Не та невеста - Валерия Аристова

...

В один из последних дней лорда Оскара в Остхилле, когда тот уже приказал собирать вещи, Кэрри стояла в нише окна в гостиной. Было поздно, свечи освещали только стол и немного пространства вокруг, и фигурка Кэрри терялась в тени, сливаясь с занавесками. Она была глубоко поглощена своими мыслями, когда послышались шаги, и в комнату вошли лорд Оскар и лорд Эдвин.

— Твоя жена — сущий ребенок, верящий в сказки и остро нуждающийся в ласке, — говорил лорд Оскар, грузно опускаясь в кресло и наливая себе вина.

Кэролайн, которая хотела выйти к ним, будто приросла к месту. Потом Кэрри сделала шаг назад, прячась за занавесками, и затаила дыхание.

Лорд Эдвин остановился у стола, облокотившись на него рукой, и смотрел перед собой.

— Вы же понимаете, дядюшка, что я испытываю к ней.

— И что же?

Он дернул плечом.

— Презрение. Я не могу заставить себя переступить через это чувство. Леди Кэролайн имеет со своей сестрой очень мало общего.

Лорд Оскар повернул к нему голову.

— Вернись в реальность, Эдвин, — проговорил он, разжигая трубку, — Эмили мертва, а мы — живем. И перестань сравнивать сестер. Ты сам своими руками толкнул Кэрри в объятья этого человека. И ведь из-за тебя мы чуть было не убили нашу Мэри. Ты же видишь, как они любят друг друга?

— Лейсон наиграется и бросит ее, тогда и посмотрим.

Лорд Оскар усмехнулся в усы:

— Не наиграется. Я вижу, что он серьезно относится к браку. Кэрри была для него приключением, а Мэри — стала гаванью. Так что не переживай за нее.

— Если бы ни вы, я бы ни за что не дал согласия на этот брак...

— ...чтобы потешить свое уязвленное самолюбие, Эдвин? Сделал бы и Мэри несчастной, как сделал несчастной Кэролайн? Ты несчастен сам, и вокруг себя сеешь горе. Посмотри на себя, в кого ты превратился? Во что ты превратил Остхилл? В склеп! Молодой мужчина, а сидишь в норе...

Лорд Эдвин резко обернулся к нему. Щеки его вспыхнули.

— Миссис Линг, прежде, чем навязать мне свою дочь, взвалила на меня управление двумя заводами, дядюшка, и верфью. Вы не находите, что мне есть чем заняться? Управляющие — вороватые дураки, приходится во всем разбираться самому. И это все в память Эмили...

— Тебе хорошо заплатили, Эдвин, — пожал плечами лорд Оскар.

— И всучили маленькую шлюшку в придачу.

Кэрри вздрогнула, как от пощечины и прикусила губу, чтобы не вскрикнуть.

Лорд Оскар постучал пальцами по столу.

— Да с таким мужем, как ты, ни одна женщина не устояла бы перед соблазном! — воскликнул он, выпуская кольца дыма из своей трубки, — это ты толкнул Кэрри, совсем еще ребенка, в объятья любовника! Ты даже слова доброго ей не сказал. Она осталась тут одна, а ты изображал оскобленного и обиженного на весь свет! Да, Эмили умерла, но ты то жив! И Кэрри жива! И ты обязан быть ей хорошим мужем, раз вступил с ней в брак! Кэрри не более твоего хотела оказаться твоей женой. Она мечтала совсем о другом!

Лорд Эдвин побледнел.

— И я тоже мечтал о другом, — сказал он зло, — Когда Эмили умерла, я думал о самоубийстве, но побоялся, что не встречусь с нею, ведь Эмили — чистый ангел, место которого в Раю, а самоубийцы попадают в ад. Будь в нашей стране монастыри, я бы ушел в монастырь. Я даже думал уехать во Францию и сменить веру, чтобы иметь возможность принять постриг, чтобы всегда быть верным Эмили. Чтобы ждать конца, молясь за нее! И если бы миссис Линг не умоляла ради памяти ее дочери помочь ее братьям и сестрам не остаться в нищете, я бы осуществил свою мечту!

Лорд Оскар от удивления выронил из рук трубку, громко ударившуюся о дубовый стол, чертыхнулся, поднялся и уставился на лорда Эдвина, будто тот свалился с луны.

— Что ты сказал? — переспросил он.

— Ради памяти Эмили я женился на Кэролайн, чтобы иметь право заниматься делами их семьи, — повторил лорд Эдвин, — я был уверен, что она так же чиста, как моя Эмили, и не доставит мне хлопот, если я не буду тревожить ее по пустякам, если я не буду стеснять ее ни в чем, ни в тратах, ни в общении. И вот до чего мы докатились. Оказывается, в одной семье могут вырасти две совершенно разные девушки. Прекрасный ангел Эмили и леди Кэролайн, ничем не похожая на нее, ни внешне, ни внутренне! Господь за какие-то грехи отнял у меня ангела, и подсунул Кэрри... И я должен быть счастлив от этого?

Повисло молчание. Было слышно только, как лорд Оскар возится со своей трубкой, набивая ее новой порцией табака.

— Я понимаю тебя, мальчик мой, — через некоторое время сказал он, — но и ты попробуй понять. Ты обязан заботиться о Кэролайн, и вместо презрения попробовать помириться с ней. Не заставляй юную леди жить в склепе. Она совсем молода, и ты, костенея в своем праведном гневе, толкаешь ее на дурные поступки, вся вина за которые ляжет на тебя. Ты — взрослый мужчина, а она — совсем ребенок.

— Ребенок, который развлекался в беседке с Лейсоном прямо во время праздника? — закричал лорд Эдвин, и Кэрри поразилась, что он способен настолько потерять контроль над собой.

— Да ты же ревнуешь!

— Нет. Это презрение. Я не выношу людей подобного рода!

— Ханжа.

— Да. Да, ханжа. Я ненавижу грязь. Грязь, в которую меня окунула эта девчонка! Я дал ей свободу, я сопровождал ее на все ее чертовы праздники, на которых она встречалась с любовником!

— В эту грязь ты толкнул свою молодую жену своими руками, хотя отвечаешь за нее перед Господом! Своей холодностью, — лорд Оскар тоже повысил голос и Кэрри