За гранью - Светлана Литовкина

Я ничего не поняла из сказанного. Он куда-то нес меня. Перед глазами мелькали стены, потолки и двери. Сначала все было белым, холодные отблески света ламп отражались от кафеля. Потом интерьер изменился в сторону более теплых красок. Стены стали светло — коричневыми, бежевыми, где-то бирюзовыми.

Я зажмурилась. Цветной калейдоскоп раздражал. Хотелось чего-то более спокойного, серого, без всей этой радуги. Уставший разум настойчиво требовал покоя после пережитого недавно шока.

Наше путешествие по коридорам длилось не более трех минут, но в тот момент оно показалось мне нескончаемым. Я чувствовала, что проваливаюсь в сон. Сил не осталось совсем, даже на то, чтобы бояться. Мне нужно было отдохнуть.

Я почувствовала, как он опускает меня на что-то мягкое и невольно встрепенулась, открыв глаза.

— Не беспокойся, — тихо произнес он, убирая руки. — Спи. Набирайся сил.

Я закрыла глаза, соглашаясь. Звуки шагов стали отдаляться, делаясь все тише, пока, наконец, не смолкли совсем. Свет, видимый даже через закрытые веки, погас, и мир вокруг погрузился во тьму. Мне было тепло, мягко и спокойно. Я невольно улыбнулась. Хотя, может быть, мне это только показалось, и мои губы не дрогнули. Не знаю. Потом, все мысли, страхи и вопросы. Все потом.

Глава 2

Неизвестно, сколько времени я проспала. Несколько часов, или несколько дней. Я не шевелилась, просто лежала с закрытыми глазами и наслаждалась ощущением тепла на коже.

Лампы не горели, было все так же темно и тихо.

Я попробовала пошевелить рукой, и мне это с трудом, но удалось. Пальцы дрогнули, словно привыкая к ощущениям, потом медленно сжались в кулак. Приятное чувство, когда твое тело снова начинает подчиняться командам мозга. Непередаваемое. Вторая рука тоже двигалась.

Вчера у меня получилось открыть глаза. Я попробовала снова. Налитые свинцом веки медленно распахнулись. Темно. Откуда-то виден свет, возможно из окна. Я не знала. Повернуть голову и осмотреться, пока, к сожалению, не получалось. Нужно довольствоваться тем, что есть.

Я скосила глаза влево, пытаясь разглядеть помещение, в котором находилась. Зрение, привычное к темноте легко выделяло предметы в полумраке. Нужно заметить справедливости ради — странные предметы. Я решила пользоваться привычными сравнениями. Справа находился шкаф. Или что-то вроде того. Высокий, под самый потолок. Зеркальные двери. Я внутренне хмыкнула. Зеркало. С ним же хлопот не оберешься! Или это было сделано для экономии места? Чтобы, как говорится, и трюмо и шкаф были в одном флаконе?

Переведя взгляд еще правее, я заметила стол, со стоящим на нем компьютером. Ну, хотя бы что-то привычное и хорошо знакомое! Кроме монитора и клавиатуры, на столе больше ничего не было. Странно.

— А разве должно быть еще что-то? — мелькнула мысль.

Почему-то мне казалось, что такие столы всегда завалены всякой всячиной, вроде блокнотов, ручек, журналов и оберток от конфет. По крайней мере, в тот момент я свято верила, что это так.

Я перевела взгляд вверх. Потолок. Самый обычный. Судя по всему, банального белого цвета. В полумраке трудно было разобрать.

Занятая рассматриванием помещения, я не заметила, как тот же самый человек тихо вошел в комнату и остановился возле меня. Я увлеклась так, что даже не услышала приближающиеся шаги. Он включил освещение. Свет был неяркий, но, тем не менее, заставил меня вздрогнуть и поморщиться. Глазам было некомфортно.

— Доброе утро. Проснулась? — спросил человек, внимательно глядя на меня, словно пытаясь рассмотреть что-то одному ему видимое.

Захотелось ответить на его приветствие. Довольно дружелюбное поведение не могло оставить меня равнодушной. Я еще не помнила, кто я, но судя по всему, личность я страшно болтливая. Я попыталась разжать губы.

— До-б-ро-е… ут-ро… — мой голос напоминал шипение проколотой шины, но, тем не менее, способность говорить определенно радовала.

— О! — произнес он. — Ты делаешь поразительные успехи! Не пройдет и недели, тело восстановится полностью.

Я слабо улыбнулась. По крайней мере, постаралась сделать это, изо всех сил надеясь, что моя улыбка не напоминала сейчас оскал и перекошенную гримасу. Человек тихо засмеялся. Видимо, все же напоминала… Да и ладно! Лиха беда начало! Я все вспомню и всему научусь.

— Как тебя зовут? — поинтересовался он, садясь рядом с кроватью на стул и подкладывая мне под голову подушку.

— Я…

— Да. Твое имя.

— Я… не… помню…

Он нахмурился и задумчиво закусил губу. Что-то опять не так? Мне не хотелось огорчать его, но я в самом деле не знала, кто я и откуда.

— Попробуй вспомнить, — попросил он, напряженно вглядываясь в мое лицо. — Ты сможешь. Постарайся.

— Нет…

— Нет? — удивился он. — Но почему? Тебе этого не хочется?

Я отвела глаза в сторону, силясь собраться с мыслями, которые вдруг все бросились врассыпную. Нужно объяснить ему. Говорить пока еще тяжело, каждое слово требует неимоверных усилий, но придется это сделать.

— Я… пробовала…долго… — прошипела я. Ему пришлось слегка наклониться ко мне, чтобы расслышать мой тихий шепот. — Не… получается… не знаю… имя…

— Пробовала? Долго? — напряженно спросил он, словно желая подтвердить какие-то свои догадки. — Когда? Ты же очнулась всего несколько часов назад!

Ну уж нет! Я должна все ему рассказать! Какое-то неугомонное мстительно чувство не давало покоя. Еще слишком свежи были воспоминания о холоде в той камере, куда он хотел меня поместить! Пусть знает, что чуть не отправил меня к праотцам!

— Нет…

— Нет?

— Я… очнулась… давно…

Он судорожно вздохнул и замер, глядя на меня.

— Не… могла… сказать… пошевелиться…

Он резко выдохнул.

— Черт! — прошипел он и отвернулся.

Некоторое время стояла мертвая тишина. Он о чем-то думал. Я же лежала, наблюдая за ним. Вопросы толпились в голове, путались, сбиваясь в кучу и настойчиво требовали выхода. Придется немного подождать. Говорить было еще трудно, после нескольких произнесенных слов горло саднило, словно от простуды. Наконец, он оторвался от своих размышлений и снова повернулся в мою сторону.

— Ты хочешь есть? — поинтересовался он.

— Есть… — я задумалась, пытаясь осознать это слово.

Он ждал ответа, не сводя с меня глаз, выражение которых было невозможно прочитать.

— Пить… — желание пришло само собой, словно вынырнув из глубины подсознания. — Хочу пить…

— Хорошо! — он кивнул, снова поднял меня на руки и куда-то понес.

Я хотела снова закрыть глаза, вспомнив, как вчера меня раздражали радужные стены в коридорах. Ничего подобного не произошло. Все было сделано в приглушенных теплых тонах, которые теперь радовали глаз. Странно. Видимо, в прошлый раз я была немного не в себе.

Мы оказались в небольшом помещении. Он усадил меня в мягкое кресло, удостоверился в том, что я