Впервые в жизни - Джилл Шелвис

Так много шоколада, так мало времени.

На следующий день Эми работала в закусочной. Смена была долгой, монотонной, и ко всему прочему, на улице лило как из ведра. Причал был пуст, дождевые тучи накрыли побережье всего штата Вашингтон, и закусочная была пуста. Поэтому у Эми было слишком много времени для размышлений.

А это нехорошо, потому что перед глазами все время стоял Мэтт, двигавшийся над ней. А его голос… чувственный, эротический шепот в ухе, тела мокры от пота, ноги переплетены. Каждый раз проигрывая это в памяти, она чувствовала пульсацию и жар в тех местах, которые вовсе не имели права пульсировать, когда она обслуживала посетителей.

Просто она давно не была с мужчиной.

Эми твердила себе, что прошли годы с той омерзительной ночи в Майами, когда она попала в очередной переплет, да такой, что с величайшим трудом из него вырвалась. Еще один парень, желавший больше, чем она могла и хотела дать. После этого она напрочь отказалась от секса.

Но с Мэттом все было по‑другому, не похоже на то, что Эми испытывала с другими. Секс с ним означал близость, к которой она не была готова.

Нисколько.

Чтобы немного отвлечься от мыслей о Мэтте, Эми во время перерыва ушла в крохотный офис в глубине закусочной и вытащила мобильник. Она хотела спланировать последний этап путешествия, но немного запуталась.

«Позвони как‑нибудь. Один звонок — один вопрос… Как тебе это условие?»

Слова матери эхом отдались в мозгу. Их отношения были весьма бурными с того самого дня, как Эми в двенадцать лет переехала к ней, и до того дня, когда в шестнадцать Эми навсегда ушла из ее дома.

Но, оглядываясь назад, Эми не могла не признать, что тоже не была так уж безгрешна. Что и она во многом виновата, особенно в постоянных ссорах с матерью и, прямо сказать, вызывающем поведении. Факты — упрямая вещь. А Эми была лгуньей. Мелким воришкой. Подростком, размахивавшим своей необузданной чувственностью, как волшебной палочкой.

Кошмар.

И она ушла, не оглянувшись, даже не подумав о том, что чувствует мать. Плевать ей было…

Эми прерывисто вздохнула и набрала номер матери. На звонок ответили быстро.

— Эми! — выдохнула мать.

— Да, ма. Это я.

Последовало молчание, и Эми поморщилась, чувствуя себя глупой и никому не нужной. О Боже, как неприятно ощущать себя полной дурой! Не стоило этого делать, не стоило…

— Я рада, что ты позвонила.

— Правда? — охнула Эми.

— В прошлый раз ты меня удивила. Я даже не успела спросить, как у тебя дела.

В груди Эми заныло. А ведь она так давно не позволяла себе никаких эмоций. И все же последнее время только и делала, что поддавалась эмоциям.

— Все в порядке. А как ты?

— Хорошо. Я… снова одна. Просто хотела, чтобы ты знала.

Возможно, самое близкое подобие извинения, которого она дождется от матери.

— Ты все еще в Лаки‑Харборе? У тебя есть дом?

Адрес?

— Даю.

Эми откашлялась и назвала адрес.

— Ты сказала, что я могу задать тебе вопрос.

— Да.

— Ты… ты знаешь, где бабушка закончила путешествие?

— Прости, не знаю, — ответила мать с искренним сожалением. — Она сказала только, что круг замкнулся.

Круг замкнулся. То же самое записано в дневнике. Разочарование сдавило горло Эми, густой колючий ком, который невозможно проглотить.

— О, все равно спасибо. Мне нужно работать.

— Ты позвонишь еще раз?

Эми закрыла глаза. Когда в последний раз она ждала чьего‑то одобрения? Чертовски давно, возможно, когда бабушка Роуз еще была жива.

Эми миллион раз твердила себе, что уже переросла тот возраст, когда нуждаешься в материнской любви и тепле. Позвонит ли она снова? Если честно, то в этот момент она понятия не имела, позвонит или нет.

— У меня есть твой номер, — осторожно обронила она.

— О’кей.

— И, мама…

— Да?

— И у тебя есть мой номер.

В конце смены Эми собрала мусор и вышла черным ходом. По дороге к машине сунула пакет в мусорный ящик и едва не сбила Райли в переулке.

— Эй! — удивилась Эми. — Что это ты здесь делаешь?

Но все было ясно и так. Ливень не прекращался весь день и выгнал Райли из лесного укрытия. Она промокла насквозь и, сгорбившись, прислонилась к ограде.

— Как ты? Нормально?

Райли кивнула, хотя выглядела при этом донельзя жалко.

— Пойдем, я тебя подвезу.

Райли не спросила куда и не подумала спорить, что лучше слов говорило о том, как она промерзла и продрогла. Как только они оказались в тарахтелке Эми, Райли прижалась к отверстиям для теплого воздуха и стала растирать руки под футболкой с длинными рукавами, которую дала Эми.

— Если бы ты осталась у меня, жила бы в тепле.

— Не знала, долго ли еще смогу оставаться.

Сердце Эми сжалось.

— Ну хотя бы до того, как подвернется что‑то по‑лучше.

Но дрожащая Райли ушла в себя и не отвечала. Эми и это понимала. Когда она была в возрасте Райли, лучшего ей так и не подвернулось.

Эми вырулила с парковки и поехала домой. Они молча поднялись по лестнице, и Эми тут же подтолкнула Райли к ванной и велела принять горячий душ.

К тому времени как шум воды смолк, Эми успела вытащить еще один комплект одежды из ее собственных скудных запасов. Для Райли.

Они поджарили на гриле сандвичи с сыром и сели за стол. Райли подобрала все крошки. Теперь она уже не так походила на мокрую мышь. Волосы, высыхая, сворачивались мягкими кольцами. Только сейчас Эми поняла, что девушка очень хорошенькая.