Наследник по крови - Елена Николаева

— Живого места на мне не оставили, изверги, — добавляю, оценивая счастливые морды друзей.

— Да ладно тебе, Макс. Лучше поблагодари нас за то, что мы тебя вытащили и приобщили к великой тайне банно-оздоровительного процесса! — вещает Давид. — Щас все дурные мысли из тебя окончательно выгоним.

Тимур смеётся, поднимая со стола бутылку с вискарём. Разливает алкоголь по стаканам.

Стас и Дава устраиваются в креслах напротив.

Подцепив с тарелки кусочек ароматного стейка, я отправляю его в рот и с аппетитом пережевываю.

— М-м-м… Невероятно вкусно, — озвучиваю, забирая у Тимура свою порцию крепкого напитка.

— Да, Ярик знает толк в мраморной говядине. Ну что, мужики, давайте выпьем за нашу дружбу! — предлагает адвокат. — Пусть она будет крепкой, как этот двадцатилетний ирландский виски, и пусть ничто не омрачает её! За нас!

— За нас, друзья! — произносит Стас.

— За дружбу! — добавляет Давид.

— Ура! — скандируем хором.

После тоста мы наслаждаемся закусками и ведём непринуждённую беседу. Я кратко рассказываю о своих планах на ближайшее будущее. Дава с Черкасовым делятся информацией об открытии сети клиник.

Опрокинув в себя четвертую порцию виски, я слегка уплываю. Возвращаюсь мыслями к Иванне, и меня накрывает сумасшедшей тоской. Душу словно катком по горячему асфальту черти раскатывают. Так и тянет взять в руки телефон и совершить очередную глупость.

Только с какого хрена мне ей звонить?

Потому что я давил на неё, и теперь чувствую свою вину?

Или, что ещё хуже, переживаю за неё больше, чем за будущую беременную супругу.

Ну уж нет, малыш.

Не лезь ко мне в голову!

Иди ты к черту!

Ты поставила точку, я согласился с твоим решением, хватит преследовать меня.

Хватит сверлить мне душу своим невинным взглядом!

— Макс? Эй, ты где витаешь? — щёлкая пальцами перед моим носом, Давид выводит меня из задумчивости.

Вздрагиваю и сразу же включаюсь в разговор, чтобы не возвращаться мыслями к Иве.

— Валевский, а что там у тебя с твоей Миланой? Вы уже долгое время вместе, и она вроде как ждёт, что ты женишься на ней.

— Ждёт и сводит своей ревностью с ума. Нутром ощущаю, что пора покончить с холостяцкой жизнью и зачать ребёнка, но вот предложение сделать не решаюсь. Запутался, твою мать.

— Так-так-так… — тянет Черкасов. — А что это наш адвокат стал таким неуверенным засранцем?

— Не поверишь, Стас, в моей жизни случился армаггедец по имени Вика. Дочь армейского друга. Соплячка мелкая двадцати лет. Ну какая из меня, сука, нянька? Жить с ней полгода под одной крышей — это полный пиздец!

Поперхнувшись сыром, быстро откашливаюсь, а затем устремляю на адвоката охреневший взгляд, явно транслируя вопросы, которые не могу озвучить вслух. У самого такая же херня. Башкой понимаю, что Ива мне не пара, молоденькая совсем, а внутри всё этому пониманию противится и бурлит. Видно не мне одному свезло с беззащитной и юной девочкой. Вот ещё один кандидат в психушку нарисовался.

Твою ж мать…

— Ты Милану любишь? — не понимаю, зачем я спрашиваю об этом Тимура. Как будто его ответ поможет мне разобраться в себе и закроет мои личные гештальты с Кристиной.

— Возможно, — отвечает Валевский, разливая по стаканам остатки алкоголя.

— Что значит «возможно»? — возмущается Станислав, утягивая с тарелки бутерброд с копчёным лососем.

— То и значит, — отмахивается Тимур.

— Блядь… Не делай моей ошибки. Если не уверен, какое к черту предложение? — хмурится Черкасов, принимая у Валевского стакан. — Слушай, Тимур, а Вика эта, симпатичная? Целка наверное? Необъезженная кобылка… — Стас прищуривается, и на мгновение его мысли уносятся куда-то далеко. Явно за пределы этой комнаты.

— Ебать, вы серьёзно? — фыркает Давид. — Какого хрена вас на писюх молоденьких тянет?

— Кого это «вас»? — устремляю на Руднева озадаченный взгляд, встречаясь с его любопытно-пронзительным.

Я не делился с друзьями мыслями об Иве. Но этот рыжий оракул словно насквозь меня видит, чтоб его…

— В смысле «кого»? — продолжает Давид. — Адвоката со Стасом, ясен пень. Черкасова недавно на студентку потянуло. Зелёная ещё. Не уверен, что сосать умеет.

— Так я теперь свободен, — парирует Черкасов. — Ты её ножки видел? А грудь! Ни грамма пластики. Всё своё. Натуральное. Девочка красивая, свежая. Как Джульетта у Шекспира. Научить её сосать как следует и получать удовольствие не составит труда.

— Смотри, не влюбись, Ромео, — ухмыляется Дава. — Ты с ней на свадьбу к Максу придешь, чтобы Камиллу позлить?

— Возможно, но я не уверен. Мне плевать на бывшую жену и на её нервные клетки. Просто мне захотелось чего-то особенного. Не приторного. Не такого, как у всех. И теперь я могу себе это позволить… — задумчиво произносит Черкасов, а у меня аж изжога от его слов к горлу поднимается. Отчего-то меня это сильно злит. Чувствую, как напряжение в теле снова нарастает. Сдавив ладонью стакан, делаю вид, что у меня всё заебись.

— Дава, где там твои стриптизерши? — отпив алкоголь, Валевский откидывается на спинку дивана. — Пусть уже станцуют, раз пришли.

— А я массаж хочу, — говорит Руднев. — Макс, а ты как? Похоже, ты снова задумался о делах.

— Я в порядке, — отвечаю, допивая спиртное, а затем беру пример с Тимура: откидываюсь на спинку дивана и прикрываю глаза. — От массажа ступней я бы не отказался…

Глава 30

Макс

В комнате звучит спокойная музыка, под которую на шесте танцуют две полуголые девицы.

Парни курят кальян. В воздухе стоит густой ароматный дым, от которого у меня слегка кружится голова и першит в горле.

За вечер я выпил достаточно, но не настолько пьян, чтобы терять контроль над своими мыслями и действиями. Хоть сейчас было бы уместным послать всё к чертовой матери, расслабиться и выпустить пар.

Пах весь гудит от напряжения.

Поправляю под халатом затвердевший член.

— Вам приятно? — мурлычет в ухо женский голос.

Тонкие пальчики пробегаются по моему затылку и спускаются к плечам, доставляя невероятное удовольствие.

— Да. Спасибо, Рита, но, думаю, с меня хватит.

Я пытаюсь сесть, но руки незнакомки мягко и в то же время настойчиво возвращают меня обратно. Скользят под ворот халата и наглаживают грудь. Ногти нарочно царапают соски, и я вздрагиваю, хватая девчонку за запястья.

— Тихо, Максим… — слышится томный шёпот у виска, от которого по коже бегут мурашки. — У вас напряжены мышцы шеи… плеч и спины. Расслабьтесь, я помогу вам избавиться от зажимов.

— Ладно, — говорю я хрипло, прочищая горло.

Покайфую минут десять и свалю домой.

Хочу, чтобы девочка помассировала мне стопы. В них столько чувствительных точек, что я готов кончить