В поисках идеального мужа - Вики Льюис Томсон

— Ну и что? Мы будем предохраняться. — Том попытался снова обнять ее. Клео сделала шаг назад.

— В том-то вся и проблема. Мне слишком понравилось без этого.

Застонав, Том прижал ее к себе.

— Ты принадлежишь мне, Клео. Перестань бороться с этим и…

— И бросить все, чего я с таким трудом добилась? — Она смотрела на любимое лицо. От ее решения сейчас зависит не только ее жизнь. — Нет, отпусти меня, Том. Отпусти меня и дай мне найти силы уйти. Ты и это ранчо околдовали меня, но это не то, что мне нужно в жизни. Отпусти меня.

Клео отвела глаза, и он разжал руки. Она взяла фотоаппарат и, не говоря больше ни слова, пошла к двери.

— Возьми пленку. — (Клео обернулась.) — Забирай ее. Прояви эти чертовы фотографии и делай с ними что хочешь. Хоть что-то останется в твоей жизни на память обо мне.

Глотая подступающие к горлу слезы, Клео подошла к столику и взяла пленку. Она получила все, чего добивалась.

— Спасибо, — прошептала она и вышла.

Том смотрел, как Клео шла по двору к своему домику, до тех пор, пока она не скрылась за дверями. Хорошо, что у него хватило сил не упасть к ее ногам. Хорошо, что она даже не представляет, как нужна ему именно сейчас. За сегодняшнюю ночь он несколько раз собирался рассказать ей последние новости. Хорошо, что он этого не сделал.

Утром звонила мама и заплаканным голосом рассказала, что нашла спрятанные бумаги отца, о которых тот забыл в помешательстве. Если бы Том не был так занят Дейрдрой, а потом их разводом, он знал бы о делах отца. Сейчас обнаружился еще один кредитный билет. Ранчо заложено, и нужно выплатить деньги в течение двух недель, иначе Том потеряет его.

Он наивно думал, что от присутствия Клео ему будет легче. И даже если придется продать ранчо, то с Клео жизнь не потеряет смысл. Но она не хочет быть женой владельца ранчо.

Если окажется, что Клео беременна, то она, как и обещала, отдаст ребенка ему на воспитание. Потому что она человек слова. Он справится с этим, на какие бы жертвы ему ни пришлось пойти. Но вот только он будет воспитывать ребенка уже не в «Шепоте ветров».

Для подстраховки Клео должна была снимать еще одного ковбоя, но после Тома вряд ли получится что-нибудь стоящее.

Она оставила машину на опушке, недалеко от поляны для пикников. Здесь они договорились встретиться с Джеком.

Клео приложила руку к животу. Конечно же, она не беременна. Нужно просто уехать из Монтаны, перестать думать о Томе, и эти сумасшедшие мысли исчезнут сами собой. Даже думать не хочется, как она скажет отцу о своей беременности. Но ей не придется делать это, потому что она не может сейчас носить под сердцем ребенка Тома.

Клео собиралась фотографировать Джека у старой ели. На стволе были вырезаны сердце и инициалы, оставленные молодыми влюбленными, готовыми рассказать всему миру о своей любви. Как все просто и красиво. Ты находишь хорошего человека, влюбляешься в него и обещаешь быть с ним, пока смерть не разлучит вас. И не нужно оценивать кандидатов, позирующих перед камерой, а потом встречаться раз в две недели для занятий сексом.

Клео поняла, что это не для нее — она не смогла бы находиться вдалеке от Тома так долго. Похоже, она вообще не выйдет замуж. Как сказал Том, она не может делать что-нибудь наполовину.

Джек приехал на сверкающем черном пикапе.

Он подошел к ней уверенной походкой, говорившей о высокой самооценке. Это был хороший знак. Обычно такие люди уже знают, как вести себя перед камерой, и выглядят необыкновенно сексуально. Он коснулся ковбойской соломенной шляпы.

— Отлично выглядите, мэм.

— Спасибо, ты тоже. — Она не лукавила. Узкие джинсы, начищенные ботинки, рубашка, обтягивающая рельефные мускулы, ласковые карие глаза. Женщины сойдут с ума, глядя на него в следующем году. Только Клео не чувствовала ничего подобного.

Сейчас она настроится, думала она. Просто волна возбуждения, которая обычно охватывает ее во время съемок, немного запаздывает.

— Как я уже говорила, я хочу фотографировать тебя у того дерева. — Клео пошла к ели, и Джек последовал за ней.

— Я знаю парня, который вырезал эти инициалы, — улыбнулся он.

— Правда?

— Да, мы вместе ходили в школу. Говорят, у него с Донной сейчас уже пятеро детей.

Клео невольно прикоснулась к своему животу.

— Правда? А ты? У тебя есть дети?

— Нет, и не уверен, что будут, — слишком много забот.

— А что думает об этом твоя девушка? Джек посмотрел на нее.

— Вообще-то мы с Сузанной из-за этого и расстались. Она сейчас замужем, и у нее уже есть ребенок.

— Прости. — Клео почувствовала себя неловко. Зачем-то начала копаться в чужой жизни. — Зря я это…

Он лениво усмехнулся.

— Да ничего. Такие вопросы обычно задают, когда хотят узнать, свободен ли парень. Что ж, я свободен. А как насчет вас? Есть в вашей жизни кто-то особенный?

Вот он, подумала Клео, — тот, кого она искала, ее идеальный муж: ровесник, ну, может, на пару лет моложе; отлично выглядит и наверняка неплох в постели. Любитель легкой жизни, без сомнения и он не отказался бы от жены, появляющейся не чаще раза в две недели. Жаль только, что Клео такой муж уже не казался идеальным.

— Кажется, я тоже задаю слишком личные вопросы, — сказал он. — Простите.

— Да нет, не слишком личные. — Клео попыталась выбросить Тома из головы. Не вышло. — Да, есть один человек.

— Я так и думал. Такой блеск в глазах бывает у женщин либо когда они влюблены, либо если у них лихорадка. Я рад, что вы здоровы.

— Да, здорова, — сказала Клео. — Просто понемногу схожу с ума. Что ж, начнем.

— Я готов.

Клео велела ему опереться на дерево и начала снимать снизу. Так он выглядел крупнее и намного сексуальнее на фоне массивного дерева. Раньше она непременно отреагировала бы на эту позу, но сейчас внутри было тихо, словно она фотографирует стог сена.

— У тебя красивое тело, — сказала она тоном врача, ставящего диагноз.

— Спасибо.

Клео проклинала себя. Ей нужно во что бы то ни стало настроиться на работу, у нее не так уж много времени.

— Скажи мне, что больше всего тебе нравится в женском теле? Сделай это как можно сексуальнее, мы должны вложить в этот снимок немного страсти.

— Ну, я бы сказал, что больше всего люблю грудь. Я люблю касаться ее, держать, целовать, особенно если и самой женщине это нравится. — Глаза у него затуманились желанием. — И сосок — как он затвердевает, когда я провожу по нему языком.

Клео пользовалась моментом и делала снимки один за другим, но чувствовала, что потеряла чутье, интуицию, которая раньше сама двигала ее пальцами. Хоть Джек уже настроился на нужный лад, сама она ничего не могла с собой поделать — он совсем не волновал ее, потому что… потому что это был не Том. Эта мысль вдруг озарила ее с такой ясностью, что Клео едва не выронила фотоаппарат из рук. Случилось то, чего она больше всего боялась, — она потеряла дар создавать снимки, которые сделали ее знаменитой, и никогда не сможет вернуть его назад.