Невеста принца - Виктория Александер

– Иногда надежда – это все, что мы имеем.

Его слова, наполненные потаенным смыслом, повисли в воздухе. Некоторое время оба молчали.

– Нам, пожалуй, следует вспомнить о еде. – Джоселин отняла у него руку и указала на тарелку с супом. Ею овладела непонятная неловкость, и она с облегчением сменила тему. – Айви рассердится, если мы оставим тарелки нетронутыми.

Девушка начала неторопливо есть суп. Рэнд последовал ее примеру. Тишину в столовой нарушали лишь приглушенные звуки, свидетельствующие о добросовестном поглощении пищи. Джоселин хотелось поговорить о множестве вещей, но нелегко было подобрать подходящие слова. Наконец она положила ложку и распрямила плечи.

– Я очень много думала над ситуацией, в которой мы оказались…

– Начало не слишком обнадеживает.

– В нем нет ничего плохого. Во всяком случае, на мой взгляд. – Она глубоко вздохнула, чтобы придать себе храбрости. – Мне кажется, что, поскольку мы теперь муж и жена и, похоже, останемся ими надолго, первое, что нам следует сделать, это получше познакомиться.

– Отличная мысль, – серьезно произнес Рэнд, но его глаза весело блеснули. – С чего вы предлагаете начать?

– Для начала вам следует узнать кое-что обо мне. О моей жизни. – Джоселин помолчала, собираясь с мыслями. – Если я и в самом деле избалованная…

– И мелочная, – добавил он, откровенно сдерживая готовую появиться на губах улыбку.

Но Джоселин не дала сбить себя с толку.

– В детстве я была не такой. Я и мои сестры выросли скорее в спартанских условиях, нянчиться с нами было некому. Мой отец…

– Я знаю, – невозмутимо заметил Рэнд.

– Мне следовало догадаться, – вздохнула она. – Несомненно, репутация отца была широко известна.

– Вовсе нет. О вашем детстве мне рассказал Томас.

– А… – Это не так уж плохо. Джоселин всегда была ненавистна мысль, что люди, глядя на нее, вспоминают о роковых слабостях ее родителя. – Тогда вы знаете, что всего год назад, когда Ричард женился на сестре Томаса и они унаследовали внушительное состояние, у нас появились кое-какие деньги. И должна сознаться, – оживленно подалась она вперед, – это было чудесно!

– Неужели?

Она не обратила внимания на его иронический тон.

– Да. Впервые в жизни у нас появились новые платья и красивая карета, мы получили возможность выезжать в Лондон и починили крышу.

– Это существенно, – пробормотал Бомон.

– Я понимаю, вам все это кажется смешным…

– Ничуть. – Он откинулся на стуле и внимательно посмотрел на Джоселин. – Продолжайте.

– Вы дразните меня, но я все равно вас прощаю. – Она немного подумала. – У вас есть сестры?

– Нет, – настороженно ответил Рэнд. – А что?

– Если бы они у вас были, вам было бы проще меня понять. – Она отодвинула тарелку, положила руки на стол и переплела пальцы. – Большей частью благополучие женщины зависит от мужчины. Мы мало что умеем, нам сложно зарабатывать на жизнь. Так устроен мир, но раньше меня это не особенно волновало. – Она сдвинула брови. – Конечно, моя старшая сестра Эмма рисует картины и продает их, но она живет в Париже, а французы сильно отличаются от нас во всем, что касается искусства. Кроме того, она замужем, и ей нет необходимости содержать себя самой. И Марианна пишет и этим зарабатывает деньги. Но Эмма и Марианна – редкие исключения. Единственная приемлемая для женщины возможность преуспеть в жизни – это удачный брак. Нельзя упрекать меня за то, что я искала выгодную партию.

– Понимаю, – медленно произнес Рэнд.

– В самом деле?

– Думаю, что да. Вы сосредоточили все свои помыслы на принце, а взамен получили виконта.

– Я надеялась, что вы поймете, – улыбнулась Джоселин. – Теперь вы знаете – дело не в том, что я такая уж мелочная. Я просто испытала разочарование, что было естественно в данных обстоятельствах.

– А обстоятельства сложились так, что вместо принца вам пришлось довольствоваться виконтом, – небрежно повторил он.

– Именно, – просияла Джоселин.

– А знаете что, Джоселин, – проговорил Рэнд неторопливо, – я ведь тоже считался неплохой партией.

– Ах, ничуть не сомневаюсь! – поспешно сказала она. – Ваш титул, хоть и не очень впечатляющий, тоже заслуживает уважения. Вы человек энергичный, предприимчивый и, можно сказать, привлекательный – я говорю о той атмосфере таинственности, которая вас окружает, все эти секретные дела. Кроме того, вы всегда готовы посмеяться, а я это ценю.

– Думаю, мое чувство юмора мне еще очень пригодится, – пробормотал Бомон.

– Конечно, да! Нам обоим оно понадобится. Иначе вся эта ситуация будет выглядеть совсем уж мрачной. – Девушка откинулась на стуле и внимательно вгляделась в Рэнда. – Надеюсь, я вас не обидела?

– Ни в малейшей мере, – сдержанно откликнулся он. – Так приятно, когда при тебе разбирают твои достоинства и недостатки.

– Я просто стараюсь быть честной. На самом деле я только делаю то, что предложил ваш дядя. Помните? Он сказал, что не должно быть секретов между мужем и женой. А кроме того, вы лучше других способны понять мое отношение к деньгам.

– Я?

– Конечно, Рэнд. – Джоселин доверительно понизила голос. – Днем я еще раз обошла замок одна. С одной стороны, он производит потрясающее впечатление, но с другой… Здесь всего горсточка слуг, их слишком мало для дома таких размеров, дома, который явно знавал лучшие дни. Держу пари, что у вас протекает крыша.

– Только во время сильного ливня.

– Так я и думала! – Тут в голову Джоселин пришла еще одна мысль, и она вся подобралась. – Вы говорили, что замок принадлежит вашему дяде, а не вам?

– Да, – выжидательно подтвердил он.

– Значит, где-то у вас есть собственный дом? Там, где живет ваша матушка в промежутках между путешествиями… – Джоселин раскрыла глаза. – Которые требуют денег и…

Рэнд поднял руку, призывая ее успокоиться.

– У моей матери есть собственные небольшие средства, которые позволяют ей путешествовать. Да, у меня есть свое жилье. Это квартира в Лондоне и скромный загородный дом.

– До какой степени скромный? – с надеждой спросила Джоселин, рисуя в мыслях вместительный, хотя и не слишком шикарный особняк.

– Более чем скромный.

– Ну что же… – Воображаемый дом съежился до размеров сельского коттеджа. – Она пожала плечами. – Что есть, то и есть.

Рэнд сощурился.

– Мне странно, что вас все это вроде бы не слишком огорчает.

– Мне и самой странно, – рассмеялась Джоселин. – Но я и не ожидала от вас большего. – Она задумчиво посмотрела на него. – А вы, Рэнд? Чего ожидали вы?

– Что вы имеете в виду?