Клиника любви - Мария Воронова

С Ильей она была любезна, с Митей вела себя еще нежнее и ласковее, чем обычно. Наташу веселило, что оба воспринимают ее знаки внимания как свидетельства любви.

С Ильей все было понятно, но почему она вдруг охладела к Мите? Когда это произошло? Когда он отказался ей помочь со сломанной машиной? Когда не поздравил с Восьмым марта? Странно, но теперь она и не вспоминала эти обиды, а ведь раньше они казались ей едва ли не смертельными.

Митя только приехал с работы, как позвонил Илья.

— Ты не хочешь выпить со мной чашку кофе?

Прижимая мобильник к уху плечом, Наташа готовила Мите салат. Черт, ну почему она не нейрохирург, как он? Сказала бы сейчас: «Ой, вызывают в клинику!» — и помчалась бы на свидание. Но не скажешь ведь, что в агентстве срочная фотосессия.

— Так что? — настаивал Илья. — Я заеду за тобой?

С телефонной трубкой она вышла из кухни якобы за салфетками. По Илье она не скучала, но почему бы и не посидеть в кафе перед сном? Мите она пока еще не жена, так что имеет полное право ходить куда вздумается и с кем вздумается. К тому же ситуация приятно щекотала нервы.

— Заезжай. Я выйду минут через двадцать.

На кухне Митя поглощал котлету с пюре. Она быстро переоделась в комнате: черные брючки и блузка цвета бордо — универсальный наряд, он будет уместен где угодно. Волосы Наташа оставила распущенными, лишь возле ушей прихватила их заколками со стразами.

— Ты что, уходишь?

— Да, меня попросили подъехать в агентство, — не моргнув глазом соврала она. — Менеджер завтра с утра отправляет мои фото заказчику, и нужно, чтобы я помогла ей отобрать самые подходящие.

Это была откровенная чушь, но, когда обманываешь мужчину, главное не то, чтобы ложь была убедительной, а то, хочет он верить тебе или нет.

Митя, судя по всему, хотел.

— Ну ладно. Мне съездить с тобой?

Этого только не хватало!

— Да я на часик всего-то и отъеду! К тому же меня подберет Лариса, она тоже едет в агентство, а ты ее знаешь: начнет соблазнять тебя, а потом жаловаться на жизнь. Тебе это надо?

Митя налил себе чаю.

— Да уж! С ней у меня нет ни малейшей охоты видеться. Помню, когда ты познакомила нас, она просила меня «подсказать какое-нибудь средство от депрессии».

— Ну и что, подсказал?

Вместо ответа Митя махнул рукой. Он был ужасным медицинским нигилистом и, прекрасно ориентируясь в современных лекарствах, для себя лично при любом недомогании признавал только один препарат, продающийся отнюдь не в аптеках. На Наташу это тоже распространялось: если она начинала жаловаться Мите на плохое самочувствие, то получала один из двух советов — «принять стопарь» или «растереть ноги». Что касается депрессии, которой была подвержена и сама Наташа, и все ее подруги-манекенщицы, то Митя ее за недуг не считал. Стоило Наташе заикнуться о своем подавленном состоянии, он тут же наставительно произносил: «Распущенность и неумение держать себя в руках, ничего больше. Ты просто слишком много думаешь о себе! Займись делом, и депрессии как не бывало». Может, он был прав, но легче от его нотаций Наташе не становилось.

Она послала ему воздушный, чтобы не нарушить макияж, поцелуй и, обещав вернуться через час-полтора, убежала.

— Куда поедем? — спросила она, садясь в машину Ильи.

— Хотел пригласить тебя ко мне.

— Но уже поздно…

— А по-моему, самое время. Останешься до утра. — Он наклонился, чтобы ласково приобнять ее.

— Нет, Илья, это совершенно невозможно! У меня дома сын один.

— Тогда поднимемся к тебе.

— Ты, кажется, звал меня кофе пить? — засмеялась Наташа. — А у меня дома нет кофе.

— Сейчас купим. Кофе, сливки, кофеварку — все, что угодно.

— Не нужно…

Илья убрал руку, раздраженно включил зажигание, но трогаться не спешил.

— Так куда мы едем? — спросил он. — Решай тогда сама.

«Наверное, он вообще не влюблен в меня, — грустно подумала Наташа. — Просто в его кругу принято встречаться с красивой, но не слишком самостоятельной женщиной. А после нескольких встреч ложиться с ней в постель. Будь он влюблен по-настоящему, разве смогла бы я удержать его?»

— Давай заедем в «Идеальную чашку», как студенты? Посидим немного, и по домам.

Илья хмыкнул и достал мобильный. Повертел его в руках, раздумывая, наверное, не позвонить ли другой, более сговорчивой, девушке.

— Ладно, поедем в твою «Чашку».

Тут пассажирская дверца машины резко распахнулась. Илья моментально выхватил ключи из замка зажигания, а Наташа хотела потянуть дверцу на себя, но обнаружила, что ее открыл не грабитель, а Дмитрий Дмитриевич Миллер, ее жених.

— А где Лариса? — ледяным тоном поинтересовался он. — Немедленно вылезай — и домой.

Заметно испугавшийся Илья сообразил, что никто не посягает на его имущество, и слегка воспрянул духом.

— В чем, собственно, дело?

— Это я хотел бы узнать: что моя жена делает у тебя в машине?

— Я тебе не жена!

— Немедленно домой!

Наташа растерялась. Раньше ей не приходилось бывать в подобных ситуациях, и она не знала, как себя вести. А что дальше будут делать соперники? Неужели драться? Почему-то ей вдруг стало весело.

Она немного подумала, вышла из машины, повернулась к Илье и пообещала:

— Я тебе потом все объясню. Извини, — и захлопнула дверцу.

Машина сорвалась с места, и шум колес по асфальту прозвучал как вздох облегчения.

Митя крепко схватил ее за локоть и потащил домой, хоть она и не сопротивлялась. Как странно! Насколько Наташа знала своего жениха, в такой ситуации он должен был не устраивать скандал, а гордо удалиться, не проронив ни слова.

Из-за Петьки выяснять отношения стали на лестнице: поднялись на один пролет и уселись на подоконник. В юности Наташа часто сиживала на подоконниках с кавалерами. Ведь не было тогда ни молодежных кафе, ни ночных клубов, был, правда, кинематограф, но деньги на него находились далеко не всегда. Поэтому самые захватывающие любовные признания и самые сладкие поцелуи в Наташиной жизни происходили на лестницах. Теперь круг замкнулся. Она снова сидит на подоконнике, но Митя не собирается ее целовать. Сейчас он скажет ей все, что думает, и уйдет навсегда. Он даже не выслушает ее оправданий…

Но пока Митя молчал и курил. Наташа тоже не спешила с объяснениями.

— Ты хочешь остаться со мной? — наконец спросил он. — Или уйдешь к нему?

— С тобой, Митя.

— Ну ладно.

И вдруг он обнял Наташу и поцеловал! Вот уж этого она никак не ожидала.

— Петька скоро уляжется? — Митя с трудом оторвался от ее губ.