Наследник по крови - Елена Николаева

— Боже, — злюсь на саму себя. — Когда я перестану думать о нём? Когда я его забуду? Сколько времени мне понадобится, чтобы вычеркнуть его из памяти?

Отчего моя ненависть к этому мужчине имеет обратный эффект?

Это неправильно! Я должна его ненавидеть! Но чем больше я это делаю, тем сильнее люблю.

— Почему? Почему это происходит со мной? После всего, что он сделал… — размышляя над этим, я растираю пальцами уставшие глаза, в которых всё ещё скачут буквы.

Мне нужен отдых, а я не могу оторваться от книг. Если остановлюсь, снова с головой нырну в прошлое и захлебнусь горечью.

Не хочу вспоминать его крики и то, как он уговаривал меня избавиться от ребенка.

Не хочу вспоминать отель и то, как мы стояли вместе под душем.

Не хочу вспоминать нашу единственную ночь…

Как мне его забыть?

Ка-а-ак?

Захлопнув книгу по гистологии, я опускаю лоб на лежащую на столе тетрадь. Глубоко дышу, касаясь ладонью живота. Всё ещё не могу привыкнуть к своему физиологическому состоянию.

Я беременна…

Боже мой, я беременна!

Что я буду делать с ребенком?

Как я буду учиться? Рожать? Как я буду одна его воспитывать?

Справлюсь сама или придется просить помощи у родных? Найду ли на это силы?

Мои родители до сих пор не знают о моём интересном положении. Я не осмеливаюсь им рассказать. После неудачного замужества старшей сестры для папы с мамой эта новость станет ударом. Поэтому я попросила тётю потерпеть какое-то время и не разглашать нашу общую тайну. Нужно подготовить близких к шокирующей новости, набраться храбрости, и уж потом доложить. И будь что будет.

Вздохнув, встаю из-за письменного стола и плетусь с прихваченным телефоном на кухню.

Сегодня тётя приготовила грибной суп, отварила картофель в мундире и нарезала для меня селедку. Пахнет безумно вкусно. Первым делом уплетаю несколько ломтиков солёной рыбы. Затем достаю из банки квашеную капусту и набиваю ею рот.

— Сядь за стол. Ну что ты, как ребёнок, стоя ешь! — тётя усмехается, вытирая о фартук руки.

— Так вкуснее, — говорю я, едва проглотив своё любимое лакомство.

До беременности я никогда не употребляла столько кислого и соленого. А сейчас я просто жить не могу без маринованных томатов и огурцов.

— Как дела в университете? — спрашивает родственница, присаживаясь рядом на стул.

— Как обычно, — пожимаю плечами. — Много задают теории. Иногда мне кажется, что я не вывезу столько учебного материала.

— Как это не вывезешь? Ты у меня умница. Я рада, что ты зациклилась на учёбе, но тебе не помешало бы отдохнуть. Что-то Ксения к тебе давно не заходила. Поссорились? — не отрывая от меня глаз, тётя пододвигает ко мне тарелку с супом. Я тотчас краснею. Начинаю ерзать на стуле. О Каретниковой мне хочется разговаривать меньше всего.

— Ксению исключили из универа, — выдаю новость, которую узнала вчера.

— Как это? — тётя застывает с ложкой супа у рта. — Почему? Она же неплохо училась.

— Не знаю. Никто ничего не знает. Девочки сказали, что моя бывшая подруга собрала вещи за пару минут и съехала из общаги вся в слезах. С тех пор ни с кем не поддерживает связь.

— Значит, поссорились… — подтверждает тётя свою догадку.

— Угу, — мычу, вцепившись зубами в кусочек хлеба. — Ты была права насчет неё. Ей нужен был Илья.

— Ну так пусть забирает его себе! Горе-то какое, — всплеснув руками, тетка мотает головой.

— Она ему не нужна. Илья собирается жениться, — выдаю и замираю, увидев на экране мобильного прилетевшее сообщение:

«Привет! Это Стас. Мы познакомились у морга. Ты дома?»

***

Поперхнувшись от неожиданности, я проливаю ложку супа на стол.

— Кто это? — спрашивает тетя, удивлённая моей реакцией.

— Никто, — говорю, едва откашлявшись. — Просто знакомый. Врач.

— Врач? Кто этот врач, который заставил тебя подавиться хлебом? Я его знаю?

— Нет. Не думаю.

Смахиваю выступившие на глазах слёзы и интуитивно подхожу к окну. Выглядываю во двор и замираю, замечая у подъезда знакомый черный внедорожник.

— Чер-р-рт… — тихо слетает с губ.

Что он здесь делает?

Станислав стоит, опираясь бёдрами на бампер своего автомобиля, и смотрит на моё окно. В одной руке у него яркий огромный букет, а в другой — мобильный телефон. Наши взгляды встречаются.

Поздно делать вид, что меня здесь нет. Я волнуюсь и прикусываю губу, наблюдая, как мужчина расплывается в своей фирменной улыбке.

Стас снимает солнцезащитные очки и приветствует меня рукой.

Откуда узнал мой номер телефона? Впрочем, неважно. Мог вычислить при желании. Информацию всегда можно купить за деньги. Они у него точно есть.

— Он у вас преподаёт? — интересуется тетка после короткого замешательства.

— Нет.

Ощущаю затылком её дыхание.

— Интересно… — хмыкает она. — Цветы шикарные… дорогая тачка… стильный мужик… явно за тридцать… Можно узнать, как ты их находишь?

— Кого? — сглатываю подпрыгнувшее к горлу сердце.

— Мужчин старше тебя. Давно вы общаетесь?

— Мы не общаемся.

От волнения у меня садится голос, а пульс громко стучит в ушах.

— А что же он тогда здесь делает? Ива, не заставляй меня снова волноваться. Мужчина с цветами у порога нашей квартиры отнюдь не привидение. Он реальный.

— Это ничего не значит! — бурчу я, отходя от окна и прячась от Станислава на кухне. — Между нами ничего не было. Ты зря волнуешься.

— Ничего?

— Ничего!

— Он знает что ты беременна?

— Конечно же нет! То есть… — запинаюсь, вспоминая тот неприятный день, когда я опозорилась на все сто.

— То есть? — тётя приподнимает брови.

— Господи, в тот день, когда меня стошнило у морга, он проявил себя как настоящий профессионал и просто как хороший человек. Он помог мне как врач, а затем подвёз меня до дома. Его коллега, друг, предположил, что я беременна, и предложил мне сделать тест. После того дня мы больше не встречались.

— Зачем тогда он приехал? Что ему от тебя нужно?

— Он хочет, чтобы я сопровождала его на свадьбе друга в качестве пары. Только и всего.

— Только и всего?

— Хватит меня копировать! — огрызаюсь, покрываясь испариной.

Мне сейчас не до мужчин. Я не хочу никого видеть. А странная просьба Стаса и вовсе меня настораживает.

— У него нет девушки?

— Я не знаю. Сказал, что не хочет присутствовать там один.

— Угу…

— Что «угу»?

— Хочешь пойти? Ты же его совсем не знаешь. Хоть на маньяка он не похож. А с другой стороны…

— Я не собираюсь завязывать новые отношения, тем более рассказывать о беременности. Просто не выйду к нему.