Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона - Таня Драго

— Больно? — спросила я, зная ответ.

Дракон закрыл глаза.

— Всегда. Но сейчас хуже.

Я сосредоточилась. Голубое сияние вспыхнуло, обволокло пальцы, потекло по морде дракона, как живая вода. Прошло по шее, груди, спине — серые пятна затрепетали, начали тускнеть, пульсация замедлилась. Дракон вздохнул глубоко, грудь поднялась и опустилась, мышцы расслабились.

Он открыл глаза, посмотрел на меня:

— Легче.

Дракон опустил голову мне на колени, закрыл глаза. Его дыхание стало ровнее, глубже. Тело перестало дрожать.

— Не уходи, — прошептал он.

Голос тихий, просящий. Такой, каким говорят люди, которые боятся остаться одни с болью.

Я не ответила.

Продолжала гладить его, направляя энергию медленно, равномерно — столько, сколько могла. Чувствовала, как усталость накатывает волнами, веки тяжелеют, но не останавливалась. Дракон заснул. Дыхание стало спокойным, ровным, хвост расслабленно упал кольцом.

Я откинулась на подстилку рядом, закрыла глаза. На минуточку. Просто отдохнуть.

Потом вернусь в свою комнату.

Надо найти способ вылечить его. Облегчать боль недостаточно. Это временное решение. Серый покров не отступит от пары сеансов магического массажа. Нужно что-то большее. Что-то, что уничтожит болезнь в корне.

Если это вообще возможно.

Я почувствовала, как сон накрывает меня мягкой волной. Рядом с драконом было тепло. Его дыхание ровное, успокаивающее. Я положила ладонь на его лапу, и последнее, что успела подумать перед тем, как провалиться в сон: Господи, я засыпаю рядом с драконом. Если бы кто-то из коллег увидел меня сейчас, они бы решили, что я окончательно сошла с ума.

А может, так и есть.

Проснулась я от того, что кто-то тряс меня за плечо с настойчивостью дятла, долбящего дерево.

— Госпожа! Госпожа, проснитесь! Король требует вас!

Я открыла глаза, увидела перепуганное лицо Нилли в двух сантиметрах от своего и попыталась сообразить, где нахожусь. Потолок незнакомый. Под боком что-то тёплое и огромное. Пахнет дымом и травами.

Ах да. Дракон.

Я резко села, сердце ухнуло вниз. Релиан лежал рядом, свернувшись калачиком, дышал ровно и глубоко. Спал. Я провела всю ночь в его башне, на полу, как бездомная кошка, пригревшаяся у печки. Отлично. Просто замечательно.

— Госпожа, быстрее! — Нилли схватила меня за руку, потянула вверх. — Король ждёт! Он сердится!

Я вскочила, одёрнула помятый халат, провела рукой по волосам — они торчали во все стороны, как у ведьмы после полёта на метле. Идеально. Сейчас я выгляжу именно так, как должен выглядеть врач… нет, лекарь, Инга, лекарь. В общем, этот человек, который лечит принца — перед встречей с монархом.

Нилли затолкала меня в мою комнату, натянула на меня первое попавшееся платье — тёмно-синее, строгое, с высоким воротом — и попыталась привести волосы в божеский вид. Получилось так себе. Я смотрела на своё отражение в зеркале и думала: ну, хоть не в пижаме иду.

Через десять минут меня вели по коридорам к тронному залу.

Сердце колотилось неприятно, ладони вспотели. Я вытерла их о юбку и попыталась успокоиться. Король хочет поговорить. Ну и что? Я врач. Я разговаривала с родственниками умирающих сотни раз. Это просто ещё один разговор.

Только это король.

И он может приказать отрубить мне голову, если я скажу что-то не то.

Детали, детали.

Двери тронного зала распахнулись, и я вошла.

Зал огромный, холодный, потолки высокие, своды украшены лепниной и гербами. В конце на троне сидел король Айлен. Он смотрел на меня так, будто оценивал, сколько я стоила бы на рынке рабов.

Я опустилась в реверанс — неуклюже, потому что никогда этого не делала, но Нилли объяснила, что делать, пока мы шли сюда. Умная девушка, быстрая, веселая, искренняя…

Король кивнул, жестом велел подняться.

— Лекарь Индара, — произнёс он. Голос сухой, без эмоций. — Без фамилии. Без титула. Без рекомендаций. Без всего… Подойди ближе.

Я подошла, остановилась в трёх шагах от трона. Стража застыла по стенам, как статуи. Тишина давила на уши.

— Моя жена говорит, ты облегчила страдания моего старшего сына, — продолжил король, глядя на меня тяжёлым взглядом. — Благодарю. Но ты здесь все же не за этим.

Я молчала, не зная, нужно ли отвечать.

— Релиан болен, — сказал он, и в голосе не дрогнуло ни одной ноты. — Серый покров. Неизлечимо. Но у него есть долг перед королевством. Свадьба назначена через три месяца. Его невеста — Мелисс из рода Ахреймов, знатный род, между прочим, готовится к свадьбе. И Релиан должен быть готов к церемонии.

А, меня тыркнули в мое происхождение. Вернее, в его полное отсутствие.

Но при этом, король смотрит внимательно, как-то странно. Словно узнал меня. Или кого-то похожего на меня. Кто это был, ваше величество?

— Ваше величество, — начала я осторожно, — Серый покров прогрессирует. Через три месяца принц может быть не в состоянии…

— Твоя задача, — перебил меня король холодно, — облегчить его боль настолько, чтобы он выполнил свой долг. Церемония должна состояться. Релиан это знает. Он согласен.

Я сжала кулаки, ногти впились в ладони. Он говорит о своём сыне, как о шахматной фигуре. Как о ресурсе, который нужно использовать до конца, пока не сломался окончательно.

— Но если попытаться вылечить…

— Серый покров неизлечим, — отрезал король, и глаза его стали ещё жёстче. — Ты здесь временно. Чтобы облегчить последние месяцы. Не обольщайся.

Он откинулся на спинку трона, смотрел на меня сверху вниз.

— Если ты справишься, я щедро награжу тебя. Если нет, — он сделал паузу, — найду другого целителя.

Угроза прозвучала ясно. Я не нужна. Я заменима. Я — инструмент, который используют, пока он работает. Я поклонилась снова, потому что не знала, что ещё делать.

— Да, ваше величество.

— Свободна.

Я развернулась и пошла к выходу, стараясь идти ровно, не спешить, не показывать, как колотится сердце. Двери закрылись за мной с глухим стуком, и я прислонилась к стене, выдохнула.

Нилли вынырнула из-за колонны, смотрела на меня испуганно:

— Госпожа? Все хорошо? Он… он вас не казнил?

Я фыркнула, потёрла лицо руками:

— Нет. Просто объяснил, что я здесь никто.

Нилли моргнула, не поняв иронии. Я выпрямилась, одёрнула платье.

Итак. Король хочет, чтобы сын дожил до свадьбы. Не выздоровел. Дожил. Выполнил долг. Умер красиво, с соблюдением всех приличий. Мать плачет, отец планирует политические союзы, а сам Релиан лежит в своей башне и медленно сгорает изнутри.

Старший брат еще не умер, а его списали со счетов, как покойника. Младший… Кстати, а что с младшим?