Жемчужина любви - Эллен Сандерс

– Врачи уверяют, что скоро я снова смогу ходить, – нарочито бодрым голосом продолжила Колетт. – За два месяца я добилась больших успехов. Скоро уже смогу гулять по улицам с палочкой.

– Боже… Колетт, я так… ну… я все равно тебе завтра позвоню, ладно? Прости, я опаздываю.

– Да, хорошо.

– Еще раз с днем рождения… – Луи смотрел на Колетт и не знал, что еще должен сказать и должен ли вообще что-то говорить.

– Спасибо.

Неловкая пауза.

– Я… я очень рад, что… что мы встретились с тобой…

– Я тоже.

Снова пауза.

– Я… позвоню завтра.

– Договорились.

– В шесть?

– Отлично. – Колетт грустно улыбнулась и с иронией добавила: – Я как раз буду дома.

– Хорошо. – Луи тяжело вздохнул.

– Пока.

– Дамы, очень рад был с вами познакомиться. Не обижайте мою любимую Колетт.

Луи поднялся из-за столика, и через минуту о нем напоминал только пустой стул.

По щекам Колетт медленно поползли слезы.

– Не переживай. – Мадлен протянула Колетт бумажную салфетку.

– Вы видели лицо Луи, когда он понял, что я инвалид?

– По-моему, твой Луи чудо, – заметила Натали и покраснела. – Конечно, он был немного… мм, озадачен…

– Озадачен?! – воскликнула Колетт. – Давай называть вещи своими именами. Луи был в шоке.

– Колетт, он просто не ожидал…

– Не ожидают визита гостей или письма от старого друга. Луи же просто сбежал. Он испугался. Испугался собственной жалости ко мне.

– Ничего подобного! – возразила Натали. – Луи действительно торопился. Я видела, как он несколько раз украдкой посматривал на часы. – Она лгала, понимая, что ее маленькая ложь сейчас куда важнее горькой правды.

– Он не позвонит.

– А я думаю, что позвонит. Он ведь обещал.

– Зачем я ему?

– Колетт, прекрати. Ты ведь не всю жизнь будешь сидеть в этом кресле.

– А вдруг…

– Да уж, – вздохнула Мадлен. – Не думала, что ты превратишься в такую пессимистку. Я тебя не узнаю.

– Вы видели его растерянный взгляд? – задумчиво, погрузившись в себя, спросила Колетт, словно не слышала слов подруг.

– Он растерялся, – попыталась защитить его Натали. – Любой человек на его месте выглядел бы так же. Только представь: он случайно встречает в кафе любовь своей юности… у тебя ко всему прочему день рождения… Положительные эмоции, радость, веселье… Он был не готов к известию… А ты, между прочим, могла сообщить о своей временной неподвижности как-нибудь помягче… – Натали подчеркнула интонацией слово «временной».

– Теперь я точно останусь для Луи в прошлом. Жаль только, что испортила его светлые воспоминания о молодости.

– Вы с ним встречались? – робко спросила Натали.

Колетт покачала головой.

– Нет. Даже не знаю почему. Мне всегда казалось, что Луи слишком хорош для меня. За ним бегали все девчонки.

– Но он ведь ухаживал за тобой?

– Я думала, что его просто бесила моя неприступность. Знаете, трудные победы повышают самооценку. Что-то вроде того.

– А мне кажется, что Луи до сих пор тебя любит, – сказала Натали.

– Он любит свою мечту. Как и все мы. Стоит ей исполниться, как она лишится своей прелести. Впрочем, теперь нет смысла об этом говорить. В этой коляске я мало похожа на женщину, о которой может грезить мужчина.

– Так мы будем есть торт или нет? – решительно ушла от неприятной темы разговора Мадлен. – Вы еще не забыли, зачем мы здесь собрались?

Колетт растянула губы в улыбке.

– Мужчины всегда умудряются сбить нас с толку. Только подумайте: пришел Луи – и мы мигом забыли о торте.

Подруги поддержали именинницу дружным смехом. Каждая из них играла доставшуюся на сегодня роль. Колетт – счастливая именинница. Натали – убежденная феминистка, на которую Луи не произвел ни малейшего впечатления. А Мадлен? Мадлен делала вид, что не сожалеет о том, что рядом с ней сейчас нет обожаемого ею Жерома.

А все вместе подруги старались не вспоминать о болезни Колетт. Сегодня они не отправятся по стародавней традиции в «Олимпио» танцевать, потому… потому что им наскучили однообразные современные ритмы! И точка.

В одном Колетт оказалась права: Луи и в самом деле не позвонил ей…

Он пришел на следующий день. С цветами, фруктами и шампанским.

– Привет. Я решил отметить твой день рождения еще раз. Вчера я сплоховал… – Он протянул Колетт небольшой плоский сверток.

– Спасибо. Проходи.

Пока Луи осматривался, Колетт развернула шуршащую серебристую бумагу с сердечками.

– Это диск с новым мюзиклом «Ромео и Джульетта», – пояснил Луи. – Надеюсь, тебе понравится.

– Почти уверена, – с довольной улыбкой отозвалась Колетт и неуверенно прислонилась к дверному косяку. – Ты остался тем же романтиком, каким и был.

Только сейчас Луи заметил, что она стоит на ногах, а не сидит в инвалидном кресле. То, что мгновение назад казалось ему вполне обычным, вдруг предстало как чудо исцеления.

– Проходи в гостиную. – Колетт сделала приглашающий жест. – Я подойду чуть позже. Ползаю со скоростью черепахи.

– Но ведь это же превосходно! Дай я тебя обниму!

И Луи сжал миниатюрную Колетт в объятиях.

– Я тебе помогу. – Он подхватил ее на руки. – Куда идти?

– Прямо. – Колетт беззаботно рассмеялась. Стоило попасть в аварию – как мужчины наперебой начали носить ее на руках. Ей начинало нравиться ощущать себя слабой и беззащитной.

Луи откупорил шампанское. Затем спросил у Колетт, где стоят фужеры, сходил за ними и разлил игристое вино.

– За нашу встречу!

– Случайную, как и вся наша жизнь, – философски проронила Колетт.

– Ты сказала, что после аварии рассталась со своим парнем. – Луи был как всегда прямолинеен.

Колетт кивнула.

– Он… он испугался ответственности?

– Нет, напротив. Жан-Пьер настаивал, чтобы я вышла за него замуж, несмотря на…

Луи понимающе кивнул, избавив ее от необходимости лишний раз вспоминать о своей болезни. Ах, Луи, Луи… Верный, все понимающий, тактичный и деликатный Луи Ларсен, подумала Колетт. Почему же ты не появился в моей жизни раньше… до того момента, пока я не встретила и не влюбилась в Оливье?

– Значит, ты уже несколько месяцев одна?

Колетт снова кивнула, решив не посвящать старого друга в перипетии своей личной жизни.