Неподдающийся - Лилия Орланд

И в этот раз он практически не солгал. Последние полгода его популярность вдруг резко начала расти, а поклонницы стали узнавать на улице и приглашать на чашечку кофе. Но старомодная жена не желала понимать необходимость близкого общения с целевой аудиторией. Устраивала скандалы после двухдневных отлучек, когда он являлся перепачканный помадой и с запахом женских духов на одежде.

Разумеется, в такой атмосфере тотального недоверия и контроля жить творческой натуре стало просто невозможно. К тому же, Вера подала на развод. Она знала, что на ребёнка Алексей не покусится, ему ни к чему была лишняя обуза. Но он всё равно сделал гадость перед уходом — объяснил девочке, что в распаде семьи виновата исключительно её мама. И конечно же, он просто жаждет забрать дочь с собой, но Вера не позволяет.

Надо ли говорить, что маленькая Светка делала всё возможное, чтобы мама наконец отказалась от неё и отпустила жить к папе? Пока Вера однажды от отчаяния и бессилия не расплакалась прямо перед ней.

Удивлённая Света тогда узнала, что горячо любимый папочка к тому времени успел обзавестись новой женой, тоже актрисой, и новой дочерью. А ей не звонил вовсе не потому, что Вера не позволяла, просто у него не было ни времени, ни желания оглядываться назад.

Впрочем, вскоре вторую семью постигла участь первой. Алексей вновь отправился в свободное плавание со своими поклонницами.

А Светка, несмотря ни на что, продолжала надеяться. Где-то в глубине души. Вот и сегодня, в день своего восемнадцатилетия, она надела подаренный отцом кулон. Вдруг папа всё же захочет её поздравить. Ему будет приятно увидеть…

В клубе было шумно и душно. Света пришла сюда с двумя однокурсницами — Соней и Элиной. Девчонки сразу же заказали бутылку шампанского, отметить новый статус подруги. Поскольку было жарко, напиток шёл на ура.

Танцевала Светка самозабвенно, стараясь оторваться по полной. Ведь остаток лета ей придётся провести с очкастым ботаном на лошадиной ферме. Брр, даже звучит жутко. Девушка тряхнула головой. Не стоит сейчас думать о печальном, ведь сегодня её день.

Рядом с ней нарисовался кудрявый толстяк.

— Привет! Как дела?! — прокричал он ей по-английски.

— Привет! — ответила ему Света, стараясь понять — иностранец или «тролль». Такие тут тоже встречались.

— Как тебя зовут? — спросил толстяк.

— Света, а тебя?

— Винс. Я тут недавно, приехал из США, может, покажешь мне город?

Не «тролль», просто лошара и так наивно её разводит. Но Светка была калачом тёртым, и сама могла развести кого угодно.

— Конечно, с радостью! — сообщила она толстяку. — Только давай сначала ещё шампанского закажем, а то очень пить хочется.

Света ухватила кавалера под локоток и на крейсерской скорости потащила в сторону бара. Раскрыв намерения алчной русской девицы поживиться за его счёт, Винс попытался сменить маршрут. Он слышал, что в это стране принято, чтобы мужчина всегда и везде платил за женщин. Но в этом клубе рассчитывал проверить другой слух — что русские женщины падки на иностранцев. И к материальному повороту событий был не готов.

Толстяк ещё раз попытался сменить курс, но Светка торпедой мчалась к бару. Он дёрнул руку, которую она удерживала почти спецназовским захватом и почти не заметила этой жалкой попытки освободиться. Тогда Винс дёрнул сильнее. Как раз в тот момент, когда девушка заметила его трепыхания и отпустила руку.

Толстяк полетел на пол и, даже не пытаясь подняться на ноги, споро пополз между танцующими.

— Уплыл твой поклонник, — констатировала подошедшая с новой бутылкой Элина.

— А счастье было так близко, — ухмыльнулась Соня, подставляя ей бокалы.

— За нас, — засмеялась Светка, поднимая свой, — за последних девственниц в этом клубе.

— Тихо-тихо, — зашикали на неё подруги.

Домой девушка возвращалась уже утром, когда первые трамваи неторопливо грохотали по рельсам, собирая сонных пассажиров. В одной руке она несла натершие ноги туфли на шпильках, в другой — сумочку с опустевшей кредиткой. Она была ещё изрядно навеселе. Настроение оставалось превосходным после прекрасно проведённой ночи в компании лучших подруг, громкой музыки и шампанского.

Света глубоко вдохнула свежий воздух, оставшийся после только что проехавшей мимо поливальной машины, и подумала, что всё не так уж и плохо складывается. Ну и подумаешь, мать отправляет к сыну своей подруги. Зато эта ферма находится на берегу моря. Да и сам ботан, насколько помнила девушка, весьма тихий и вежливый. Она из него навьёт верёвок и будет преспокойненько бегать на пляж, флиртовать с курортниками.

Ещё Светка решила, что в Анапе обязательно расстанется с невинностью. В её преклонном возрасте даже признаваться в подобном уже стыдно.

Она осторожно открыла дверь и зашла в квартиру. Прислушалась. Было тихо. Мама, наверное, ещё спит. Повинуясь мгновенному порыву, Светка прокралась к маминой спальне и скользнула внутрь.

Вера лежала спиной к двери, обняв подушку. Девушка скользнула под одеяло и прижалась к маме, крепко обняла. Уткнулась носом ей в шею, вдохнула родной запах.

— Ну как, нагулялась? — мама взяла её руку и прижала к своей груди.

— Я очень люблю тебя, мамочка, — прошептала Светка, проваливаясь в дрёму.

— Я тоже тебя люблю, алкоголичка, — Вера улыбнулась, — но от поездки в Анапу ты всё равно не отвертишься.

— И не буду, — сонно согласилась девушка, — вот только посплю немного и начну собирать вещи.

4

Игорь достал банку с сухим кормом и насыпал в миску. Тут же раздался цокот когтей по деревянной лестнице.

— Ну что, лентяй, раньше завтрака не встаёшь? — мужчина потрепал по холке крупного пса, в роду которого явно прослеживались питбули. Где-то очень далеко. Чак был длинноногим красавцем с лоснящейся черной шерстью, белым «галстуком» и кончиком хвоста. От породистых предков ему досталась очаровательная «улыбка». Он помахал хвостом, приветствуя хозяина, и направился к миске.

Чака притащил Колька около трёх лет назад. Это был жалкий грязный комочек, который беспрестанно дрожал и писался от страха. Тогда Игорь ещё только пытался наладить контакт с мальчиком, поэтому оставил у себя щенка и помог его выхаживать.

Ещё двоих колькиных подобрышей поселили уже на конюшне. Мальчик сам ухаживал за ними и воспитывал. С животными у него пока получалось легче находить общий язык, чем с людьми.

Игорь надел старые джинсы, вытянутую футболку и отправился на конюшню. Чак прошмыгнул мимо него и занялся своими собачьими делами.

Два конюха уже выводили лошадей в леваду. Вовчик работал здесь почти год, а его брат Влад пришёл в начале сезона. Оба