Опасный флирт - Нина Роуэн

– Но ведь должно же быть что-то, что вас заинтересует!

– А что еще вы можете предложить?

Несмотря на то что этот вопрос был совсем невинным, Лидия услышала в нем скрытый подтекст. Ее охватил жар, вызванный не нежностью, порожденной сердечными чувствами, а чем-то еще – чем-то на грани безумия, потери контроля над собой. Опасности.

Ее взор запылал.

«Медальон. Медальон».

—Видите ли… Я… Сейчас у меня нет нужной суммы, чтобы перекупить у вас медальон, – призналась Лидия. – Но недавно мне предложили работу, за которую обещали платить, так что я могла бы написать вам долговое обязательство в обмен на…

– Я не принимаю ни от кого долговых обязательств, – перебил ее виконт.

– Уверяю вас, милорд, я бы никогда…

– Ни от кого, мисс Келлауэй, – твердо повторил лорд Нортвуд.

Лидия выдохнула. Изобразить, что его слова вызвали у нее негодование, она не могла. Потому что сама никогда не поверила бы чьим-то долговым обязательствам. Почти двадцать восемь лет жизни хорошо научили ее этому.

– К тому же я бы ни за что не взял деньги, которые вы… заработали? – добавил Нортвуд.

В его словах прозвучал вопрос, но у Лидии не было ни малейшего желания отвечать на него. Если она скажет, что ей предложили место в редакционной коллегии математического журнала, виконт скорее всего посмеется над нею или… Погоди-ка!

– Лорд Нортвуд, насколько я поняла, вы возглавляете Общество покровительства искусствам, – вымолвила она. – Это так?

Виконт кивнул.

– Международную образовательную выставку, провести которую я предложил уже больше года назад, – уточнил он. – Она запланирована на июнь, так что подготовка в разгаре.

Международная выставка… Пальцы Лидии крепче сжали блокнот.

– А на этой выставке, случайно, не будет… математического раздела? – спросила она.

– Планируется устроить показ всевозможных математических инструментов, которые используют в разных частях мира, – ответил он.

– Понятно… – Лидия старалась не замечать огоньков страха, вспыхивающих в ее крови. Если он примет ее предложение, она сможет не появляться на людях. Всю работу можно будет выполнить еще до начала выставки. Так что, возможно, никто ничего не узнает, кроме лорда Нортвуда. – Лорд Нортвуд, в обмен на медальон я хочу предложить вам свою помощь в организации выставки, – проговорила она после долгой паузы.

– Прошу прощения?

– У меня талант к математике, и я уверена, что смогу быть весьма полезным консультантом, – выпалила Лидия.

– У вас талант к математике?!

Виконт смотрел на Лидию с таким видом, словно никогда не видел более странного существа. Правда, она с детства ловила на себе подобные неодобрительные взгляды, поэтому привыкла к ним. Однако сомнение в глазах Нортвуда неожиданно обеспокоило Лидию.

– Да, я понимаю, что это немного неожиданно, – сказала она, стараясь говорить беззаботным тоном, – но это факт. Большую часть жизни я занималась цифрами, придумывая способы доказательства полезных теорем. Так что я могла бы дать вам советы о пользе и ценности экспонатов в математическом разделе выставки.

– Но мы уже консультируемся с математиками и профессорами из математического подкомитета, – вымолвил виконт.

Сердце Лидии упало.

– О! – только и смогла воскликнуть она. Покусав нижнюю губу и пролистнув блокнот, Лидия произнесла: – А бухгалтерские книги? У вас есть человек, который помогает вам вести бухгалтерские книги?

– Нет, – покачал головой Нортвуд. – Даже если бы он и был мне нужен, я не позволил бы вам работать для того, чтобы заполучить медальон.

– И все же мне бы хотелось…

Не успела она договорить, как Нортвуд встал со стула с резвостью крокодила, выскакивающего из реки. В два шага преодолев расстояние между ними, он выхватил из рук Лидии блокнот. Она едва слышно вскрикнула. Нортвуд, хмурясь, стал листать блокнот.

– «Александр Холл, лорд Нортвуд, – начал он читать, – вернулся из Санкт-Петербурга два года назад после скандала». Что это такое?

По шее Лидии пополз жар.

– Милорд, приношу свои извинения, – пролепетала она. – Я вовсе не хотела вас обидеть…

– Слишком поздно извиняться, мисс Келлауэй, – оборвал он ее. – Вы собирали обо мне информацию? Для того чтобы вернуть медальон?

– Только таким способом я могла…

– «Напыщенный тип»? – прочитал виконт. – Кто вам сказал, что я напыщенный тип?

Лидия покраснела еще сильнее, но к жару, который охватывал ее, добавилась тревога, так как она чувствовала, что медальон начинает неумолимо отдаляться от нее.

– М-м-м… Видите ли… От приятельницы моей бабушки. Она говорила, что вы снискали себе известность тем, что вращаетесь в самых высоких кругах – и здесь, и в Санкт-Петербурге.

Нортвуд ничего не ответил на это, и Лидия добавила:

– Она также говорила, что вы отлично потрудились, создавая свою торговую компанию.

Если даже ее комплимент немного смягчил обиду, Нортвуд ничем этого не показал. Зато снова стал просматривать блокнот.

– «Скандал, в котором была замешана его мать…» – Лицо виконта напряглось от гнева. – Вижу, вы серьезно занимались своими изысканиями, не так ли, мисс Келлауэй?

Лидии нечего было сказать в ответ. Стыд и тревога вихрем кружились у нее в груди. Нортвуд пролистал блокнот до конца, при этом выражение его лица ничуть не изменилось, когда он изучал записанные ею уравнения и теоремы.

– Так что все это значит? – опять спросил он.

– Это мои записи, – ответила Лидия. – Я всегда ношу с собой блокнот, чтобы записывать туда вещи, о которых мне нужно подумать.

Нортвуд захлопнул блокнот.

– Слишком поздно, мисс Келлауэй. – Его голос стал усталым и напряженным. – Надеюсь, Джон уже пригнал карету назад. Если вы подождете в холле, он позаботится о том, чтобы в целости и сохранности доставить вас домой.

Лидия понимала: если она сейчас уйдет, он никогда больше не захочет видеть ее.

– Лорд Нортвуд, прошу вас! – взмолилась она. – Я уверена, что мы все-таки можем прийти к какому-то соглашению.

– Да что вы? Уверены? – Виконт так пристально посмотрел на нее, что она почувствовала неловкость. Его взор скользил по ее телу, задерживаясь на груди, на талии. – А к какому такому соглашению?

Лидия должна была бы обидеться на мрачный намек, который прозвучал в его голосе низкой нотой, взятой смычком на струне виолончели, но вместо этого кровь медленно забурлила в ее жилах, закипела в животе.

И все же ей было нечего предложить Нортвуду.

– Лорд Нортвуд, – наконец промолвила Лидия, – что вы предлагаете?