ученицу в комнате, Кэрри вскочила, но под взглядом лорда Эдвина попятилась, не смея ему возразить. Замолчав, он некоторое время смотрел на свою жену, и синие глаза его отражали всполохи пламени. Грудь его высоко вздымалась. Лорд Эдвин все еще держал в руках пустой бокал из-под вина, крутя его в пальцах. Наконец он отвернулся, размахнулся, и швырнул бокал в камин, после чего быстрым шагом вышел из комнаты.

Глава 16. В новый мир

Она ни за что не станет извиняться!

Кэрри трясло от ненависти и обиды. Ни за что! Чего он хочет? Хочет, чтобы она пала к его ногам и униженно