Жемчужина любви - Эллен Сандерс

– Господи… Оливье, это и в самом деле ты? – Катрин театрально потерла глаза, но тут же пожалела об этом, вспомнив о туши.

Оливье Лоран расплылся в белозубой улыбке.

– Я так рада, что ты вернулся. – Катрин бросилась ему на шею и впилась жадными губами в его улыбающиеся губы.

Оливье деликатно отстранил импульсивную Катрин и, откашлявшись, спросил о Крюшо.

– Неужели этот старый клоун заботит тебя больше, чем я? – обиженно надув губы, спросила Катрин.

– Насколько я помню, этот старый клоун, как ты выразилась, готов был носить тебя на руках.

– А я всегда мечтала, чтобы на руках меня носил ты. – Катрин вызывающе посмотрела на Оливье. – Однако ты почему-то предпочел другую… Может быть, тебя возбуждают женщины… хм, определенного типа? Мне что, сломать ногу и прыгать по больнице на костылях, чтобы зажечь огонек в твоих глазах?

Оливье поморщился, словно его заставили проглотить лимон.

– Катрин, я не успел приехать после полугодового отсутствия, а ты уже торопишься поссориться со мной.

– Извини. Я и в самом деле страшно рада тебя снова видеть. Почему ты не предупредил о своем приезде?

– Вообще-то я приехал в Париж только для того, чтобы уладить дела с квартирой. Я неплохо устроился в Гренобле.

– Уже завел себе подружку? – развязно спросила Катрин, подмигнув ему.

– Ты ведь знаешь, я не любитель случайных связей и непродолжительных романов, – сдержанно ответил Оливье.

Катрин вскинула брови. Пожалуй, слишком высоко даже для той степени удивления, которую вызвало у нее заявление несостоявшегося любовника.

– Хочешь, чтобы я поверила, будто молодой, здоровый, чертовски привлекательный мужчина полгода обходился без женщины?

Оливье рассмеялся.

– Спасибо за комплименты, конечно. Однако, признаться, я был так завален работой в клинике, что даже не думал о… о всяких глупостях, – закончил он с улыбкой.

– Признайся лучше, что тебе не давали покою мысли о Колетт Вернон. И что вы все в ней нашли?!

Оливье оставил ее реплику без ответа.

– А как ты?

Катрин пожала плечами и грустно сказала:

– По-прежнему… одинока и несчастна.

– Не преувеличивай. У тебя уйма поклонников. Взять хотя бы нашего Крюшо.

– Ах, Оливье, даже он предал меня! – Катрин театрально вздохнула.

– Не может быть.

– Может. Он теперь обхаживает эту дурочку Франсуазу из рентгеновского кабинета. Неужели он не замечает, что она старая сварливая карга с бородавкой на носу?!

– Катрин, ты злишься и бесишься, потому что тебя променяли на другую? – усмехнулся Оливье.

– Вот еще! Стала бы я переживать из-за какого-то Крюшо. Они с Франсуазой составят отличную парочку. Вот уж мы посмеемся на их свадьбе. Коротышка и пожарная каланча!

– Боюсь, тебе будет не до смеха на их свадьбе, – уколол ее Оливье. – Впрочем, не сомневаюсь, что твое приглашение «затеряется» по дороге.

– Что ты имеешь в виду? Что меня даже не позовут поздравить новобрачных?! – возмущенно воскликнула Катрин, топнув ножкой.

Оливье протестующе замахал руками.

– Все. Я больше не скажу ни слова. Иначе мы и впрямь подеремся. Скажи только, где я могу найти Крюшо?

– Где же еще? – презрительно хмыкнула Катрин. – В рентгеновском кабинете. У разлюбезной Франсуазы.

– Спасибо.

– Оливье… – робко позвала Катрин.

– Что-то еще?

Она подняла на него неуверенный взгляд, словно собиралась сообщить что-то жизненно важное, но… но, так и не решившись на откровенность, выпалила первую пришедшую на ум дерзость. В конце концов, это было в ее стиле. Разве кто-нибудь, хоть один человек в госпитале Мирабо видел в ней нежную, ранимую молодую женщину, мечтавшую о своем единственном? Нет, все предпочитали замечать только внешнюю мишуру. Блестящая, яркая обертка успешно скрывала панцирь, защищавший трепетное сердце, жаждавшее любви и понимания.

– Передай Крюшо, чтобы он не забывал надевать на себя свинцовый фартук в рентген-кабинете. Излучение пагубно влияет на мужскую потенцию. Не хотелось бы видеть бедняжку Франсуазу неудовлетворенной. Она и так не королевна.

– Я передам, – сухо ответил Оливье и зашагал прочь от Катрин, которая готова была провалиться сквозь землю от собственной глупости.

Ну почему она не сказала Оливье о том, как скучала по нему все эти месяцы, о том, как любит его?! Только вчера она видела его во сне. Сегодня же он появился в клинике – и первым человеком, с которым он встретился, вернувшись в Париж, была она. Может быть, это судьба?

Нет, Катрин, не будь наивной мечтательницей, сказала она себе. Оливье наплевать на тебя. Он никогда не видел в тебе женщины. То, что вы сегодня столкнулись в коридоре, – чистой воды случайность. Наверняка Оливье приехал в больницу, чтобы разузнать у Крюшо о Колетт. Когда коллега расскажет об успехах бывшей пациентки и о том, что она несколько раз интересовалась, нет ли от него новостей, Оливье тут же кинется в ее объятия.

От досады и ревности Катрин закусила нижнюю губу. Дурацкая привычка, унаследованная от матери.

– Оливье, дружище! – Анри Крюшо подскочил к ошеломленному столь пламенным приемом Оливье и обнял его. – Как поживает ведущий хирург Гренобля?

– Привет. – Оливье похлопал Анри по спине.

– Франсуаза, очень приятно…