Нечаянная любовь - Хелен Брукс

– Не надо так волноваться, – с раздражением пробормотал Димитриос, помогая ей сесть обратно в кресло. – Вы ведете слишком активный образ жизни.

Рия в изнеможении закрыла глаза, думая только о том, как бы не расплакаться. В одном она была уверена: он не видел Поппи даже на фотографии. Они одного возраста и примерно одного роста, но в остальном – небо и земля. У Поппи копна вьющихся рыжих волос и живые карие глаза, а Рия, по мнению окружающих, олицетворяет собой холодную английскую красоту. Ну-ну, злорадно подумала она. Хотела бы я посмотреть на тебя в Греции, когда ты поймешь, что ошибся адресом. Ты вполне это заслужил, самовлюбленный тип!

Головокружение прошло, и она осторожно открыла глаза. Он сидел на корточках возле кресла и, склонившись над ней, внимательно рассматривал ее лицо. Как только она открыла глаза, он выпрямился, продолжая с нескрываемым удивлением смотреть на нее. На загорелой щеке подергивался мускул.

– Сидите спокойно, – коротко приказал он и вышел в малюсенькую кухню, где начал бесцеремонно копаться в шкафах.

– Чувствуйте себя как дома! – язвительно крикнула она, хотя и не так резко, как хотелось.

Неожиданно для нее он поставил перед ней чашку свежезаваренного чая. – Вот вам ваша британская панацея от всех бед, – сказал он, и Рия машинально взяла чашку. – Вам не по себе, я это вижу, хотя и не понимаю, почему. – Он пожал плечами. – Сожалею. Дело в том, что у меня два билета на самолет – вылет сегодня после обеда. И вы полетите со мной в Грецию, даже если мне придется нести вас на руках до самого трапа.

– Никуда я не полечу, – безучастно возразила Рия, с удовольствием потягивая горячий сладкий чай и пытаясь привести мысли в порядок.

– Речь идет вовсе не о приглашении.

– А о приказе, вы хотите сказать? Вы любите отдавать приказы? Если вы думаете, что удастся меня запугать, то очень ошибаетесь, – отважно заявила Рия. И останетесь в дураках, мысленно добавила она, с вызовом глядя в его непроницаемое лицо.

Он усмехнулся так, что кровь застыла у нее в жилах.

– Вот, возьмите. – Он протянул ей две белые таблетки.

Рия отдернула руку, словно обожглась.

– Что это? – Глаза у нее в ужасе расширились. – Откуда у вас это? Что вы собираетесь со мной делать?

Он вздохнул, с трудом сдерживая раздражение.

– О чем вы думаете, глупая девчонка? Это аспирин из шкафчика на кухне. Я проворачиваю много разных сделок, но можете быть уверены, что наркотики и работорговля не входят в сферу моих интересов. Он поднял с ковра таблетки и, с презрением взглянув на нее, принес из кухни упаковку, держа ее двумя пальцами в вытянутой руке.

– Угощайтесь, но только зарубите себе на носу, что вы полетите со мной, чего бы это ни стоило.

От его низкого голоса по коже у нее побежали мурашки. Она многое бы отдала, чтобы больше никогда не видеть этого ужасного грека! Его мужественность действовала на нее самым странным образом, и, вероятно, дело не просто в усталости.

Резко зазвонил телефон, и она чуть не подскочила от неожиданности, но все же успела снять трубку прежде, чем Димитриос дотянулся до аппарата. Поднося ее к уху, посмотрела на часы. Семь? Подруги не имели обыкновения звонить ей в такую рань.

– Рия? Слава Богу, ты дома! Я считала минуты до твоего возвращения, быстро говорила Поппи, еле сдерживая рыдания. – Я попала в страшный переплет, выручай!

Всем своим существом ощущая присутствие огромного смуглого мужчины, не сводившего с нее тяжелого взгляда, Рия заставила себя говорить как ни в чем не бывало.

– Привет, Сара, только ты можешь звонить в такую рань. Что, срочно вызывают? – скороговоркой бормотала она, отворачиваясь от его безжалостного взгляда, казалось проникавшего в ее мысли.

– Кто у тебя, Рия? – в ужасе прошептала Поппи, и перед глазами Рии вдруг встала картинка из прошлого.

Две маленькие девочки, заигравшись, не заметили, как оказались на скользких после неожиданной летней грозы шлюзовых воротах над каналом. Одна поскользнулась и неминуемо свалилась бы вниз, но вторая поймала ее за руки. Если бы не ее упорство, то Рия наверняка бы погибла в темной воде. Тогда в голосе Поппи было столько же ужаса, как и сейчас, но она держала и держала ее до тех пор, пока не подоспела помощь. А сегодня Рия ни за что не отдаст свою кузину на растерзание этим жестоким южанам!

– Извини, Сара, мне трудно говорить. Я не очень хорошо себя чувствую.

Как бы Поппи ни поступила с племянником этого грека, то, чего он сейчас требует, не имеет никакого оправдания. Какая-то средневековая дикость.

– Что происходит? – едва слышно прошептала Поппи.

– Да, конечно, скоро увидимся. Мне пора. Тут из Греции приехал дядя Никоса, представляешь?

Короткие гудки на другом конце провода ясно дали ей понять, что Поппи очень хорошо это себе представила.

– Пока, позвони позже.

Димитриос пристроился на стуле и не сводил с нее равнодушного взгляда. Положив трубку, Рия повернулась к нему.

– О'кей? – спросил он, и Рия, хотя и не поняла, к чему это было сказано, на всякий случай кивнула.

Пока она разговаривала, он снял галстук и расстегнул несколько пуговиц на рубашке – из ворота показались курчавые черные волосы. Какое-то странное возбуждение вдруг овладело Рией, и она судорожно сглотнула.

– Это Сара, – прошептала она невпопад, и он едва заметно кивнул, рассматривая ее холодными, ничего не выражающими глазами.

– Ровно через пять часов мы отправляемся в аэропорт, – сухо сказал он. – Не теряйте времени зря. Если вам нужен врач, я вам помогу. Если нет, то приведите в порядок свои дела, чтобы уехать на некоторое время. – Все это очень странно, – с тревогой в голосе начала она. – У меня работа, квартира. Неужели вы думаете, что я…

– Думаю, думаю. – Димитриос жестко смотрел на нее, и на скулах у него выступили желваки. – Хоть раз в жизни вы сделаете то, что вам говорят.

– Да кто вы такой, чтобы мне приказывать? – бессильно возмутилась она.

Он самодовольно ухмыльнулся.

– Я уже вам говорил, кто я такой. А кто вы, я и так знаю. – Она вздохнула в отчаянии, и он продолжал: – Вы манекенщица, верно? Никое говорил, что вы высоко котируетесь, – пренебрежительно произнес он. – Для вас не в новинку собраться за несколько часов и отправиться на край света. Даже если и не так, меня это не интересует. А вот моя сестра меня очень интересует. И я намерен сделать все, чтобы она была спокойна. Вы будете играть влюбленную невесту моего племянника столько, сколько понадобится.

У нее было чувство, что она может биться головой о стену и все равно ничего не докажет.

– Вы все перепутали.

Он приподнял черную бровь.