Свадьбы, ведьмы, два кольца - Татьяна Антоник

— Как прикажешь, — закряхтел лекарь.

— Реально страшно ядовитая? — обернулся на хладнокровное господин Воккер.

Зря он спросил. Два вдохновленных человека, обожающих свою работу, наперебой начали расхваливать сине-серое создание. У нее не только ценных мех, ну в смысле, не только ценная кожа, там и внутренности удивительные. Черт с ним, со снотворным, какое шикарное обезболивающее выходит, читай настоящий наркоз. А ежели ты не расположен к молниеносным убийствам, то парализующий яд — шикарный выбор для твоих кровных врагов.

Чую, наш энтузиазм захватил главу тайной канцелярии.

— Парализующий яд? Сварите?

Мы с господином Сеймуром переглянулись. Это мы можем, это мы готовы.

— Лавли, ты спать вообще-то хотела, — заскрипел мой фамильяр.

— Не время спать, время, — потрясла венчиком, которым обычно взбивают яйца для яичницы, — творить настоящее искусство.

Пожилой целитель уступил свое место мне, разрешил верховодить, поднося ингредиенты. Заодно толкнул Ройса в бок.

— Какую малышку-ведьмишку упускаешь. Через год останется незамужней, заберу себе.

Послала господину Сеймуру воздушный поцелуй. Следовало, конечно, возмутиться: че это они без меня мою судьбу решают. Да и все больше девушек начинают бороться за свои права, но мне пока лень, если честно.

К рассвету наше зелье было готово. Оставив его в запертом ящике, я широко зевнула и едва не заснула, стукнувшись лбом об деревянную поверхность.

— Я вас отнесу, — галантно предложил господин Воккер. — А на завтра дам выходной. Распоряжусь, чтобы Катрине отправили другую, временную служанку.

— Вы удивитесь, но одеваться и трапезничать она умеет без посторонней помощи. Никого нам не надо. Она поймет.

Спорить с мужчиной сил не осталось. Я буквально теряла нить беседы каждую секунду. Глаза слипались. Да и чего смущаться? Он воин видный, мускулами обеспечен. Ведьму в идеальной комплекции в ров с акулами не сбросит, я ему еще нужна.

Подхватив меня, Ройс не дрогнул, обращался, словно я пушинка и самое драгоценное сокровище. В его ладонях было довольно уютно и тепло. И по пути нам никто не встретился, так что, пользуясь своим положением, я и вовсе распустила руки. Точнее, обняла его за шею — раз уж начали, зачем останавливаться.

Но... Легко выпрыгнув из объятий главы тайной канцелярии, вежливо поблагодарив его за доставку и войдя в комнату, я осознала, что Катрины нигде нет. А с балкона на меня пялится перепуганный принц, свесивший ногу.

— Вы что здесь делаете? — изумился он.

Настолько пребывал в шоке, что свалился с ограждения, слава богам, в мою сторону, уронил столик, за которым по утрам мы редко пили чай, и выругался трехэтажной бранью.

— А вы что здесь делаете? — ехидно ухмыльнулась я и перегнулась через балкон.

Там, расставив руки, очевидно, паникуя, подпрыгивала Катрина.

Учитывая, какой шум произвел молодой наследник, в мою комнату постучались.

— Лавли, все в порядке? — интересовался господин Воккер.

А Его Высочество мотал головой. Нет, не все в порядке, у меня принц без принцессы тут сидит, колени поджимает.

Судя по взгляду властного юнца, от меня ждали, что я прикрою их легкий, несостоявшийся тет-а-тет.

А я понятливая.

— Отлично все, — проорала я. — Уходите.

— Точно? — не сдавался охранник.

— Я могу расписаться, — кричала, не сводя глаз с виновника торжества.

Видимо, моя убежденность сыграла на уверенности Ройса. Последний отошел от двери и больше нас не потревожит... надеюсь.

— Боги, помогите, —опомнился принц, — разыщут в кустах Катрину, будут думать, что участница легкомысленная. Из отбора исключат.

— Да, какая разница, что будет думать ее служанка, — саркастично отметила я.

Между прочим, Его Высочество ничего толкового не предлагал, и никто из нас не обладал силой мощного воздушника. Придется Катрине уповать на собственные мышцы.

Связав две простыни, да покрепче, я перекинула постельное белье через проем.

— Складывается впечатление, — терял свое благоразумие принц, вообще не веривший в физические навыки Катрины, — что вы нас осуждаете.

— А я вас и осуждаю, — приспустила созданную веревку я.

К чести леди Ревэйн, та не сильно удивилась. Между нами действовало соглашение: кто спалился, тот и дурак. В общем, я ее, конечно, прикрыла, но не так чтобы значительно упорствовала в спасении. И именно этот факт возмущал наследника.

— Ведьма Лавли, это не вашего ума дело.

Подняв ладони, я намеревалась ретироваться.

— Реально не моего.

— Дэниэл, хватит, — поморщилась, скривив нос Катрина. Она почти залезла в комнату. — Лавли нас прикрыла, и она единственная, кому я могу доверять.

— Она служит Воккеру, — возмущался он.

И это утверждение не противоречило здравому смыслу.

— В первую очередь, — выдохнула леди Ревэйн, — Лавли служит, нет, дружит со мной. Ты недооцениваешь женскую дружбу.

— Прости, но я видел, как отбирались дамы на прошлый отбор, — печально вздохнул принц. — Когда отец был молод, он мечтал отыскать другую правительницу.

Душещипательную, явно интересную историю я дослушать не успела.

БАМС!

Дверь настежь распахнулась.

Не придумав ничего адекватного, я пихнула подругу обратно вниз, благо лететь было не так уж и далеко. А шум, воспроизведенный стражниками и ворвавшимся Ройсом, затмил ойканье невесты, потиравшей бока.

— Вы зачем имущество королевское портите? — обомлела я, глядя на главу тайной канцелярии.

Смотрелся он сурово, если не сказать, что зло. Сделал несколько шагов по направлению к балкону, заприметил забившегося принца в уголке...

— Возвращайтесь к себе, — махнул он стражникам. — Кажется, опасности нет.

— Может, нам проверить? — выступил вперед Бьерн, который не упустил момента, чтобы взглядом меня осудить и проклясть. — Ведьме я не доверяю, а ее госпожу не вижу.

Господин Воккер сжал кулак, отвернулся и отступил.

— Леди Ревэйн здесь, она неподобающе одета.

Понятия не имею, отчего к нам ломанулись, но Ройс подыграл нашему фарсу. Он же не спутал Катрину с Дэниэлсом. Их и в темной комнате спокойно отличишь, у Катрины грудь, а у принца... свои достоинства.

— Это возмутительно, — включилась я в игру. — Господин Лаулес, вы организовали? Да что с вами сделает Его Высочество? А что Его Величество? Катрина, подтверди, — обернулась на ошеломленного юнца.

Ох, по его лицу пора писать портрет в стиле ведьминского китча. Назову «Крик».