Сюрприз для отца-одиночки - Мелинда Минкс

— Как ты думаешь, сможешь подогнать грузовик поближе к двери? — спрашивает она. — Я не хочу испачкать свои туфли грязным снегом.

— Конечно, — говорю я.

Я запрыгиваю обратно в грузовик и подъезжаю практически вплотную к ее двери. Прежде чем она успевает выйти, я поднимаю ее и несу к пассажирской двери.

Она смеется.

— Тебе не нужно было меня нести!

— А может я хотел, — говорю я.

Я помогаю ей забраться на сиденье и закрываю дверцу, затем обхожу машину с другой стороны и сажусь. Я закрыл дверь и включил обогреватель. Наоми надела пальто, но в любом случае в этом платье будет холодно.

— Так, — говорю я. — Помнишь наш уговор?

Я сказал ей, что сначала она должна выбрать, куда мы пойдем, а в следующий раз выбирать буду я.

— Я уже выбрала, — говорит она.

— И куда же? — спрашиваю я у нее.

Она нажимает что-то на своем телефоне, и механический голос выдает: «Следуйте на юг по горному шоссе 3 мили, затем остановитесь прямо на развилке».

— Это не ответ на мой вопрос, — говорю я.

Она улыбается мне.

— Просто подожди, пока мы туда доберемся.

Мне никогда не нравилось следовать инструкциям GPS. Однажды один из них загнал меня в бесконечную петлю. Он все время просил меня свернуть налево на дорогу с односторонним движением, а когда я не мог, он снова и снова возвращал меня в ту же самую ситуацию. Однако то, что действительно делает GPS, — это лишает человека его чувства направления. С хорошей старомодной картой ты всегда знаешь, где находишься. С GPS же зачастую не имеешь ни малейшего понятия.

— Хм, — говорит Наоми. — Я только что поняла, что мне нужно внести сюда мой SPA-салон. Я хочу, чтобы мои клиенты просто набирали «SPA Горный Бриз» и получали маршрут.

— Тут, наверное, придётся столкнуться с кучей бюрократической ерунды, — говорю я.

— Не то слово, — говорит она. — Но оно того стоит. Не то чтобы мне не нравились вызовы на дом, но они бывают утомительны. Теперь же все просто будут приходить ко мне.

Навигатор выдает мне все новые и новые инструкции. Я сам знаю, как выбраться с этой чертовой горы!

— У тебя будет много дел. Это значит, что у тебя не будет времени, чтобы закончить мое обучение? — спрашиваю я.

Краем глаза я вижу, как она краснеет.

— Я найду для тебя время, Тео.

— Кстати о... — говорю я, — предположим, что я не испорчу это свидание, но я пообещал Эмили, что она может прийти на следующее. Я думал о катании на коньках.

Она не отвечает.

— Вот черт, — говорю я. — Мы же не собираемся сейчас кататься на коньках, правда?

— Нет, нет, — машет она рукой. — Извини, я просто удивилась, что ты снова хочешь пригласить меня на свидание.

— Так ты не против Эмили? — спрашиваю я.

— Я никогда не против Эмили.

Я гоню машину вниз с горы. Навигатор, похоже, ведет нас в город. Это меня не удивляет, да и вообще ни о чем не говорит. Поездка в город может означать практически все, что угодно.

Мы пересекаем мост и въезжаем в город, и GPS заставляет меня поворачивать каждые несколько кварталов.

— Это должно быть что-то этакое, — говорю я. — Вот почему ты заставила меня переодеться.

— Я заставила тебя переодеться? — спрашивает она, хихикая.

Мы въезжаем на стоянку, и я читаю надпись вслух. «Великий Побег: Номера».

— А? — спрашиваю я. — Номера? Это что, гостиница?

Она хлопает меня по колену.

— Пойдем, Тео, это комната для побега.

— Что это такое?

— Ты делаешь что-нибудь ради забавы? — спрашивает она меня. — Или ты живешь в рутине, словно придавленный скалой?

— Я живу на горе, — говорю я. — И я не очень много делаю для развлечения. У меня есть ребенок. Все мое веселье — это то, что я делаю с Эмили.

Она вздыхает.

— Что? — спрашиваю я. — Ты не можешь сердиться на меня за то, что я забочусь о своей дочери.

— Я не сержусь на тебя, — усмехается она. — Просто... эта комната для побега предполагает действительно интересные повороты развития сюжета для участников... но ты даже не знаешь, что такое ванильная комната для побега, так что теперь даже и не знаю.

— Хм, — задумываюсь я. — Просто объясни мне, что такое комната для побега, а потом подожди несколько минут, пока я все обдумаю. Тогда расскажешь мне, в чем загвоздка именно этой.

— Это забавно, — снова усмехается она. — Но я сделаю это. Обычная комната для побега — это как... ты заходишь, и тебя помещают в группу людей. Они все незнакомцы, и вы, как группа, должны решить, как выбраться из комнаты.

— Значит, ты платишь за то, чтобы зайти в комнату и выйти оттуда? — спрашиваю я.

— Это загадка, Тео, — говорит она.

Я киваю, все еще не совсем понимая.

— Ты все понял? — спрашивает она.

— Ага, — вру я.

— Так вот, загвоздка вот в чем, — начинает объяснять она, — есть две команды, но ты не знаешь кто именно в твоей.

— Обе команды спасаются бегством? — спрашиваю я.

— Нет, — говорит она, — все гораздо сложнее.

— Отлично, надеюсь, я смогу разобраться.

— Там будет VIP-персона, — говорит она. — Одна команда выигрывает, если VIP сбежит, другая команда выигрывает, если они убивают VIP.

Я киваю, вроде как начиная понимать.

— Мы в одной команде?

— Это случайный выбор, — улыбается она. — Тебе придется постараться прочувствовать это во время игры.

— Я хорошо умею прощупывать почву, — говорю я, подмигивая ей.

— Только не так, — говорит она, ухмыляясь.

— Почему бы нам просто не сказать друг другу правду, — вздыхаю я. — Независимо от того, в какой команде мы окажемся?

— Потому что, — говорит она. — Если мы окажемся в разных командах, это не поможет никому из нас раскрыть это.

— Понятно, — киваю я, опять толком нихрена не понимая.

Думаю, что со всем разберусь по ходу. Так же как я научился работать бензопилой, разводить костер и сажать чертовы травы в саду. Для меня это всегда испытание огнем.

Я расплачиваюсь за нас у стойки, и мужчина одобрительно кивает, глядя на наши наряды.

— Какая настоящая преданность игре.

— Позже мы пойдем на шикарный ужин, — объясняю я.

— Правда? — спрашивает меня Наоми, и ее лицо расплывается в широкой улыбке.

Черт возьми! У нее так хорошо получалось быть скрытной, а я вот так просто все вывалил?

— Да, — говорю я, стараясь говорить ровно. — Но ты же не знаешь, куда именно.

Парень за стойкой протягивает каждому из нас по папке.

— Это ваши личные дела.